Чтение онлайн

– Я сяду на песок и буду только о вас думать, – хмуро ответил Финли. – Постараюсь как-нибудь без баб обойтись. Пусть меня тоска заест.

До Гонолулу они долетели очень быстро. У 84 мужчин, собравшихся провести отпуск на Гавайских островах, в дороге всегда карнавальное настроение. Они пели, делились впечатлениями о ночной жизни Гонолулу, а один из боцманов поведал о девушке по имени Тухуамай, соски у которой настолько острые, что у всех ее любовников синяки под глазами. Под громкий хохот он сообщил ее адрес и посоветовал прикрывать повязкой хотя бы один глаз.

Финли переночевал на территории военно-морской базы, а затем взял напрокат машину и отправился в Вайкики, где в отеле «Холидей Инн» для него был заказан номер.

Войдя в роскошный, из стекла и мрамора, холл, он сразу же увидел поразительно красивую женщину. Смуглая, гладкая кожа, миндалевидные глаза. Желтое шелковое платье с разрезами по бокам плотно обтягивало ее стройное тело.

Встретив восхищенный взгляд Финли, Нуки-на-му с кошачьей грацией потянулась, ловко встала, небрежно одернула платье и мечтательно улыбнулась. Она прекрасно знала, какое впечатление она производит на мужчин, и поэтому, когда Финли чуть ли не бегом устремился к лифту, продолжала улыбаться, глядя ему вслед. Она знала, что он будет жить в номере 169.

Усыпанное звездами небо как бы накрывало собой огромный внутренний двор отеля. Океан был совсем рядом, и от него тянуло теплым, нежно щекотавшим кожу ветерком. Хотя Финли считал себя стопроцентным американцем, все равно он был совершенно очарован местной экзотикой.

Он подсел к круглой стойке бара, за которой взбивали коктейли самые красивые девушки на Гавайских островах. Управляющий отелем неустанно заверял в этом всех клиентов. Финли тщательно изучил карточку вин, повторяя про себя их громкие названия на полинезийском языке, просмотрел приложенные к карточке фотографии (к одному из коктейлей полагалась даже длинная, украшенная резьбой лопатка для почесывания спины) и, наконец, махнув рукой, выбрал наугад один из таинственных напитков. Вдруг за его спиной звонкий женский голос сказал:

– Если вам нравится белый ром в сочетании с соками из экзотических фруктов, то закажите «Май-Тай». Большинство приезжих начинают именно с него и своим нёбом и гортанью постигают волшебное очарование нашего мира.

Финли даже не обернулся. Он уже знал, кто стоит у него за спиной. Он захлопнул меню, мельком взглянул на барменшу, машинально отметил, что ее длинные волосы заколоты красным цветком франгипани, и, когда та соблазнительно улыбнулась ему, сказал:

– Два раза «Май-Тай». – Только тогда обернулся и небрежно бросил: – В благодарность за хороший совет позвольте угостить вас. Надеюсь, вы не откажетесь?

Нуки-на-му чуть наклонила узкую голову и села рядом с Финли. Он искоса взглянул на ее длинную стройную ногу, перевел взгляд выше. Пышная грудь отчетливо обозначилась под платьем, привлекая взоры мужчин. Финли при всей зажатости отнюдь не был исключением.

– Вы впервые в Вайкики? – спросила она, и ее звонкий голос напомнил ему увиденный несколько лет назад фильм, в котором главный герой называл экзотическую красотку «моя птичка».

– И да, и нет! – сказал Финли. – Да – поскольку я уже два раза останавливался в Гонолулу. Нет – ибо это мой первый нормальный отпуск за много лет.

– И вам нравится Вайкики?

– Пока не знаю. Я ведь совсем недавно приехал. – Тут им подали «Май-Тай», края стаканов были обложены франгипани, и первое, что он уловил, поднося к губам стакан и выуживая из него соломинку, был их сладковатый, пьянящий запах. – И если здесь все такое же очаровательное, как эти цветы…

– Вайкики стал центром индустрии развлечений. – Она сделала глоток и внимательно посмотрела на Финли. – Я точно не знаю, сколько сотен тысяч каждый год живет здесь в огромных отелях и валяется на довольно грязном песке. Но это не Гавайи!

– А где же самые настоящие Гавайи?

– На затерявшихся между скал бухтах и пляжах – там все так, как и сотни лет тому назад. Но ни туристские автобусы, ни такси, ни «джипы» не ходят туда. Это последние райские места!

– И вы их знаете?

– Кое-какие. Нанакули-Бич. Пляж неподалеку от Каваилоа. Скалистая бухта близ Охики-Лоло…

– Для меня это звучит таинственной музыкой: Охики-Лоло… Каваилоа… Только у очень красивых мест могут быть такие названия…

– А меня зовут Нуки-на-му.

– Чудесное имя. Разве мое может с ним сравниться? Джеймс Финли.

– Это просто два мира, Джеймс. Каждый по-своему интересен.

– В первую очередь ваш. А как вас называть?

– Просто Нуки.

От ее улыбки его словно огнем обожгло. «Нуки-на-му, – подумал он. – Как ей подходит это имя! Оно как заклинание, такое же невероятно красивое, как и она сама. Нуки – это имя как песня, его можно произносить шепотом или затаив дыхание. Нуки… как сладковатый запах франгипани».

– Какой у вас отпуск, Джеймс?

– Неделя.

– Не может быть!

– Но почему?

– Как можно посылать вас на неделю на Гавайи, когда целой жизни не хватит на то, чтобы постигнуть хоть частицу этой красоты. Неделя… да это же пытка! Вы ее даже толком почувствовать не успеете, как уже пора уезжать. И как же вы собираетесь провести это время на Оаху?

– Думал поплавать вволю, поваляться на песке, хорошо поесть, выпить и поразмышлять на досуге.

– О чем, Джеймс?

– Господи, Нуки… – Финли с удовольствием втянул в себя через соломинку «Май-Тай». – В жизни человека столько всего случается, о чем не только можно, но и нужно задуматься…

– Вы философ, Джеймс? – В ее птичьем голосе отчетливо зазвучали ликующие нотки.

– Кто угодно, но только не это, Нуки! – Финли чуть заметно улыбнулся. – Но что еще остается делать одинокому человеку?

– Вы не одиноки.

– Нет, я совершенно одинок. – А про меня вы забыли?

Финли глубоко вздохнул и вдруг почувствовал, как бешено заколотилось сердце, разгоняя по жилам кровь.

– Если так подходить, Нуки… – Он расширенными глазами посмотрел на нее. – Только не говорите, что вы тоже одиноки!