Чтение онлайн

– И не подумаю, – ответила я. – То, что я узнала, я во всех подробностях расскажу всем своим знакомым.

– Вам никто не поверит.

– Тогда я напишу об этом книгу. Он усмехнулся:

– Ну конечно.

Он считал, что я не способна на такое, это было видно по его глазам.

– Пишите на здоровье. Увидите, что из этого выйдет.

В кафе хлопнула входная дверь. Я обернулась. Худощавый в сопровождении нескольких агентов подошел к нам. Он был в дурном настроении. Он разговаривал с кем-то по телефону, и я несколько раз услышала имя Лееру.

Неужели Арманд своим бегством спас этому человеку жизнь? Я прислушалась к себе и поняла: нет. Даже если бы они заполучили Арманда обратно к себе в институт, они ни за что не заставили бы его стать убийцей.

Худощавый закончил свой телефонный разговор и сунул мобильник в карман. Он даже не посмотрел на нас, а вместо этого попросил официантку принести меню и, не садясь, стал внимательно его изучать. Агенты молча стояли вокруг и смотрели на него. Наконец он сделал заказ, и я удивилась, что он говорит по-чешски.

Его люди исчезли в соседнем зале, а он подошел к нам и, не спрашивая разрешения, сел за наш столик, почти просверлив меня взглядом.

– Ну, теперь вернемся к вам, mademoiselle, – произнес он, поджав губы. – Вас, вероятно, порадует то известие, что Арманду временно удалось от нас скрыться.

Я облегченно вздохнула.

– Вы, конечно, и представить себе не можете, какие неприятности нас из-за этого ожидают, – продолжил он.

– Нет, – призналась я. – Но я искренне вам сочувствую.

Он озадаченно посмотрел на меня. Не знаю, понял ли он, что я ему сказала. Мне показалось, что своим ответом я опровергла какую-то его концепцию, но вскоре он продолжил, как будто я ничего не говорила.

– Вы нам пока больше не нужны. Мы постараемся как можно скорее доставить вас домой.

Он скривился в улыбке, но его каменные серые глаза остались серьезными.

– И выбросьте из головы свои наивные надежды. Когда-нибудь мы его обязательно поймаем. В этом я не сомневаюсь. Всего вам доброго.

С этими словами он поднялся из-за стола. Я увидела, как он прошел в соседний зал к своим агентам, и это был последний раз, когда я его видела.

Тогда волосатый мужчина в кожаной куртке, которого якобы звали Фербер, взял заботы обо мне на себя. Мне вернули обе дорожные сумки со всем их содержимым. Я все ждала, что у меня возьмут отпечатки пальцев или сфотографируют, или еще что-нибудь в этом роде, но ничего такого не произошло. Мнимый Фербер сделал фотокопии двух страничек моего паспорта, и все.

После этого он подвез меня на машине до Цвикау, а ехать туда было весьма прилично. Это была самая опасная часть моего приключения, потому что ехали мы на «Порше», и Фербер не обращал никакого внимания на дорожные знаки, особенно на ограничения скорости. В Цвикау он высадил меня на вокзале, купил билет до дома – это с тремя-то пересадками! – донес сумки до перрона и подождал, пока я сяду на нужный поезд. На прощание он даже слегка махнул мне рукой, этот агент KP.

К вечеру я добралась домой. Все было точно так, как я оставила, уходя, даже мой велосипед неряшливо валялся на улице. Я аккуратно поставила его в гараж. Мобильник нашелся на втором этаже за вазой на комоде. Было очень странно, что я здоровой и невредимой вернулась домой – как будто проснулась после долгого непонятного сна.

Я думала, что на этом мое приключение закончилось.

Но тут-то все только и началось.

Бедные мои родители. Через несколько дней они, ни о чем не подозревая, загорелые и отдохнувшие, вернулись с Карибского моря с целым ворохом увлекательных рассказов. Когда я встретила их на вокзале, между нами произошел следующий разговор:

– Привет. Вы здорово загорели.

– Здравствуй, Мари, дорогая; как здорово, что ты нас встретила. Ах, это было замечательно, просто фантастика. Как жаль, что тебя не было с нами. У вас здесь хотя бы была хорошая погода?

– Нормальная.

– Ты скучала без нас?

– Мм, – промычала я осторожно. – Я бы не сказала. Меня тут похитили.

– Что? Боже мой, здесь так шумно. Мне показалось ты сказала, что тебя похитили.

– Именно это я и сказала.

Вытянутые лица.

– Что?

– Похитили, – повторила я. – Взяли в заложницы. Украли. Вы что, не читали газет?

– Газеты?

Совсем вытянутые лица.

– Ничего, – махнула я. – Я для вас их сохранила.

Я целый вечер пыталась им рассказать, что произошло. Но они мне не особенно верили, а считали мои рассказы эксцентричной фантазией, вызванной позднеподростковым одиночеством. Газеты были плохим доказательством моим словам, потому что в них сообщалось только о многочисленных отрядах полиции, которые ловили сбежавшего несовершеннолетнего преступника. Мелькали и сообщения о том, что в Штутгарте по какой-то причине, которую обтекаемо обозначили как «угроза теракта», на несколько часов было приостановлено движение трамваев, а Центральный вокзал оцеплен усиленными нарядами полиции. Но о похищении не было ни слова, а уж обо мне и подавно.

Наверное, так всегда бывает, когда речь идет о делах, в которых замешаны спецслужбы.

Ладно, я согласна, можно не писать моего имени крупным шрифтом на первых страницах газет и не помещать рядом моей фотографии. Но какая-нибудь малюсенькая заметочка в серьезной газете мне бы очень помогла. Я ушла спать с таким чувством, что мои родители еще два часа будут обсуждать, что они упустили в моем воспитании, не надо ли меня отвести к подростковому психологу или же это пройдет само со временем.