Шрифт:
– «То есть как это, произошла ошибка?» – спросил я.
– «Ну вот так… Или ты думаешь, что только людям дано право ошибаться? Бог ведь создал вас по своему образу и подобию, помнишь? Поэтому даже он может совершать ошибки.» – уверенно ответил мне Он.
Пару секунд мы оба просто молчали и смотрели друг на друга. В конце концов Он открыл ящик стола и достал из него коричневый, плетенный журнал. На вскидку, толщина журнала составляла около пяти или шести сантиметров, и он был обтянут коричневой, натуральной кожей, вид которой со временем становился только богаче и респектабельней, а внутри журнала были какие-то записи и пометки. Открыв его Он начал неспешно перелистывать одну страницу за другой, и я заметил, что каждая страница была расписана, но то ли из-за плохого освещения, то ли из-за того, что зрение мое было уже совсем ни к черту, я ничего не смог разобрать.
– «Даже не пытайся…» – вдруг произнес Он.
– «Не пытаться что?»
– «Прочитать. Ты все равно ничего не поймешь.» – ответил Он, продолжая листать страницы и водить пальцем по листу бумаги слева направо и сверху вниз.
– «Так-с… Девятнадцать тысяч триста сорок пять.» – спустя некоторое время произнес Он вслух.
– «Простите, что?»
– «Девятнадцать тысяч триста сорок пять календарных дней.» – повторил Он. – «Ровно столько дней составила продолжительность твоей жизни на Земле.
Он развернул журнал и одной рукой подвинул его ближе ко мне.
Я вгляделся в журнал и обнаружил, что непонятные каракули и символы внезапно начали обретать свои ясные очертания. Строчки медленно превращались в предложения, а закорючки – в слова, и продолжалось это до тех пор, пока в одной из граф столбца таблицы я отчетливо не разглядел цифру – «19 345».
– «Девятнадцать тысяч триста сорок пять…» – шепотом повторил я.
– «Столько дней мне было дано?»
– «Нет,» – ответил Он. – «Столько дней ты прожил на Земле.»
– «А что означает перечеркнутая цифра «31 205»?»
Над цифрой «19 345» я разглядел еле заметную надпись, написанную от руки уже выцветшими чернилами.
– «Где?» – привстав со своего кресла и чуть наклонившись ко мне глядя в журнал спросил он. – «Аааааа, это? Это как раз и есть то самое количество дней, которое тебе было отмерено.»
– «То есть, если я правильно понимаю, отмерено мне было 31 205 дней, а прожил я всего 19 345, то есть меньше отмеренного?» – слегка поразмыслив спросил я.
– «Все верно.»
– «Тогда почему я сейчас здесь?»
– «А вот это мы сейчас и выясним…» – с игривыми нотками в голосе ответил Он, после чего тут же протянул руку к трубке стационарного телефона, стоящему на столе.
– «Полиночка, а где у нас Лидия Степановна затерялась?» – произнес он в трубку, пальцем держа нажатой красную кнопку телефонного аппарата.
– «Она уже идет…» – еле слышно произнес чей-то голос, после чего Он так же молча положил трубку обратно.
Спустя мгновение в дверь постучали и на пороге появилась Она. На Ней было черное, как смоль, одеяние, а голова покрыта капюшоном настолько глубоко, что лица её было не разглядеть. В правой руке Она держала косу, высота которой была явно выше Её роста. Теперь я уже ни секунды не сомневался – перед нами предстала сама Смерть. В комнате, где мы находились, было очень тихо, от чего я мог ясно слышать Её глубокое и тяжелое дыхание, от чего кровь замирала в жилах и мне становилось, мягко говоря, не по себе.
Внезапно Смерть нарушила воцарившуюся тишину: – «Кхе-кхе…» – предварительно откашлявшись в кулак заговорила Она. – «Вызывали?»
Голос Её был хриплым и низким, и от того пронизывающим от макушки до самых пят.
– «Здравствуйте, Лидия Степановна!» – произнес Он. – «Да, вызывал…
Не подскажете, какой уже раз на этой неделе?»
– «Второй, кажется…» – немного помявшись на месте, ответила Смерть.
– «Третий, Лидия Степановна, тре-тий! А ведь сегодня только вторник.» – ответил Он, мельком глянув на настенный календарь. – «Подойдите ко мне, пожалуйста.»
Конец ознакомительного фрагмента.