Осколки детства

Редактор Галина Щекина

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Мария Александровна Хаустова родилась в городе Кириллове Вологодской области 25 декабря 1987 года. В 2007 окончила библиотечное отделение Вологодского областного училища культуры, а в 2013 – филологический факультет Вологодского государственного педагогического университета. Более семи лет работает корреспондентом общественно-политической газеты Кирилловского муниципального района «Новая жизнь», где в течение трёх лет ведёт информационный правовой проект и, являясь журналистом-универсалом, пишет на разные темы: от программ службы занятости, криминала, молодёжной политики до области культуры и проблемных ситуаций в сфере ЖКХ. Мария является победителем многих информационных конкурсов, среди которых главными считает Конкурс имени В. А. Гиляровского (2008), «Вызов XXI век» (2009), а также «Живое слово» (2011).

Литературной деятельностью Мария начала заниматься в 2012 году. Именно тогда ею был написан первый рассказ «Максимка», который в традиционном варианте (а не в электронном) был опубликован впервые лишь в сентябре 2015 года.

«Максимка» —знаковое произведение, которое откроет для читателей особый мир Хаустовой, печальный, но родной.

К выходу в свет готовится роман Марии Хаустовой «Мамочка из 21-го бокса», получивший положительный отзыв у комиссии в издательстве «Эксмо». Работает она и в жанре киносценариев. Полнометражная новогодняя комедия находится на рассмотрении у исполнительного продюсера А. Н. Досталя. Кроме того, в этом году Марией написаны киносценарии мелодрам и две пилотные серии для ситкомов. Сейчас М. А. Хаустова пишет книгу об исправительной системе в России, рабочее название – «Розовый фламинго».

Мария Хаустова принимала участие в литературном фестивале «Плюсовая поэзия» в 2015 году в Вологде, получила положительные отклики, тексты рекомендованы к публикации. «Осколки детства» – дебютная книга М. Хаустовой.

Книга Марии Хаустовой – о детстве. Принято считать, что детство – самая счастливая пора в жизни человека. Детство, описанное в классике – светлые моменты, взрывы радости, обретение друзей и открытия. Но здесь мы видим самый горький случай, когда ребенок получает в качестве первого опыта предательство, голод, боль, одиночество. Тут и взрослому легко сломаться, а уж малолетке – тем более. Так они выживают. Так они растут. У мальчика Максимки умирает отец. И стоя перед свежей могилой, пацаненок плачет и взрослеет. Хулиганка Ирка допекает старого дедушку своими затеями, но когда понимает, что без нее деду тоже не выжить, начинает понимать его, совестится. Героиня одноименного рассказа Юлька, замученная диким обращением бабушки-алкоголички, тем не менее проникается жалостью к ней, узнав о ее болезни. Сестры доводят до исступления сумасшедшую соседку, но сразу смягчаются, узнав историю ее любви. Нет, эти дети не ожесточились, не закостенели в своем несчастье. Они открыты добру и правде. Из них еще вырастут хорошие люди.

Герои Хаустовой живут в русской провинции. Это достаточно мрачный фон для жизненных историй. Как повторяет про себя школьница Маринка, идя домой: «Рыба», «Овощи», пивной ларек с коротким, но удобочитаемым названием «Рюмочная», затем отделение «Почтамта», холодный сквер и трехэтажная кирпичная школа…» Одна улица – и весь город. Один серый день – и вся жизнь. Но автор не боится показать жизнь такой, как она есть— простой, грубой, бесповоротной. Ведь даже в такой жизни есть свои прекрасные моменты.

Книга «Осколки детства» покоряет темой. Да, знать о страданиях маленьких детей нужно. Чтобы не допускать такой несправедливости рядом. Но разговор не только о социальной беде, он шире, он выворачивает нравственные корни этой беды. К тому же трагическое и прекрасное часто взаимосвязаны… Измученная голодная Ленка, собирающая еду по помойкам, оказывается человеком глубоким, верным и любящим. Она спасает своего крохотного брата и утешает пропащую мать (рассказ «Старшая сестра»).

Главные отличительные черты Марии Хаустовой – невероятная честность и знание предмета описания. Текст содержит множество деталей, иногда ярких, иногда жутких. Тут можно вспомнить и украденную спелую малину в саду бабки Верки, и варку каши для голодной Юльки. Иногда охватывает сомнение – да о нашем ли времени идет речь? Может, мы вернулись в эпоху Короленко и Достоевского? О, нет, это начало цивилизованного двадцать первого века…

Исковерканное детство, мучения, голод, холод, одиночество. Дети подземелья? Горьковское дно? Тема детского горя у Хаустовой раскрыта как нельзя более полно. Сочувствие автора – это явно. Но есть какие-то моменты, где автор перебарщивает. Очень много детских слез. Слезинка ребенка становится морем. А в целом Хаустова сильно пишет… только меры не знает. Возможно, у нее своя мера.

Но такая книга сегодня нужна. Она как горькое лекарство, которое приближает выздоровление. Она кричит о чем-то главном в человеке. О сострадании.

Белый снег разлетался хлопьями, и ветер уносил его куда-то вдаль. Максимка шагал по улице, и слезы большими горошинами скользили по его лицу. Маленький, тоненький, с черными, как смоль, глазами и длинными ресницами, он смотрел на расходившихся с кладбища людей. Папка умер. Папка! Максимка остался один. В свои одиннадцать он познал, что такое одиночество и смерть.

Его мать умерла при родах, всю жизнь Максимку воспитывал отец. И вот теперь и он покинул сынишку. Хорошо хоть тетка еще осталась. Она-то уж не бросит парнишку. Любава – женщина с сильным характером. Именно она ухаживала за братом Юрием, когда тот слег от рака. Он не ел несколько дней. Потом перестал пить. «Скорая» уже не ездила на их вызовы, и ей пришлось самой научиться делать уколы. Максимкин отец стойко переносил свои мучения и даже не стонал никогда. Он просто стискивал зубы и руки сжимал в кулаки. Вся боль выходила в натянутые жилы и напряженные мускулы.

Как-то к Любаве пришли гости. Они сидели на кухне и смеялись над каким-то анекдотом. Максимка прибежал с улицы весь взлохмаченный и раскрасневшийся от мороза. На шерстяных рейтузах его висели комочки снега. Он постучал носами валенок о порог, чтобы снег слетел и с них, и уже хотел проскользнуть к себе в комнату, как увидел в прихожей отца. Тот сидел на полу. Его ноги были согнуты в коленях и обхвачены руками, лицо выражало страдальческий вид, и маленькая пуговка соленой воды застыла в уголке его правого глаза. Он сидел один на ковровой дорожке в темной прихожей и слушал, как смеется его сестра, а сам в это время изнывал от дикой боли.

– Папка! Что с тобой? Тебе больно? – испуганно спросил Максимка.

– Да не-ет, – тихим, протяжным голосом отвечал ему отец.

– Давай я Любаву позову, она тебе поможет.

– Не надо, Максимушка, не зови. Я тут еще немножко посижу и встану, – убеждал Юрий маленького сынишку.

– Я тогда рядом с тобой посижу, – Максимка сел напротив отца и не мог понять, что такое с ним происходит. Глядя на сына, Юрий прослезился и попросил сына подойти к нему. Максимка, заметив слезы отца, расплакался и упал в объятия своего любимого папки.