Осколки
Шрифт:
Летит к нему издалека,
Ласкаясь нежно каждый раз,
Едва его завидит.
А он, вот чёрствая Душа,
Не понимает ни шиша,
Не про него, как видно, сказ,
Что «мухи не обидит».
Она жужжит и так и сяк,
О том, что чувства – не пустяк,
И ничего важней любви
На Свете не бывает…
А он кричит: «Достала?! Да?!
А ну бегите все сюда!
Быстрей! Хватай её! Лови!
100 грамм всем, кто поймает…»
Ему бы, дураку понять,
Что стоило б поцеловать,
И стала бы она тогда
Премудрою девицей,
Всех удивляла б красотой,
Исполнила б каприз любой,
Не споря, с помощью перста,
Иль нежною десницей.
Ну да мужик и есть – мужик,
Он верить в сказки не привык,
А тут, как раз, пришла зима,
Уснула наша муха.
А он ждал этого давно,
Схватил её, и за окно,
Туда, где снега кутерьма
Мороз и голодуха.
Никто её не подобрал,
В ларец хрустальный не поклал,
Пропала муха без следа,
Таков её удел…
А он остался бобылём,
Любовь к нему стучалась в дом
(С ней было б «горе – не беда»),
Да он не разглядел. *
[* В этом месте автор заплакал/а…. и поэтому больше ничего написать не смог/ла]
Л.Т. Август – сентябрь 2016
Касаюсь к голосу, как к ране,
Боль отзывается в Душе…
Бессилие на самой грани,
Непроизвольном вираже.
Напрасны ласки утешенья,
Всё обрывается в ничто,
В кругах слепого отторженья,
Сквозь дней прожитых решето.
Свеча горит и тихо тает,
Но, перед тем, как гаснуть ей,
Ещё неистовей пылает,
Рождая сонмища теней…
***
Он влюбился, как в детстве…
(Ну и что, что женат?!)
Жизнь, в своём лицедействе,
Откатила назад,
В яркий танец ромашек,
Синеву васильков,
Из пшеницы и кашек
Сплетённых венков.
Сердце словно горело,
И пело в груди…
Он, как в детстве, несмело
За нею ходил…
Над собой не во власти,
Подойти к ней не смея,
От сжигающей страсти,
Как мальчик, робея…
(Щёки – цветом гвоздик,
Майских праздничных роз,
Светлый ангельский лик,
В нимбе пышных волос…)
А теперь, вспоминая,
Сам себе он смешон,
От желанного рая,
Только призрачный сон.
Не об этом мечталось,
И развязка пошла…
Слов его не дождалась
И сама подошла…
Было кофе вначале,
Затем ресторан…
Но колечко, в бокале,
Оборвало роман,
Без ненужных дебатов
И словесной халвы:
Не хватило каратов
И унций… увы…
Жизнь твердила – искусство, –
И смеялась в лицо:
Чем весомее чувство,
Тем весомей кольцо…
***
Тебя обнимаю взглядом,
Щекой касаюсь ладони…
Осенние дни то жаром,
А то холодным дождём.
Сегодня мы ещё рядом,
И всё, что случалось помним,
А завтра может – кошмаром,
Но что нам думать о том?!
Года… мы их торопили,
Всё времени было мало,
И ждали: скорей бы завтра…
А «завтра» прошло вчера…
Жаль поздно мы ощутили,
Что это: конца начало.
Любви не спасает мантра
От жизненного: «Пора!»
Тебя обнимаю взглядом,
Щекой касаюсь ладони…
Осенние дни играют
Листвой в холодных ветрах.
Сегодня мы ещё рядом,
И всё, что случалось помним,
И так ещё много красок
В последних осенних днях.
***
Ярко, мазками, пламень прощания,
Зрелости страсть, на границе отчаяния.
Вязнут глаза в красоте окружения,
Все смыслы жизни меняют значения.
Разум смиряется с болью разъятия,
Сквозь понимание и неприятия.
Воды небесные заиндевеют,
Ветры их льдистость по миру развеют,
Травы пожухнут, земля поседеет…
Осень покажется просто идеей.
***
Она услыхала знакомой песни тревожный звук,
Парень, сидя на лавочке, наигрывал «Не спочнемо»,
И так волшебно, по струнам, было движение рук,
Что она застыла, как парковая скульптура, немо.
Она смотрела на него, как смотрят на чарующий свет,
Разгорающийся в небе, когда Солнце садится в море,
Или когда тучи, розовея, обозначают рассвет,
Она готова была разделить с ним и радость и горе.
Парень доиграл мелодию, спрятал гитару в футляр,
Закурил, смахнул пыль с брюк, лежащей рядом, брошюрой,