Чтение онлайн

— Будут какие-то более конкретные указания?

Нейдельман отступил на шаг.

— Я всегда считал вас способным и изобретательным моряком, мистер Стритер. Оставляю это на ваше усмотрение.

Брови Стритера приподнялись — то ли от предвкушения, то ли от удивления.

— Да, сэр, — ответил он.

Нейдельман наклонился и включил переговорное устройство.

— Будем на связи, мистер Стритер.

Он быстро вернулся к лифту и спустился вниз. Стритер направился к лестнице.

Хэтч стоял на широком старом крыльце дома на Оушнлейн. Предостережения метеорологов обретали реальность. На востоке формировались высокие волны, с грохотом набегавшие на мыс Брид. На противоположной стороне гавани, за буйками, прибой вновь и вновь ударял в гранитные утесы Бёрнт-Хэда, ритмичный грохот разносился по пляжу. Небо затянули тяжелые дождевые тучи, которые проносились над взбаламученной водой. Еще дальше злобная пена прибоя с шипением накатывала на берега островка Олд-Хамп. Хэтч покачал головой; если волны начали перехлестывать даже через эту скалу, грядет настоящий ураган.

Он посмотрел в сторону гавани — первые суда мятежной флотилии уже возвращались: небольшие катера и более дорогостоящие траулеры, которыми управляли осторожные капитаны.

Хэтч заметил какое-то движение ближе к дому: повернувшись, он увидел фургончик «Федерал экспресс», который сворачивал к его дому. Машина остановилась напротив крыльца, и Хэтч подошел, чтобы расписаться за посылку.

Он вернулся в дом, сорвал оберточную бумагу и нетерпеливо вытащил толстый пластиковый пакет. Профессор Хорн и Бонтер, стоявшие рядом с одним из пиратских скелетов, прекратили беседу, как только увидели посылку.

— Прямо из лаборатории Смитсоновского института, — сказал Хэтч, ломая пластиковую печать.

Он вытащил объемистую распечатку, положил ее на стол и принялся перелистывать страницы. Наступило напряженное молчание, в воздухе повисло предчувствие разочарования. Наконец Хэтч вздохнул и уселся в ближайшее кресло. Профессор устроился напротив, сложил руки на рукояти трости и задумчиво посмотрел на хозяина дома.

— Вы ожидали получить совсем другое? — спросил он.

— Нет, — ответил Хэтч, покачав головой. — Вовсе нет.

Брови профессора сошлись на переносице.

— Малин, ты всегда слишком быстро смирялся с поражением.

Бонтер взяла распечатку и стала быстро ее просматривать.

— Я ничего не понимаю в медицинском жаргоне, — сказала она. — Что это за ужасные болезни?

Хэтч вздохнул.

— Пару дней назад я отправил кости этих скелетов в Смитсоновский институт. Кроме того, добавил несколько случайных образцов, взятых от дюжины скелетов, которые вы нашли во время раскопок в Бездне.

— Чтобы исследовать их на наличие болезней, — кивнул профессор Хорн.

— Да. По мере того как все больше людей заболевало, я начал размышлять о массовом захоронении. И решил, что скелеты могут оказаться полезными и помогут найти ответы на некоторые вопросы. Если человек умирает от болезни, то в его теле остается избыточное количество антител, характерных для данного заболевания.

— Или в ее теле, — заметила Бонтер. — Не забывайте, в могиле были и женщины.

— В крупных лабораториях, вроде Смитсоновской, могут протестировать кости скелетов на наличие антител и выяснить, от какой болезни умер человек. — Хэтч помолчал. — Нечто на острове Рэггид — тогда и теперь — вызывает у людей болезни. Самая вероятная причина — это меч, так мне кажется. Я пришел к выводу, что именно меч является переносчиком болезни. Повсюду, где появлялся меч, гибли люди. — Он взял распечатку. — Но согласно этим тестам, все пираты умерли от разных болезней. Клебсиела, [92] болезнь Брунера, микоз, таитянский клещевой возвратный тиф — целый букет заболеваний, причем среди них есть очень редкие. А почти в половине случаев причина смерти осталась неизвестной.

Он схватил пачку листов с края стола.

— Это не менее таинственно, чем результаты клинического анализа крови пациентов, которых я принимал за последние дни.

Он передал верхний лист профессору Хорну.

КЛИНИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ КРОВИ

ОСОБЕННОСТИ

— Анализы крови во всех случаях показывают отклонения от нормы, но у каждого пациента по-разному. Общим является лишь понижение лейкоцитов. Взгляните на этот анализ. Две с половиной тысячи телец на кубический миллиметр. А норма — от пяти до десяти тысяч. То же самое с лимфоцитами, моноцитами и базофилами. Господи! — Он положил лист с анализом на стол и с горечью вздохнул. — Это мой последний шанс остановить Нейдельмана. Если бы началась эпидемия или нам удалось бы обнаружить на острове вирус, я бы мог его убедить или воспользоваться своими медицинскими связями, чтобы установить на острове карантин. Но у нас нет ни малейших признаков эпидемии — ни в прошлом, ни в настоящем.

Наступило долгое молчание.

— А почему бы не обратиться к закону? — спросила Бонтер.

— Я говорил с моим адвокатом. Он сказал мне, что это обычное нарушение контракта. Чтобы остановить Нейдельмана, потребуется судебный запрет. — Хэтч посмотрел на часы. — А мы не можем ждать недели. Если учесть, с какой скоростью ведутся раскопки, остается всего несколько часов.

— А нельзя арестовать его за вторжение на частную территорию? — спросила Бонтер.

— Фактически он никуда не вторгался. Контракт дает право ему и «Талассе» вести работы на острове.

— Я понимаю твою тревогу, — сказал профессор, — но не согласен с твоими выводами. Как меч сам по себе может быть опасным? Если не считать того, что можно зарубить человека клинком, конечно.

Хэтч посмотрел на него.

— Это трудно объяснить. У диагноста иногда срабатывает шестое чувство. У меня сейчас именно такое ощущение. Чувство, убежденность, что этот меч является носителем зла. Мы постоянно слышим разговоры о проклятии острова Рэггид. Возможно, оно как-то связано с мечом и существует реальное объяснение.