Чтение онлайн

– Спасибо, Артем. Что у вас еще?

Моя папка закончилась, на дне лежал лист с курьезными происшествиями. Но их президент слушать не стал. Напомнив, что завтра в три заседание расширенного Совбеза, Денис Андреевич поднялся, дав понять, что встреча окончена.

Я вышел – и тут же столкнулся с Сергеем Балясиным. Он молча протянул мне лист бумаги. Я прочел – и немедленно поскребся обратно.

Денис Андреевич окинул стол, не понимая причины моего возвращения, верно, подумал, не забыл ли я что. Я потоптался в дверях, и только затем вымолвил.

– Только что сообщили. Андриан Николаевич… повесился.

41.

Полковник Петренко разложил новую карту.

– Вот здесь и здесь, – произнес он, поглядывая на Корнеева. Генерал-полковник смотрел на своего старого товарища молча, все никак не решаясь опустить глаза и взглянуть на карту с отметками новых появлений живых мертвецов.

– То есть им удается каким-то образом, обходить наши заслоны?

– У меня версия, Владимир Алексеевич. Скорее всего, их приносит морем – течения в Азовском море сложились такие, что нет ничего удивительного, что их выбрасывает именно в эти места …

Корнеев выглянул в окно. Здание, в котором расположился штаб армии, прежде был домом культуры. Теперь культура здесь без надобности, в городе остались всего несколько десятков жителей, последними пакующие чемоданы, и местная милиция, постоянно их понукающая. К девятому все должны исчезнуть. Из окна виделось пустое море и неприветливый берег, заваленный гниющим мусором. Все почти готово. Осталось прочесать всего несколько поселков на самом юге полуострова. И дождаться обещанного батальона спецназа ФСБ, который должен был прибыть сегодня утром, но по непонятной причине до сих пор задерживается.

При мысли о всем Кавказе, оставшемся за спиной, Корнеев неприятно поморщился. Все же это высшая безответственность оставлять в резерве целую армию, прошедшую не одну войну. Хотя… он вспомнил инцидент в Мели и вздохнул. И тут же спросил у Петренко.

– Наши потери? – Полковник недоуменно посмотрел на своего начальника. – Я хотел бы узнать последние данные, – добавил Корнеев, старательно не глядя на карту.

– Нам осталось уничтожить живых мертвецов в четырех станицах и одном поселке, а именно: Вышестеблинская, Юровка, Благовещенская, Джигинка и Виноградный, – то есть на юге, юго-востоке полуострова. С учетом полученного опыта борьбы, до послезавтра мы справимся железно.

– Я спрашивал о потерях.

– Но ведь их тоже придется прибавить в общий список, полагаю, еще рота с небольшим, если позволит техника, – Петренко был циничен, когда речь касалось цифр, но вся циничность эта была напускной. Он сам присутствовал на всех операциях, и сам осуществлял тактику продвижения отведенных для зачистки местности частей. – С учетом этой роты мы потеряем к девятому одну тысячу девятьсот человек убитыми. Следует так же прибавить и прибиваемых с залива мертвых, которые уже стоили нам роты и в том числе из-за боестолкновения. Двое из них, помните, были в украинской пограничной форме.

– Да прекрасно помню, – то, что творилось на берегу под Кучугуром, после «высадки десанта хохлов» лучше не вспоминать. Контрактники, зло подумал Корнеев, полугодовая выучка этих бойцов скорее во вред, чем на пользу. Оружием их пользоваться научили, а азам тактики – нет. И они составляют почти половину армии.

– Плюс двести девяносто два раненых. В том числе сорок восемь самострелов. И еще четырнадцать сбежавших за последние три дня. Искать сейчас мы их не можем, из-за конфликтной ситуации, – да, почти все бежали в Крым. Точно искали там спасения. Конечно, рядовым бойцам, да даже офицерскому составу в точности не известна причина их пребывания на Тамани – Корнеев всех своими действиями сумел убедить в том, что целая армия брошена на крохотный полуостров только для того, чтобы зачистить его от живых мертвецов; ну почти убедить. К тому же у части контрактников там родина. Оттуда в последние годы их выдавили власти Украины и тамошние националисты. Паспорт-то они сменили, но поди смени душу.

– Итого две с лишним тысячи. А ведь война еще и не начиналась, – мрачно произнес Корнеев, наконец, вглядевшись в карту, подложенную на стол Петренко. – Точками синими вы что отметили?

– Места мародерства, – почти все крупные станицы. В поселках сохранилась какое-то подобие власти, части, прибывающие на постой или проводящие там зачистку, не решаются. А вот там, где власти не было, там где жители сбежали, армию не удержать. Пацаны точно с цепи срывались при виде чужого добра, буквально падающего им в руки – в качестве компенсации. Собственно, они так и объясняли свое поведение. При этом ничуть не гнушаясь подобных объяснений. – Вы отправили под трибунал полтораста человек. Полагаю, большую часть нам придется вернуть.

Корнеев покачал головой.

– Увольте. Даже если половина армии начнет грабить своих, с ней я не пойду на Крым. Как не верну и сержантов, измывавшихся над составом. Все, кто оказался на губе за драки, пьянство, дедовщину, все они отправятся домой. Контракт будет разорван немедля. Да, Степан Захарович, плохие из нас завоеватели, если собственную армию сдержать не можем. Недели не простояла, а уже начинается бардак.

– Сейчас везде бардак, – попытался защитить пятьдесят восьмую Петренко. – В мирное время…

– А вот у нас уже не мирное. И ничего подобного быть не должно. Все действия мы должны пресекать жестко и незамедлительно. И… у нас же освободительная миссия, помню, когда всего три года назад, мы вошли в Осетию, что было что-то подобное? А ведь перед этим и учения проводились, и войска перебрасывались, – он покачал головой. – То ли я старый стал, то ли они изменились…. – и не закончил фразы.

– В Осетии другой коленкор был. Сколько нам долбили про грузин, готовивших аншлюс.

– Сейчас все абсолютно тоже.

– Сейчас мы сражаемся с мертвыми. И безо всяких учений. Вы думаете, юные души так просто воспринимают все это. А ведь подчас им приходится воевать со своими. Ведь многие отсюда.

– Степан Захарович, ну что вы говорите. Из Тамани единицы. И вы и я прекрасно понимаем, почему у нас такая армия. Знаете, давайте займемся нашими проблемами, вы получили съемку с БПЛА?

Петренко молча положил диск на стол. Затем, спохватившись, вложил его в лоток портативного плеера. На экране возникла коса Тузла, над которой пролетал беспилотник. Затем он резко свернул, набрал высоту и направился на территорию Крыма.