Чтение онлайн

В этом году произошел внезапный поворот в судьбе Маркуса.

Одиннадцатые Олимпийские игры в Берлине летом 1936 года были самыми пышными и громкими перед большой войной. Фашисты эту Олимпиаду назвали «рабочей». Стадионы, улицы, парки заполнили многотысячные толпы. Зрители со всех земель Германии, дети с флажками со свастикой, батальоны гитлерюгенда с полотнищами знамен… Расцвеченная всеми цветами правительственная трибуна… В ложах – Гитлер, Геббельс, Геринг, Розенберг, Борман…

На беговых дорожках и футбольных полях, в гимнастических залах и на водных стадионах оспаривали первенство французы и англичане, поляки и американцы, болгары и шведы… Здесь, на ринге, и встретился Маркус Хохмайстер с французской звездой Сюже.

Воздух сотрясался от неистового рева трибун. Не поднимая головы, первым ступил на освещенный квадрат похожий на жука брюнет Сюже. Зал сразу стих, словно вырубили звук. Наступила напряженная тишина. Сюже отошел в свой угол, хмуро оглядел первые ряды. Их сплошь занимали штурмовики и эсэсовцы. Выше, в ложе, обитой бордовым бархатом, он увидел Гитлера и рейхсюгендфюрера Шираха. Переговариваясь, они поглядывали на ринг. Сзади толпились генералы в белой парадной форме.

Шмеллинг задерживал Маркуса. Это была психическая уловка. Пусть постоит француз наедине с враждебным залом, почувствует, какая сила стоит за его соперником, немцем Хохмайстером…

Потолок будто рухнул – зал зашелся в экстазе. Зрители увидели Маркуса. Хохмайстер нырнул под канаты, резким движением плеч сбросил халат, вскинул руки в перчатках, приветствуя своих болельщиков.

Ударил гонг. Сюже прыжком пересек ринг и бросился в атаку. Однако долго держать бешеный темп не смог. Маркус скользил по рингу свободно и плавно, точно балерина. Он не был сильней Сюже, но за его спиной орали тысячи поклонников, он дрался на своем, немецком, ринге и победил в третьем раунде. Обманным движением ему удалось заставить француза броситься вперед. Тот ринулся и наткнулся на прямой удар в лицо. Сюже отлетел на канаты, не успев сообразить, что случилось. Из носа хлынула кровь. Зал взревел в едином порыве…

Победителя несли в раздевалку на руках. Любители автографов забили коридор. Служителям с большим трудом удалось отстоять двери душевой.

Через вопящую толпу, уверенно работая локтями, протиснулись вперед двое эсэсовцев из лейб-штандарта фюрера. Служители пропустили их. Они подошли к кушетке, на которой перед массажистом лежал Маркус.

– Здорово вы задали этому лягушатнику! – воскликнул один из эсэсовцев.

Все еще возбужденный боем, Хохмайстер не без бахвальства ответил:

– Я должен был победить и победил.

– Завтра в десять вас приглашает к себе рейхсюгендфюрер, – сказал второй.

Когда дежурный адъютант доложил о Хохмайстере, Бальдур фон Ширах порывисто встал и направился навстречу восходящей звезде германского бокса.

– Поздравляю с победой, дорогой Маркус! – произнес он, пожимая Хохмайстеру обе руки. – После окончания Олимпиады будет устроен грандиозный прием, вы будете представлены фюреру.

Ширах прошел за стол и пригласил сесть. Позади него было высокое стрельчатое окно, за которым тяжело колыхался нацистский флаг. В простенке висел большой портрет Гитлера на фоне белоснежных Альп. Ниже поблескивала стеклом длинная витрина с кубками, вымпелами, статуэтками, макетами самолетов и танков – подарками гитлерюгенду.

– Будущее нашей империи в руках такой же сильной и мужественной молодежи, как вы, – произнес Ширах, положив руки на стол, как на трибуну.

Он посмотрел куда-то в пространство, словно прислушиваясь к голосу внутри себя.

Дежурный офицер положил перед ним папку из черной кожи с белым германским орлом. Лицо рейхсюгендфюрера окаменело. Маркус поднялся со стула, почувствовав значение наступающего мгновения.

– По приказу фюрера в виде особого исключения вам присваивается звание унтерштурмфюрера СС, [18] – приглушенно проговорил Ширах и протянул диплом.

Кровь застучала в висках Маркуса. «Уж не сон ли?» – подумал он, пошатнувшись от легкого кружения.

– Не сомневаюсь, вы оправдаете доверие фюрера.

– Оправдаю, рейхсюгендфюрер, – как клятву, произнес Маркус.

Ширах пристально посмотрел в глаза Хохмайстера. Потом достал из стола папку, пробежал несколько страниц. То были «объективки» на каждого спортсмена немецкой олимпийской команды.

– Да у вас прекрасные данные! – воскликнул он.

С минуту рейхсюгендфюрер молчал, обдумывая какой-то план. Маркус по-прежнему стоял не шевелясь. Наконец Ширах нарушил тишину:

– В университете вы закончили первый курс технического факультета. Кем хотите стать в дальнейшем?

– Изобретателем нового оружия, – вспомнив о предложении дяди, ответил Маркус.

– Похвально. Однако университет дает хотя и глубокие, но слишком общие знания. Нам надо торопиться. Пора выходить из области теорий, бесплодных фантазий. Новое оружие понадобится уже завтра.

– Я не утопист.

– Хотите совет?

– Я исполню его как приказ, рейхсюгендфюрер.

– Нет-нет. Просто совет старшего товарища младшему. Что вы скажете, если я посодействую вашему переходу из университета в высшее инженерное училище в Карлсхорсте? Над ним шефствует гитлерюгенд, как, впрочем, и над другими военными школами, а вы станете представителем нашего союза в Карлсхорсте. Но главное, получите неограниченные возможности для своих исследований. Лаборатории военных гораздо богаче университетских.

– Готов принять ваше предложение, – прижав руки к бедрам, по-солдатски ответил Маркус.

– После соревнований явитесь к начальнику училища Лешу. Я скажу ему о вас. – Ширах склонил голову, давая понять, что аудиенция окончена.

О совете Шираха Маркус рассказал Карлу Беккеру. Тот, подумав, согласился:

– Предложение рейхсюгендфюрера быстрее приведет к цели. Я знаком с Лешем, со своей стороны тоже готов оказать содействие. – Дядя закурил сигару и, отмахиваясь от дыма, добавил: – Хотя что теперь значит моя поддержка, если такой человек рейха соблаговолил заинтересоваться твоим будущим.