Чтение онлайн

В качестве примечания: чтобы почувствовать на себе суть проблемы, я надел вериги, оставшиеся от бывшего члена. Хотя я думаю, что привыкнуть к ним можно, ощущение показалось мне довольно болезненным, особенно при сидении, когда бедро приподнято и шипы больно впиваются в тело. С другой стороны, это не было непереносимым или мазохистским, и, например, пробежать милю, особенно в моем прискорбном физическом состоянии, было бы тяжелее.

Возможно, поэтому вопросы об усмирении раздражают членов Opus Dei больше всех мифов и предрассудков, окружающих организацию. Они настаивают на том, что усмирение — это небольшая часть «духа Дела» и публичное внимание к нему вводит всех в заблуждение. Один нумерарий сказал мне, что для него ответы на вопросы о веригах — более болезненная форма усмирения, чем ношение этих вериг.

Большая часть содержания этого раздела почерпнута из рубрики «Усмирение» в Католической энциклопедии.

Традиционно католическая теология понимала умерщвление плоти как форму аскетизма, способ подготовки людей к добродетельной и святой жизни. На протяжении веков практика аскезы была одним из качеств, которые обеспечили католическим проповедникам доверие окружающего мира. Томас Мертон, будущий монах-траппист, автор бестселлера 1948 года The Seven Storey Mountain,описал впечатление, произведенное на него католическим священником, чье мертвенно-бледное лицо было «изнурено аскезой».

Усмирение — это прежде всего средство для тренировки тела переносить трудности. В этом смысле можно решить, что это род духовной разминки, способ настройки мускулов души. Однако усмирение практикуется и нехристианами, и теми, кто в Бога не верит. Например, родители в качестве наказания часто отказывают детям в каких-то удовольствиях. Христиане же верят, что милость Божия поможет человеку преодолеть трудности и усмирение — это способ противостоять греху.

Считается, что усмирение помогает покаянию и вызывает желание исправиться в случае, если грех уже совершен. Усмирение играет роль ощутимого напоминания о том, что, когда человек грешит, это вызывает боль у самого грешника, у того, кому он нанес обиду, и у Бога. Это не означает, что есть что-то от природы порочное в тех вещах, от которых человек отказывается. Нет ничего греховного в принятии горячего душа, в спанье на подушке, во второй чашке кофе после обеда. Именно потому, что эти вещи сами по себе хороши, значителен эффект «принесения их в жертву». Усмирение рассматривается как заглаживание греха, как способ показать Богу, что человек сожалеет и исполнен решимости больше не грешить. (Это еще одна неверная деталь в Коде да ВинчиДэна Брауна. Сайлас, альбинос-убийца из Opus Dei, безусловно, собирается грешить дальше и на самом деле это делает — он убивает следующую жертву уже через час. Если человек запланировал свой следующий грех, невозможно рассматривать усмирение плоти как заглаживание вины.)

На более глубоком духовном уровне практика усмирения должна объединять христиан со страданиями Христа, с его смертью на Кресте. Это не означает, что принятие холодного душа считается равноценным смерти на Голгофе. В ортодоксальной христианской теологии только «искупление», или смерть самого Христа, может быть возмещением греха. Тем не менее идея состоит в том, что каждый отдельный христианин может добавить свои собственные «заглаживания» или страдания к тому, что Христос вынес на Кресте, и тем человек угождает Богу и приносит жертву во имя спасения мира.

Члены Opus Dei, давшие обет безбрачия, часто рассматривают усмирение плоти как способ «отдать себя» Богу, содержащий в себе некоторые физические усилия, так же как супруги отдают себя друг другу и семье. Однако, подчеркивают они, «усмирение» не должно быть физическим актом, таким как сон на доске или самобичевание. Как отмечали многие католические авторы, «подлинное» усмирение глубоко внутри человека — нужно побороть гордыню, победить ненависть или научиться любить бескорыстно. Они предостерегают, что внешние действия полезны, только если они способствуют внутренним переменам.

Вопреки этой логике сегодня многие директора центров Opus Dei не рекомендуют заниматься усмирением плоти. Они говорят, что, с одной стороны, такая практика может склонить истинно верующих к экстремизму: если небольшая боль полезна для души, то намного большая может быть еще полезнее. С другой стороны, многим директорам идея усмирения кажется сбивающей с толку. Они утверждают, что, если человек хочет соединиться с Христом в страданиях, пусть он поможет бедному или больному. Нет необходимости носить вериги. Некоторые даже полагают, что, как и в случае с Сайласом Дэна Брауна, это поощряет некий вид дешевой благодати, ощущение, что человек во всех случаях может идти напролом, а потом возместить это самобичеванием. Тем не менее обычно директора признают, что усмирение плоти имеет долгую предысторию и, когда им пользуются умеренно и с хорошими намерениями, оно может оказать на некоторых верующих благотворное воздействие.

Далеко не только члены Opus Dei занимаются усмирением плоти. В XX веке известные святые мать Тереза из Калькутты и падре Пио носили вериги и практиковали самобичевание. В диссертации «Влияние духовности матери Терезы из Калькутты на апостольскую миссию милосердия к беднейшему населению», защищенной в римском университете Angelicum, приводятся слова матери Терезы по поводу бичевания: «Если я больна, я совершаю пять ударов. Я чувствую, что мне нужно это делать, чтобы разделить страдания Христа и наших бедняков. Когда вы видите страдающих людей, перед вами естественно возникает образ Христа». В том же труде указано, что мать Тереза просила сестер носить вериги и заниматься самобичеванием.

Однако, если обратиться к современным газетам и телевизионным новостям, сосредоточенным почти исключительно на «бичах и цепях Opus Dei», станет совершенно непонятно, занимаются ли усмирением другие католики. Многие члены настаивают на том, что Opus Dei не предлагает какого-то собственного учения или особой духовности, а пытается соблюдать традиции католической церкви во всей их полноте.

В качестве доказательства, что у Opus Dei нет патента на вериги, я просмотрел прайс-лист монастыря кармелиток в Ливорно. Монахини этого монастыря изготовляют вручную вериги и бичи для паломников и желающих со всего мира. Opus Dei часто заказывает вериги в этой обители, но он далеко не единственный клиент. Интересующие меня изделия перечисляются под общей рубрикой «Орудия наказания». Цена включает в себя стоимость материала и работы. Сестры особо подчеркивают, что приведенные цифры — это скорее «предложение», чем твердая цена: если клиент не в состоянии ее заплатить, всегда можно прийти к соглашению.

Я привожу прайс-лист 1997 года, который был действителен и в декабре 2004 года. Я перевел цены из итальянских лир в американские доллары.

Бич, сделанный из веревки

$ 1250

Вериги для верхней части туловища

$ 7,50 — за один оборот с зубчатыми шипами

$ 12,50 — за два оборота с зубчатыми шипами

$ 15 — за три оборота с зубчатыми шипами

Вериги для бедра

$ 15 — за один оборот

$ 7,50 — за два оборота

$ 10 — за три оборота

Вериги для руки

$ 2,50 — за один оборот

$3,50 — за два оборота

$ 5 — за три оборота

Нагрудный крест с шипами

$ 7,50

Когда курьер доставляет заказы клиентам, в счете обычно просто указано «объекты религиозного содержания». Opus Dei заказывает «вериги для бедра» с одним оборотом с зубчатыми шипами. Это наименее внушительное «орудие наказания» из имеющихся у сестер на продажу.