Чтение онлайн

— У вас будут войска, майор, в количестве, достаточном для выполнения задачи.

— Сколько?

— Достаточно, — вспыльчиво сказал Вигрэм.

Вопрос о войсках Шарпа был закрыт. Вместо этого Бэмпфилд заговорил о шлюпе, который надо было послать на разведку к форту и поспрашивать тамошних рыбаков, вышедших в море. Обсудили присутствие американского капера, и Бэмпфилд с улыбкой разглагольствовал на тему, какое наказание постигнет Корнелиуса Киллика.

— Мы должны рассматривать американца как премию за наши усилия.

Затем разговор перешел на морские сигналы, что было совсем уж далеко от понимания Шарпа, и снова он представил себе форт. Даже с достаточным количеством людей форт был серьезной проблемой, а в этой большой каюте никто не мог гарантировать, что ему дадут достаточно людей. В то же время, он пытался унять боль от потери своего батальона.

Шарп знал, что устав выгнал его из батальона, но были ведь и другие батальоны, которыми командовали майоры, и устав почему-то их не касался. Но не его. Другому человеку достанется великолепный батальон, который Шарп вел через зимние битвы, и снова он стал никому не нужным в армии бродягой. Он отдавал себе отчет в том, что если бы он был Шарпом из Нортгемптоншира, или Шарпом из Уилшира, с почетной приставкой «сэр» перед его именем и парком возле отцовского дома, то этого бы с ним не случилось. Но он был Шарпом из Миддлсекса, зачатым шлюхой и рожденным в трущобах, и поэтому являлся мальчиком для битья для таких, как Вигрэм.

Полковник Эльфингстоун, чувствуя, что Шарп опять за много миль отсюда, пнул его по лодыжке и Шарп как раз успел услышать, как Бэмпфилд приглашает всех собравшихся офицеров отужинать с ним.

— Боюсь, что я не смогу, — Шарп не желал более оставаться в этой каюте, где его позор был бы виден такому количеству офицеров. Это была гордость, но солдат без гордости обречен на поражение.

— У майора Шарпа, — объяснил Бэмпфилд с плохо скрытой усмешкой, — здесь есть жена, так что мы будем лишены его общества.

— У меня нет жены, — враждебно сказал Эльфинстоун, — но я тоже не останусь. Ваш слуга, сэр.

Шарп и Эльфинстоун отправились назад в Сен-Жан-де-Люз на катере Бэмпфилда. Эльфинстоун, укутанный в большой черный плащ, печально качал головой.

— Это безумие, Шарп, абсолютное безумие.

Начался дождь. Шарп хотел остаться наедине со своими мыслями.

— Вы разочарованы, не так ли? — скорее утвердительно, чем вопросительно спросил Эльфинстоун.

— Да.

— Вигрэм ублюдок, — свирепо сказал Эльфинстоун, — но не обращайте на него внимание. Вы не пойдете на Бордо. Вот приказы.

Яростные слова Эльфинстоуна отвлекли Шарпа от грустных мыслей, он взглянул на инженера.

— Так зачем нам захватывать форт, сэр?

— Затем, что нам нужны шасс-маре, зачем же еще? Или вы пропустили, когда объясняли это?

Шарп кивнул.

— Да, сэр.

Пока Эльфинстон объяснял, что вся затея с походом на Аркашон была придумана лишь, чтобы захватить три дюжины шасс-маре, находящихся под защитой пушек форта, дождь пошел сильнее.

— Мне нужны эти лодки, Шарп не для того, чтобы пойти на это проклятое Бордо, а чтобы построить мост. Но Христа ради, не говорите никому про мост. Я говорю вам это потому что не хочу, чтобы вы таскались в Бордо, понимаете?

— Абсолютно, сэр.

— Вигрэм думает, что лодки нам нужны для высадки, потому что Пэр хочет, чтобы все так считали. Но это будет мост, Шарп, это будет огромный чертов мост, к изумлению лягушатников. Но я не смогу построить мост, если вы не захватите форт и не добудете мне эти проклятые лодки. После этого делайте что хотите. Идите в засаду на дороге, а потом возвращайтесь к Бэмпфилду и скажите ему, что лягушатники все еще лояльны Бони. Нет никакого восстания, нечего терять время, не будет никакой славы. — Эльфинстоун мрачно посмотрел на море, приобретавшее из-за ледяного дождя металлический отлив. — Это Вигрэма укусила пчела насчет Бордо. Этот идиот сидит за письменным столом и верит всем слухам, которые достигают его ушей.

— А это слухи?

— Какой-то высокопоставленный француз его в этом убедил. — Эльфинстоун сильнее запахнул плащ когда катер преодолевал сильное течение возле песчаной отмели. — Майкл Хоган не смог помочь. Он ведь ваш друг?

— Да, сэр.

Эльфинстоун вздохнул.

— Чертовски плохо, что он заболел. Не понимаю, почему он поддержал Вигрэма. Но не обращайте внимания, Шарп. Пэр хочет чтобы вы захватили форт и позволили чертову Бэмпфилду захватить лодки, а затем возвращайтесь назад.

Шарп взглянул на Эльфинстоуна и тот кивком подтвердил сказанное. Веллингтон не согласен с безрассудным планом Вигрэма, но он посылает своего человека, Шарпа, участвовать в операции. Может быть, подумал Шарп, в этом причина того, что он потерял свой батальон?

— Все остальное не имеет значения, — продолжил Эльфинстоун, — кроме того, что нам нужен флот, чтобы доставить нас туда, и мы не можем управлять им. Бэмпфилд думает, что ему дадут за Бордо графский титул, так что этому чертову идиоту ничего не докажешь. Ни восстания, ни бунта, ни славы и никакой надежды на чертов графский титул.

Шарп улыбнулся.

— И никакого форта, если я не получу достаточно войск, сэр.

— У вас будут лучшие войска, которые я смогу отыскать, — пообещал Эльфинстоун, — но не в таких количествах, чтобы вы надумали захватить Бордо.

— Конечно, сэр.

Гребцы хрипели от усилий, борясь с отливом, когда катер повернул к северному молу. Шарп прекрасно понял, что произошло. Простая экспедиция по захвату форта нужна была, чтобы захватить шасс-маре, но у амбициозных офицеров, обуреваемых надеждой сделать себе имя в последние месяцы войны, разыгрались фантазии. А Шарпу, которому было приказано провести разведку, предстояло разрушить их надежды.

Рулевой направил нос шлюпки по течению прямо к трапу. Белый катер на спокойной воде быстро приближался к причалу. Дождь уже лил ливнем, барабаня по киверу Шарпа.

— Суши весла, — закричал рулевой.

Белые весла поднялись, будто крылья, и лодка пришвартовалось к основанию трапа. Шарп взглянул наверх. Стена гавани, черная и мокрая, возвышалась над ним как скала.

— Насколько здесь высоко? — спросил он Эльфинстоуна.

Полковник искоса посмотрел вверх.

— Футов восемнадцать. — потом он увидел причину вопроса Шарпа, и пожал плечами. — Будем надеяться, что Вигрэм прав, и оборонять стену никто не будет.