Чтение онлайн

– А чем в Москве-то занимаетесь? – спросила Катя.

– Мы сейчас автосалон будем открывать. «Вольво». Вот и занимаемся здесь организацией.

– Классно, – сказала Оксана, – прокатите?

– Ну, до поставки машин еще месяца три, а потом, конечно, прокатим, – ответил Артем.

Артем поинтересовался, умеют ли они готовить, и на их вопросительные взгляды ответил, что мы уже не можем питаться этими булками с мясом. А дома у нас есть сырая курица, но мы ее готовить не умеем. Подумав, добавил, что, кроме курицы, у нас имеется «Мартини», ликер «Амаретто», конфеты «Моцарт».

– Я водку больше люблю, – сказала Оксана.

– Есть у нас «Абсолют», если ты не все выпил, – сказал Артем, посмотрев на меня.

– Нет, не все, – ответил я, и это, пожалуй, были мои первые слова за последние полчаса.

– А далеко идти-то? – спросила Оксана.

– Нет, мы на Тверской живем, около Маяковки. – Артем буквально преобразился, повеселел; наверно, так себя чувствуют люди, страдавшие похмельем, после пятидесяти граммов крепкого алкоголя.

Через пятнадцать минут мы были в гостиной нашей квартиры, а Артем, угостив наших гостей «Мартини», на две трети разбавленным апельсиновым соком, удалился со мной на кухню.

– Моя – с темными волосами, – сказал Артем, – не возражаешь?

– Нет, не возражаю, – ответил я, внимательно изучая содержимое холодильника, – а кстати, курицы-то у тебя и нет.

– Я такой рассеянный, – улыбнулся Артем, – я ее в Риге забыл. Да ты ж не жрать сюда приехал.

После «Мартини» с соком Оксана попросила «отвертку», а еще через полчаса совершенно пьяный Артем пил с Оксаной водку без посторонних примесей, таких как апельсиновый сок.

После того Артем с Оксаной ушли в спальню, я начал собираться.

– Если хочешь, то можешь тут остаться, – сказал я, – а мне надо домой.

– В Ригу? – удивилась Катя. – На вокзал или в аэропорт?

– На вокзал, – соврал я, – могу проводить до метро.

Утром следующего дня меня разбудил телефонный звонок.

– Кинг-конг жив, – проорал в трубку Артем, – и он вернулся!

– Наконец-то, – ответил я, – его уже заждались!

По его голосу я понял, что Артем вышел из спячки и готов к борьбе. Действительно, подавленный Артем производил удручающее впечатление, он сразу становился старше, сутулился, тяжело вздыхал, но больше всего меня пугали его тусклые глаза.

Он относился к тому типу людей, которые, как птицы на высоте, могли существовать только за счет взмахов крыла и, перестав это делать, могли просто погибнуть, упав на землю.

Артем сказал, что через два часа ждет меня в ресторане «Пицца-хат».

Увидев меня, он приветливо помахал рукой и пригласил присесть.

– Закажем пиццу, – спросил он, – салат-бар, пива?

– Да как скажешь, – ответил я, – как вчера все прошло?

– Отлично, – сказал он, смеясь в голос, – у меня был спермотоксикоз, и я его вылечил.

Мужчина за соседним столиком неодобрительно посмотрел в нашу сторону.

– Ну! Так что мы имеем? – спросил Артем и сам начал отвечать на поставленный вопрос: – У нас нет денег и нет ничего, что можно было бы продать. Среди наших знакомых нет никого, кто мог бы дать нам какой-либо товар для продажи, и вряд ли найдется кто-либо, кто заплатит нам аванс для того, чтобы мы привезли товар для него. Это значит, что худших начальных условий для развития бизнеса не бывает. Согласен?

– Звучит оптимистично, – улыбнулся я, – это и отпразднуем?

– Но есть я, ты, Иосиф, Макс, а это целая команда людей, которым, по сути, нечего терять. Снова согласен?

Я прекрасно знал, что Артем будет предлагать мне партнерство, но решил, что ни при каких обстоятельствах не буду участвовать в очередном «деле всей жизни».

– Не совсем. Раз я получаю заработную плату, значит, мне есть что терять, в принципе у меня все в порядке.

– Ну, это довольно грустно, мистер «все в порядке», боюсь, что ты и понятия не имеешь, что значит «все в порядке». Кстати, Иосиф, торгуя шведской рыбой в Канаде, тоже был уверен, что у него все в порядке.

– На жизнь мне хватает, Артем! – возмутился я, – Я даже не прошу денег за то, что в Ригу летал за свой счет.

– Да ты молодец, кто спорит, – с улыбкой сказал Артем, – я говорю, что на нормальную жизнь ты таким образом не заработаешь. С Максом, кстати, я сегодня разговаривал, он хочет перебраться в Москву, готов работать за еду.

– Что это значит?

– А то, что денег у него вообще нет. На билет до Москвы Валдис ему даст, но не больше.

– Вероятно, сейчас поступит предложение, от которого я не смогу отказаться?

Принесли пиццу, и, заказав еще пива, Артем начал есть. Ел он с таким аппетитом, что, мне кажется, любой человек, сидящий за столом сразу же хотел есть. Вот и я почувствовал, что голод, уже было оставивший меня, снова вернулся. Взяв чистую тарелку я отправился к салат-бару.

– Ну так вот, у меня есть целый контейнер «лассальской» мебели, которая стоит у Валдиса, есть комплект каталогов и хорошие отношения с директором завода, Марком, которому я, на удивление, ничего не должен, – сказал Артем и сделал большой глоток пива, – еще Макс, которому нечего терять, кроме своих цепей, и Иосиф, который без меня опять начнет торговать протухшей шведской рыбой. Ты с нами?

– Давай, допустим, что все так и будет, – ответил я, – а какие ты мне предложишь условия?

Я не предполагал, что Артема может заинтересовать честный бизнес, где никого не нужно «кидать», подставлять и как следствие жечь документы в раковине и бояться каждого звонка.

– Условия справедливые, равная доля, двадцать пять процентов, – сказал Артем, – как ты «Брики» продавал, помнишь? Тот же путь, пойдем к тому, кому это надо и кто себе может позволить: банки, биржи.