Чтение онлайн

И вот в лесу я подумал: «Единственное спасение — птицы! Услыхав от них, что никто их не обижал, что они по своей воле улетели на юг, он велит выпустить из темницы невинных, и я снова увижу Красношейку и остальных узников. Но птицы вернутся лишь весной, а до тех пор мало ли что может случиться!» я представил себе Красношейку в мрачном подземелье, забившейся в угол и дрожащей без своей накидки, представил себе и гордого оленя с тяжелыми гирями, привязанными к его рогам, и лебедя, когда-то белоснежного, а теперь серого от пыли; мне показалось, что я слышу писк глупенького голодного утенка, и меня пробрал озноб. Да они и трех дней там не выдержат!.. Вероятно, я долго размышлял, сомкнув веки: когда я открыл глаза, уже смеркалось. «Пора домой, — подумал я, — здесь мне делать нечего». Неожиданно за березами мелькнула коляска шакалов. Что им нужно в лесу?

Коляска остановилась неподалеку от меня. Шакалы спрыгнули на землю, подбежали ко мне.

— От кого ты прячешься в лесу? — сердито спросили они.

— Я и не думаю тут прятаться. Дни еще теплые, вот я и решил прогуляться.

— Ты умеешь шить?

Их вопрос застал меня врасплох. Я смотрел на них во все глаза и молчал.

— Отвечай!

— Вообще-то умею, но, как вам известно, я работаю в поле.

— Никому нет дела до того, где ты работаешь!.. У государя не позже завтрашнего утра должна быть обнова. А сегодня он наказал Красношейку за ее наглые выдумки. Вот ты и сошьешь ему новое одеяние.

— Да я…

— Молчать! Садись с нами в коляску, и чтоб завтра к восходу солнца обновка была готова!

Вскоре мы подъехали к дому Красношейки. Оставив меня у входа, шакалы еще раз напомнили, что завтра на рассвете приедут за обновкой, и укатили.

Среди деревьев с обнаженными ветвями домик Красношейки казался таким неуютным и нежилым! Открыв дверь, я тихо вошел в комнату. Там все оставалось так, как было перед уходом: разноцветные куски материи на полу, ножницы на столе, мотки серебряных и золотых нитей в углу, манекен… Времени у меня было в обрез. Но вместо того, чтобы приняться за работу, я первым делом замесил и испек пшеничную лепешку, наполнил водой один пузырек и спрятал все это в зимней накидке Красношейки. Лишь тогда я уселся за шитье.

Впервые в жизни мне пришлось делать это самостоятельно!

Я раскроил одежду, прострочил на машине, пришил рукава и воротник.

Оставалось только вышить на воротнике и рукавах узоры, но я бросил обновку на стол и стал смотреть в окошко. На дворе, хоть и медленно, светало. На заре, как обычно, приехали шакалы. Еще с порога они заметили, что обновка не готова, и напустились на меня:

— Что это значит? Ты издеваешься над государем? Сегодня же ты поплатишься за это головой. — Но тут ярость, сверкавшая в их глазах, сменилась страхом, и оба шакала упали передо мной на колени:

— Пощади нас, Орешек! Вышей какие ни на есть цветы на груди и рукавах! Золота тебе отсыплем…

— Не нужно мне золото… Цветы я не умею вышивать, но все-таки попытаюсь помочь вам. Привезите сюда Красношейку!

— Красношейку?! — изумились шакалы. — Ты хочешь, чтобы мы нарушили приказ государя?

— Привезите, пока не поздно! Когда она вышьет цветы, вы вернете ее в подземелье, и никто ничего не узнает. Иначе не сносить вам головы.

Шакалы задумались.

— Хорошо, — согласились они наконец. — Но имей в виду: пока Красношейка будет здесь работать, мы не отойдем от дверей.

— Пусть будет по-вашему.

…Красношейка склонилась головкой мне на плечо.

— Я свободна? — спросила она.

— Еще нет, Красношеечка, но не отчаивайся, я все время думаю о тебе. У тебя в накидке спрятаны вода и лепешка, не забудь захватить все это с собой… А пока нужно быстренько расшить воротник и рукава обновки цветами. Шакалы торопятся отвезти ее государю. Завтра они опять привезут тебя, и таким образом мы будем каждый день видеться, и каждый день ты будешь отвозить своим товарищам хлеб и воду. Каждый день — до весны! Поторапливайся, Красношейка! Шакалы ждут…

Как обычно, Красношейка устроилась у окна и вдела в иголку золотую нить.

— Спасибо тебе! — сказала она. — В подземелье очень страшно, но теперь я уверена, что мы выдержим до весны. Только бедняге Оленю никто не в силах помочь. Тяжелые гири пригнули его голову к земле, и он никак не может поднять ее…

Как только коляска увезла Красношейку, я отправился в поле. Мне хотелось непременно повидаться с Жуком, я очень соскучился по нему. Он, как я и думал, работал на своем участке.

— С добрым утром! Ранехонько ты сегодня поднялся! — еще издали крикнул я ему.

Поздоровавшись, Жук сказал:

— А знаешь, я придумал. Как научить тебя распознавать лучи…

— Лучше скажи, где ты был вчера, — перебил я его.

— Вчера?.. Сперва здесь, в поле, потом…

Но Жук не успел объяснить мне, где он был потом: на дороге появилась коляска шакалов, она мчалась прямо на нас. Опять шакалы! Меня обуял страх. Уж не узнал ли государь о том, что Красношейка тайком побывала дома?.. Жук в это время удивленно присвистнул:

— Что здесь нужно этим зверюгам?!

Тут я понял, что Жук в самом деле не был вчера во дворце и ничего не знает о случившемся там, но у меня уже не было времени рассказывать ему обо всем: шакалы подкатили к нам.

— Государь велел привезти тебя во дворец! — крикнули они.

— Меня?

— Садись, садись без разговоров!

— А мне нельзя поехать с вами? — спросил Жук.

— Лучше бы ты не шутил с нами! — прорычали шакалы.

— Я не шучу. Почему бы мне не поехать с вами?

— Вечерком я загляну к тебе, жди! — сказал я, подмигнув Жуку, и последовал за шакалами, боясь, как бы мой приятель не сказал чего-нибудь невпопад.

Когда мы отъехали, я осторожно спросил:

— Интересно, зачем я понадобился во дворце?

Шакалы не ответили мне.

Дух у меня занялся:

— Уж не узнал ли государь про Красношейку?

Шакальи глаза так и засверкали…

— Только вздумай проболтаться перед кем-нибудь, разорвем в клочки! — пригрозили мне мои сторожа.