Чтение онлайн

Заключив с Урлихом договор о найме его, Тревора, на три года в качестве арендатора, он еще неделю провалялся в пустующей казарме Стражи в городе Кайоме. Всего их собрали три десятка и в сопровождении дружины и обоза в четыре десятка телег и стада разномастного скота в середине лета отправили на новое место жительства. Добравшись за месяц по лесам и намучавшись в дороге с обозом, узнали, что землю надо дочистить от орков. В лагере Урлиха их ждали почти сотня вольных охотников, и после дня крика и ругани они приняли решение уходить на зимний отдых. С Ульрихом оставалось только два десятка охотников, к тем двум десяткам дружинников, что он привел с собой. Остальные охотники, получив от своего атамана положенную им плату быстро засобирались. С трудом бывший атаман уговорил их задержаться и идти вместе. Оставив с арендаторами охотников, он с дружинниками собрался опять в город. Пообещав вернуться через два месяца, он ушел с основной группой охотников. Так Тревор стал воином. Получив от назначенных десятников, из состава теперь уже дружинников Ульриха оружие, они приступили к службе. Их задачей было наблюдать протоку, где я его и подловил.

Основной лагерь Ульриха находился ниже в трех часах гребли по не быстрой в этом месте Костенки. В самом лагере жило три десятка, и еще десяток находился в малом лагере в дне пути от него со стадом на выпасе. Меняясь каждые четыре дня, они маялись от безделья, соревнуясь, кто больше наварит браги из всего, что могли найти, и кто ее больше выпьет.

В самом лагере было три большие полуземлянки, каждая на полсотни человек. В малом лагере еще одна на десяток. После ухода отряда, две недели назад дисциплина рухнула. Охотники пили, а арендаторы бездельничали. В прошедшем весной удачном налете охотники набрали множество припасов из кладовых орков, так что голод им не грозил. Не все они могли есть, но и того, что было съедобно, хватало. А охотники тем более не страдали брезгливостью.

В большом лагере в шалашах и под навесами хранились привезенные Ульрихом инструменты и оружие. Начатые в его присутствии постройка еще сразу трех землянок заглохли, как только хвост колонны уходящих скрылся за лесом.

Вооружение оставшихся воинов было в основном тоже, что и в дозоре на острове. У арендаторов - копья и топоры со щитами, у охотников - почти у всех луки, у нескольких самострелы, мечи и копья, дротики. У пятерки старших кольчуги и почти у всех стеганки, шлемы у всех охотников.

В лагере было пять лошадей и пара в малом у пастухов.

Все сказанное Тревором меня здорово заинтересовало и до самого лагеря я сидел, размышляя и прикидывая.

Пошатывающиеся орки выходили из Кухни в проход и лениво становились на квадраты строя. Уже стоявший Хр окликнул товарища.

– Еще бы так зайти. И не раз.

Лениво отмахнувшись, Уш поежился и, несколько раз переступив ногами, принял более удобное положение. Умение спать в любом положении было общим для всех рабочих. В темной галерее тихо переминались его товарищи, дружно посапывая.

Короткие периоды мнимой сытости были самыми приятными минутами их жизни. Долго им дремать не дали, и уже скоро они бежали по темным, сырым туннелям к месту работы.

Сегодня их работой были плантации грибов, основной еды подземелья. Перед ними рысил хвост другой сотни рабочих, также спешащих к месту работы. Со спины стучали барабаны другой сотни. Проходы и галереи были заполнены спешащими по своим делам рабочими младших каст. По середине прохода неторопливо шли в разные стороны представители Старших семей, кланяясь друг другу при встрече равных, сгибаясь в поклоне перед Старшими и почти не замечая приветствия младших.

Почти прижавшись к стене, сотня Уша опасливо обежала стоящих группой посреди прохода и разговаривающих Стражников из разных Старших семей.

Они были приблизительно одного роста с Ушем, если бы он сделал глупость и выпрямился. Представители Старших семей сильно отличались от простых рабочих и гордились своим отличием, называя это Породой Древних. Высокие и сухощавые, они сильно сутулились, многие просто горбатились, широкая бочкообразная грудь, покатые плечи, длинные руки, часто почти касающиеся пола. Узкие и вытянутые лица, острые подбородки, тонкие, черные губы широких ртов, полных небольших и острых зубов. На лицах черными провалами посверкивали отблесками света редких шаров светляков большие выпуклые глаза без ресниц, состоящие, казалось, только из огромных зрачков. Короткие и искривленные ноги с большими, косолапыми ступнями. Они все казались неуклюжими, но Уш знал, что это обманчивое впечатление.

Стражник Старшей семьи мог взорваться вихрем животной ярости, и в этот момент он был смертоносен. Сейчас же они стояли, расслабленно опираясь на свои мечи. Меч стражника был большой и крепкой палкой почти в рост рабочего орка, половина его была украшенной резьбой рукояткой, а на второй по обеим сторонам плоской лопасти в дерево были крепко-накрепко вделаны острые обломки черного камня, за жуткую цену привозимую купцами Бооргуза из какого-то дальнего места, по слухам находящемся за много недель хода барки по другую сторону от Бооргуза Червя.

Своими мечами стражи могли одним ударом убить любого рабочего орка, если ему казалось, что он опасен. По каким правилам это определяли стражи, никто не знал, и потому они вызывали ужас у всей муравьиной толпы рабочих.

Меч стражник получал после прохождения ученичества и посвящения, до этого кандидаты в стражи, из родов потомственных Стражей несли службу с посохами. Называли меч странным словом -макуатль, ничего кроме самого названия не несшее в себе.

Раскрашенные светящейся краской лица Стражей, бездумно скользили черными провалами глаз по пробегающим мимо рабочим, но Уш как и все остальные почувствовал как у него встали дыбом волосы на теле от ужаса от прикосновения их взглядов.

Повесив по обе стороны лица, две косы волос с головы, хитро заплетенные по моде стражей, четверо стражей из двух разных семей, лениво переговаривались скупыми жестами, так как в гулкой, высокой галерее, наполненной шумом шагов бегущих сотен рабочих слова не были бы слышны.

Пробежав мимо них и дружно выдохнув с облегчением, сотня щенков вновь шарахнулась к стене, уворачиваясь от бегущего гонца. Обвешанный с ног до головы большим количеством гремящих костяных украшений, он, казалось, совершенно бездумно бежал, не глядя по сторонам, в ритме отбиваемом им самим двумя крепкими палками в руках.

Но он мгновенно и ловко двинул одной из них не успевшего отскочить в сторону рабочего по уху. За ним, ритмично выдыхая бежало четверо крепких и сытых орка ближайшего круга слуг одной из Старших семей. Они несли на плечах плавно колыхающийся паланкин со стенками сплетенными из тростника, украшенными символами семьи и рода. Носильщики несли его на одном плече и второй рукой ритмично били в пол крепкими посохами. За паланкином бежали несколько закутанных по самые глаза в плащи из травы фигур ближайших слуг. У самого паланкина бежала еще одна, замотанная в шерстяной плащ взрослая самка.