Чтение онлайн

Желудок действительно уцелел, его мускулистые стенки не настолько еще разъело гниение. Виан, прикинувший, что таких, как он, в том желудке поместилось бы шестеро-семеро, не меньше, некоторое время примеривался, как бы половчее сделать разрез.

– Встань так, чтобы успеть отпрыгнуть, если что, – посоветовал конек, сам предусмотрительно отошедший шагов на десять.

– Легко сказать, – проворчал Виан и ткнул в скользкую массу нож.

И тут же осознал, что заблуждался, полагая, будто еще сильнее вонять уже не может.

– Ты как? – озабоченно спросил Лазаро. Виан, не отвечая, выбрался из китового нутра, с

трудом оперся рукой о спину конька – и добавил свой последний обед к творившемуся вокруг безобразию. Чуток полегчало, да и ветерок подул, хотя бы немного развеивая стоявший над пляжем смрад.

– Ты белый совсем, – сообщил конек.

– Ничего, уже отпускает, – прохрипел Виан. Он порылся в памяти, не попадалось ли ему в книжках какого заговора для подобных случаев, но на ум ничего не пришло.

Убедившись, что его собственный желудок полностью опустел, парень вновь вернулся к китовому. Из проделанной прорехи выпирали недопереваренные рыбы и какие-то скользкие существа. Превозмогая вновь накатившую дурноту, Виан расширял и расширял разрез, радуясь, что не поскупился когда-то и потратил денежки на хороший нож. Наконец поток тухлой рыбы иссяк. Распихивая последнюю трапезу кита сапогами, Виан принялся искать хоть что-то, похожее на ларец.

– Нет здесь, похоже, ничего, – с трудом проговорил он, чувствуя, что сам уже не сильно отличается от лежалого содержимого желудка. По крайней мере, непосвященный наблюдатель мог и не заметить разницы, если бы ориентировался только по виду и запаху. И тут среди заполнившей остатки желудка жижи что-то блеснуло.

– Смотри-ка, Лазаро, – не то? – парень медленно выбрался из китового нутра и, едва переставляя ноги, добрел до конька.

Конек придирчиво, со всех сторон оглядел колечко, лежавшее на Виановой ладони.

– Не-а, – замотал Лазаро головой, – по-моему, не то. Там же речь о перстне шла, а не о кольце.

– Ну, не знаю, там больше ничего ценного не было, – Виан подбросил колечко на ладони. – Пойдем-ка, отойдем в сторону – очень уж подышать охота.

– Да не отойдем, – откликнулся Лазаро, – а пойдем, поищем место для ночлега. И помыться не мешало бы. Вечереет уже.

– Я заметил, – Виан еще раз подбросил колечко, а затем надел на палец.

– О-па! Я исчез!

Конек завертелся, размахивая ушами и пытаясь обнаружить только что стоявшего здесь Виана. Парень вновь появился – даже немного бледнее, чем был, но несколько оживившийся.

– Ты видел? – спросил он.

– Видел, видел, – кивнул Лазаро, – слыхал я краем уха про такие кольца. В любом случае нас это не касается – пойдем-ка лучше искупаемся, пока не начало темнеть.

– А с этим-то что? – ежесекундно спотыкаясь на камешках, Виан поплелся следом.

– Ничего хорошего я по этому поводу не слышал, – проговорил конек. – Какие-то неприятности были с такими колечками связаны. Да брось ты его, подумай лучше, как ларец с перстнем найти!

Парень пожал плечами, повертел колечко в пальцах, а затем размахнулся и забросил в море.

Когда Виан закончил мыться и стирать одежду, натянул запасные штаны и рубаху и уселся у костра, уже наступила глубокая ночь. На темном покрывале неба разгорелись мириады ярких звезд, показывая, что облачные фронты наконец-то окончательно убрались восвояси. В темноте шумела Умча, переливаясь через скальный порог, перекликались крошечные сычики, где-то вдалеке незримо и – к счастью – почти не обоняемо продолжал догнивать кит.

– Итак, – сказал Лазаро, чертя копытом что-то на земле, – что мы имеем?

– Даже исчезательного кольца не имеем, – сказал Виан, отчасти раскаявшийся в своем поступке. – Это точно был не тот перстень?

– Это вообще был не перстень, уж поверь мне. В перстень должен быть вправлен камень или еще что-то. Так вот, давай рассуждать: мы уцепились за версию с китом, но ведь, сколь я помню, Илидия не утверждала, что это обязательно должен быть кит. Что именно она говорила?

Виан задумался, вспоминая.

– Перстень, а может, и весь ларец долго находился в каком-то одном месте. Затем он стал перемещаться, и его несло живое существо размером много больше человека. Сейчас он пребывает где-то в полусотне перекладов от того места, где лежал раньше.

– Угу, – конек кивнул, – значит, единственное, что мы можем сделать, это отправиться к месту гибели корабля и начать поиски оттуда. Раз существо, проглотившее ларец, не движется – оно, видимо, лежит мертвым на берегу…

– Почему – проглотившее? – вдруг спросил Виан.

– То есть?

– Может, это существо несло ларец… хм… в зубах или в лапах, а потом бросило? Или…

Конек некоторое время ждал продолжения, но Виан впал в глубокую молчаливую задумчивость. Какая-то неясная мысль крутилась у него в голове, словно муха, присаживалась на разные части мозга, щекоча сознание метафорическими крылышками и лапками, но поймать себя не давала.

– Ладно, – нарушил наконец молчание Лазаро, – Илидия ведь объяснила, где, по ее мнению, случилось крушение. Завтра отправимся туда. И будем надеяться, что неведомое чудовище ларец все же проглотило.

– Почему? – не понял Виан.

– Потому что, пройдя по берегу за день полсотни перекладов, мы с легкостью найдем всех погибших крупных животных. А вот если ларец был спрятан или обронен…

– Понял, понял!

– …Тогда придется придумывать что-то другое. А у нас на все про все осталось четыре дня.

– Помню, – поморщился Виан, заворачиваясь в плащ и укладываясь на землю.

Мысль, которая не давала Виану покоя, видимо, порядком подустала, так что, проснувшись, парень сумел-таки ее изловить.

Было еще довольно рано, солнце зевало и потягивалось спросонок где-то за деревьями на другом берегу Умчи. Конек уже проснулся, был бодр и готов действовать.

– Вставай, – сказал он Виану. – Между тобой и жерновом на твоей шее стоят сто перекладов береговой линии, которые нам надо обыскать за трое суток, так что хватит спать. Где, ты говоришь, затонул корабль?