Орловщина

Предлагаемое повествование — «ОРЛОВЩИНА» — было напечатано в журнале «ВЕСТНИК ПЕРВОПОХОДНИКА» за 1966 год в номерах 59–64. Редакция журнала, идя навстречу моей просьбе, любезно изготовила для меня некоторое количество отдельных оттисков, за что прошу Редакцию принять мою искреннюю признательность и благодарность.

При изготовлении обложки и заглавного листа оказал мне очень большую помощь Юрий П. КАНАКОВ. За его исключительную помощь выражаю ему свою глубокую благодарность.

Считая, что настоящее повествование не является вполне исчерпывающим; прошу читателей, имеющих какие-либо данные или сведения, относящиеся к «Орловщине», не отказать в присылке их мне для возможного дополнения уже написанного. Буду очень благодарен.

Декабрь 1966 г.

В. Альмендингер.

«Орловщина», «орловское движение», «обер-офицерская революция», «восстание капитана Орлова» — под такими названиями вошла в историю гражданской войны на Юге России в 1920 г. эпопея, связанная с именем капитана Орлова, Николая Ивановича. Это печальная страница Белого Движения, и позорно окончилась она.

Эта эпопея (или «эпизод» гражданской войны) прошла, как будто, малозамеченной в литературе о гражданской войне; между тем, при благоприятном развитии ее, она могла иметь преждевременно весьма тяжелые последствия для Белой Армии.

Ряд запросов о деле Орлова и судьбе его, полученных мною после выхода книги «Симферопольский Офицерский полк. 1918–1920», и кажущийся пробел в литературе по данному вопросу побудили меня, по мере возможности, осветить это дело. Отсутствие многих документальных данных и невозможность пользоваться какими-либо архивами затруднили работу, но я старался использовать все доступные мне источники.

Настоящее повествование — материал исключительно исторически-бытовой. Не имея на руках документальных данных, пришлось пользоваться указанными ниже книгами, своей памятью и воспоминаниями лиц, знавших кап. Орлова и знавших его «эпопею». Повествование это, основанное во многом на воспоминаниях, не может поэтому считаться вполне исчерпывающим.

Повествование разделено на три части:

В первой части подается образ кап. Орлова ко времени его выступления и уточняются причины, приведшие его на скользкий путь.

Во второй части описывается формирование отряда кап. Орлова, его первое и второе выступление.

В третьей части проводится анализ изложенного в первых двух частях и делается заключение.

Работа по составлению предлагаемого повествования не могла бы быть выполнена, если бы я не нашел интерес и поддержку со стороны некоторых друзей и знакомых, любезно предоставивших мне материал и свои воспоминания. За это прошу их принять мою сердечную благодарность.

При составлении настоящего повествования были частично использованы следующие источники:

1. Ген. А. Деникин. Очерки Русской смуты, том 5-й. 1926.

2. Белое Дело. Летопись Белой борьбы. Книги 5 и 6. Записки ген. П. Н. Врангеля.

3. Я. Шафир. Орловщина. Статья из книги: Антанта и Врангель — Сборник статей. Выпуск 1. Москва-Петроград. ГИЗ. 1923.

4. Марковцы в боях и походах за Россию в освободительной войне 1917–1920 годов. Книга вторая. Составил В. Е. Павлов. Париж 1964.

5. Г. Н. Раковский. В стане белых (От Орла до Новороссийска). Константинополь. 1920.

6. П. В. Макаров. Адъютант генерала Май-Маевского. Из воспоминаний начальника красных партизан в Крыму. Ленинград 1929.

7. К. В. Агуреев, кандидат исторических наук. Разгром белогвардейских войск Деникина (Октябрь 1919 — март 1920). Москва 1961.

8. Д. Хаит. Полуостров. Роман. Москва 1959.

9. Симферопольский Офицерский полк. 1918–1920. Составил В. Альмендингер. Лос-Анжелес 1962.

10. Фон-Дрейер, В. Крестный путь во имя Родины. Двухлетняя война красного севера с белым югом 1918–1920 года. Берлин 1921.

Кроне указанных выше источников, были использованы воспоминания (письма к автору) следующих лиц: князя С. Г. Романовского (герцога Лейхтенбергского), В. П. Мяча, Е. С. Храмко, К. В. Мустафина, Г. Г. Панина, Е. Ильенко, Г. В. Яновского, С. И. Дементьева, А. Иванова, И. О. Гельгесена, Н. И. Широва.

Первое воспоминание автора о семье Орловых (к которой принадлежал капитан Орлов, Николай Иванович) приходится на то время (приблизительно 1900 год), когда наша семья жила в конце Дворянской улицы (у водоразбора) в Симферополе и дом, где мы обитали, тесно соприкасался с садом и домом Орловых (улица гр. Толстого). Там в саду, помню, мы катались на салазках со снежной горы. С этого времени (раннего детства) осталось у меня воспоминание о молодых Орловых, как больших забияках.

Позже с Николаем Орловым, который был старше меня года на 4–5, встретился я в Симферопольской казенной гимназии. Других братьев его я не знал, так как они ничем не выделялись в гимназической среде. Николай же с самого начала в гимназии проявлял уже большую физическую силу, был хорошо физически развит; всегда отличный по гимнастике, вызывал со стороны учеников (особенно младших классов) особое уважение к себе, а в отношении физического развития он был идеалом всех. В смысле академическом он не выделялся, поведение его в гимназии было не из похвальных. Часто он был наказуем за проступки и в результате, не помню — из какого класса, он был исключен из казенной гимназии и поступил в частную гимназию Волошенко. Будучи в нашей гимназии и у Волошенко, он много занимался спортом: подниманием гирь, футболом и др. Имя его — Коля Орлов — еще тогда, когда он учился в гимназии, было известно любому симферопольскому школьнику, и он пользовался в их среде большим респектом и популярностью. Каждый в Симферополе его знал, и не только по его спортивным успехам, но и по его проделкам (о них я ничего особенного не могу вспомнить). Знали его не только в самом городе, но и на окраинах, на слободках.

Кончил Орлов гимназию, если не ошибаюсь, в 1912 году. Среднего роста, необыкновенно широкоплечий, с фуражкой на затылке, легкая походка, при ходьбе слегка наклоняющийся вперед и бросающийся сразу в глаза каждому своей фигурой — таким я вспоминаю его. По окончании гимназии, как я слышал, он поступил в Ветеринарный Институт в Варшаве. С этого времени я его потерял из виду и не знаю, как и когда он попал в действующую армию во время Великой войны. В 1913 году я уехал из Симферополя в военное училище и вновь услышал его имя и увидел его лишь в декабре 1917 года в Симферополе.