Чтение онлайн

К счастью, он был в хорошей форме. Бак сложил все в сумку, затянул потуже ремень и пошел быстро

со скоростью примерно четыре мили в час. Через три часа он почувствовал, что теряет силы. Похоже, он натер волдыри на ступнях. Шею и плечи ломило от сумки. Одежда пропиталась потом. Было ясно, что он не доберется до дома, если не отдохнет в редакции.

"Боже, помоги мне", – вздохнул Бак в отчаянии, но это не было обращением с молитвой. Если Бог и услышал его, то Ему присуще чувство юмора, решил Бак. Он вдруг увидел прислоненный к кирпичной стене желтый велосипед с прикрепленной к нему картонкой, на которой было написано: "Можешь взять этот велосипед и ехать куда надо. Потом оставь его для другого, кому он может понадобиться. Бесплатно".

"Только в Нью-Йорке, – подумал он, – никто не украдет то, что лежит свободное.

Он подумал было о благодарственной молитве, но больше не было видно никаких других свидетельств всеблагого Творца. Когда он поднял велосипед, то подумал, сколько же времени прошло с тех пор, как он ездил на велосипеде? Он долго вихлял на нем, пока не добился, чтобы его перестало шатать. Теперь, лавируя между грудами обломков, он перемещался гораздо быстрее. Только несколько счастливчиков передвигались так же успешно, как он – еще двое на таких же желтых велосипедах, курьеры (тоже на велосипедах), да полицейские на лошадях.

У здания "Глобал уикли" были строгие меры безопасности, что ничуть его не удивило. Предъявив документы новому охраннику на проходной, он поднялся на двадцать седьмой этаж, зашел в туалет, чтобы освежиться, и наконец, прошел в основные помещения журнала. Секретарь сразу же позвонил в кабинет Стива Планка. Стив Планк и Мардж Поттер поспешили навстречу, чтобы обнять и поприветствовать его.

Баком Уильямсом неожиданно овладело сильное чувство – он почти разрыдался. Он понял, что, как и другие, пережил страшную травму и все это время держался только на адреналине. Теперь, попав в привычную обстановку, – особенно потратив на это столько сил и денег – он почувствовал себя так, будто вернулся домой. Он был среди людей, которые беспокоились о нем. Это была его семья. Он был на самом деле рад видеть их, и было очевидно, что это чувство взаимно.

Проходя со Стивом и Мардж мимо своего маленького захламленного кабинета в просторный кабинет Стива, он спросил, слышали ли они о Люсинде Вашингтон.

Мардж остановилась в коридоре, прижав руки к лицу. "Да, – справилась она с собой, – не будем больше говорить об этом. Мы лишились нескольких человек. Как началась и когда же кончится эта беда?"

Бак тоже не стал продолжать. Он больше не мог притворяться сдержанным. Как и все другие, он поражался своей впечатлительности. Стив обнял Мардж и повел ее дальше в свой кабинет, где их уже ожидали старшие члены редакции. Они приветствовали Бака аплодисментами. Эти люди, с которыми он вместе работал, гонялся за сенсациями, зачастую участвовал в распрях, нередко враждовал, сейчас были искренне рады видеть его. Они еще не могли знать, что он чувствует сейчас.

– Ребята, как хорошо снова быть здесь! – сказал он. Затем сел и обхватил голову руками. Он задрожал и больше не мог сдерживать рыданий. Он плакал на виду у своих коллег и конкурентов.

Бак постарался вытереть слезы и собраться. Но когда он поднял глаза, смущенно улыбаясь, он увидел, что все были так же взволнованы.

– Это нормально, Баки, – сказал кто-то. – Если это твои первые слезы, то они не последние. Мы все подавлены, ошеломлены и охвачены горем, как ты.

– Да, – сказал другой, – но его письменный отчет, несомненно, будет более убедительным.

Это заставило всех рассмеяться сквозь слезы.

Рейфорд заставил себя позвонить в центр полетов "Панкон" рано утром. Он узнал, что ему следует позвонить насчет нового рейса в пятницу, через два дня.

– В самом деле? – спросил он.

– Но не думайте, что полет непременно состоится, – сказали ему- Большого числа рейсов не ожидается. Точно известно, что не будет ни одного рейса до завтрашнего вечера. А возможно, не будет даже и вечером.

– Есть ли шанс, что мне сообщат об отмене прежде, чем я выеду из дома?

– Да, такой шанс есть, но пока что вы получили назначение.

– Какой маршрут?

– Чикаго -Бостон -Нью-Йорк.

– Когда обратно?

– В субботу вечером.

– Хорошо.

– Почему? Какая-то дата?

– Без шуток.

– О, Боже! Простите, капитан, я забыл, с кем разговариваю.

– Вы знаете, что с моей семьей?

– Это знают здесь все, сэр. Нам очень жаль. Нам сказала об этом ваша старшая стюардесса несостоявшегося рейса в "Хитроу". А вы слышали о вашем первом пилоте того же рейса?

– Что-то слышал, но у меня нет официальной информации.

– Самоубийство.

– Да. Ужасно! Можете вы сделать кое-что для меня?

– Если я могу, конечно, капитан.

– Моя дочь пытается вернуться домой из Калифорнии.

– Маловероятно.

– Я знаю, но она уже в пути. Старается что-то предпринять. Очень вероятно, что она обратится в "Панкон". Можете ли вы проверить, не зарегистрировалась ли она где-нибудь?

– Это не трудно. Всего несколько рейсов.

– Как насчет Милуоки?

– Не думаю.

Он застучал по клавиатуре.

– Откуда она отправилась?

– Это около Пало-Альто.

– Плохо.

– Почему?

– Вряд ли оттуда что-нибудь будет. Сейчас я проверю. Рейфорд слышал, как человек разговаривал сам с собой, выдвигая варианты. Калифорнийская компания на Юту Черт возьми, я нашел ее! Имя – Хлоя, и ваша фамилия?

– Да, это она!

– Она зарегистрировалась в Пало-Альто. "Панкон" доставила ее автобусом на отдаленную летную полосу. Потом Калифорнийская компания доставила ее в Солт-Лейк-Сити. Ручаюсь, это был первый самолет из Калифорнии. Там она попала на старенький самолет "Панкон" до Эмид, Оклахома.

– Эмид? Туда не было наших рейсов.

– Без шуток. Сейчас он связан с Далласом. Во всяком случае, сейчас она летит из Озарка в Спрингфилд, Иллинойс.

– Озарк?!

– Я там работал, капитан.

– Хорошо, значит там работают.

– Да, там есть один или два турбовинтовых самолета, которые смогут взять ее. Но они пока не могут сообщить, где будет посадка.

– Как мне узнать, где я смогу ее найти?

– Это невозможно. Она сама позвонит вам, как только приземлится. Кто знает? Может, она уже вот-вот даст о себе знать.