Острова
Шрифт:
М-да. А Доставкин ему отказал. Сослался на занятость группы, дескать, они нужнее в другом месте. А где они могут быть нужнее, чем здесь? Кому будет легче от того, что новая волна норзов уничтожит оставшиеся корабли и сто семьдесят тысяч десанта с техникой?!
Дверь в каюту открылась, и вошел майор Гилфорд.
– Ну, и чего вы пришли, майор?
– Прибыли командующие десантными подразделениями, сэр.
– Да?
– Да, сэр.
И, упреждая новые вопросы генерала, майор добавил:
– Вы сами назначили общий сбор на этот час, сэр. Семнадцать двадцать пять.
– Я помню, Гилфорд. Я отлично все помню. Проводите их в зал заседаний, я сейчас же буду.
– Слушаюсь, сэр.
Гилфорд вышел, и генерал Хорн облегченно перевел дух. Как же напрягали его все эти… обычаи? Нет, это называлось как-то иначе. Служебные обязанности – вот! Именно так это все называлось – служебные обязанности.
Как же хорошо все было, пока о его отряде не вспомнили в Генеральном штабе. Интересно, это случайно так получилось или кто-то намеренно навел генерал-полковника Квикса на эту мысль?
Приехала комиссия. Стали бегать по кораблям, составлять какие-то ведомости, и пришли к выводу, что материальная часть в хорошем состоянии и корабли годны к эксплуатации и выполнению боевых задач. Боевых задач! Это ж надо было додуматься! А когда уезжали, руководитель комиссии даже пожал генералу Хорну руку и эдак с жаром произнес: «Поздравляю с возвращением в строй, сэр!»
И с той поры все закрутилось, прибыл конвой службы тыла, несколько судов инженерных служб, начали все красить, перебирать, смазывать. Сорвали пломбу на арсенале – двадцать лет держалась пломба! А эти сорвали и стали грузить боеприпасы на корабли.
Одним словом, хорошо налаженная, сытная и спокойная жизнь была нарушена своими же военными коллегами, которые сыграли роль какой-то степной конницы, честное слово.
И все, на этом извольте отправляться под загрузку.
По старой памяти генерал Хорн пытался надавить кое-какие кнопки, кому-то сунуть деньжат, кому-то напомнить, как вместе учились или служили, но все делали страшные глаза, отмахивались, дескать, что ты, место дороже, нынче другие времена и так не прокатит. И были правы, поганцы, не прокатило.
Конечно, Отто Хорн мог отказаться от экспедиции и уйти в отставку на пониженную пенсию, но это означало прозябание на шесть тысяч ливров в месяц, а Хорн за время безбедного существования о таких доходах совсем забыл, ведь он жил на широкую ногу, практически во дворце – в здании штаба подразделения, который перестроил на свой лад. Он получал бюджетные ассигнования на поддержание десантной эскадры, но находил этим деньгами более подходящее применение. Его дети учились в самой дорогой экономической школе, а жена годами проживала на спа-курортах.
– Сэр, все уже собрались…
– Все?
– Семнадцать полковников, сэр.
– Кто бы мог подумать, что их так много?! – искренне удивился генерал Хорн. – Хорошо, идите, я сейчас буду.
Майор ушел, и генерал начал лихорадочно придумывать, как начать это совещание? Ну, может быть, так: господа, судьба свела нас в тот момент, когда родина… Нет, слишком напыщенно. Может, попросить у них помощи? Признаться, что ничего толкового он придумать не смог, потому что двадцать лет провел как провинциальный землевладелец и в кошках разбирался лучше, чем в военной тактике.
Нет, когда-то он ее изучал и даже делал успехи, но с тех пор прошло так много времени, что в кошках он стал разбираться значительно лучше. Особенно в породе оттоман шерояль, чудесные кошечки кофейного окраса. Впрочем, полковникам эта тема едва ли понравится.
«Попросить помощи, – принял решение генерал Хорн. – Но не подобострастно, не сдаваясь и не сбрасывая генеральские погоны, а так по-товарищески, дескать, давайте дожимать вместе, боевые мои друзья…»
Как-то так.
54
При появлении генерала все присутствующие встали, а один из полковников едва не упал – его поддержали коллеги.
– Прошу садиться, господа, – сказал Хорн, занимая место во главе длинного стола.
Знай он, что именно семнадцатый номер получит флагманскую прописку, заранее бы отделал зал натуральным деревом, а сейчас повсюду был отделочный пластик. Ну позор просто. Просто позор.
– Господа, так случилось, что… – начал было генерал, но тут его взгляд упал на пьяного в люлю полковника, который пытался смотреть на начальника, но даже это у него получалось плохо. – Одним словом, нужно принять коллективное решение. Я не хочу ни на кого давить, ведь мы оказались в этой ситуации вместе. Итак, пусть выскажется каждый…
И тут генерал увидел в углу майора Гилфорда, который отрицательно покачал головой.
– Ну, если не каждый, то пусть прозвучит несколько основных мнений, полагаю, вы уже поговорили между собой и создали несколько, я бы сказал, направлений обсуждения наших действий, которые…
Гилфорд скрестил ладони и покачал головой.
– Вот так, господа. Начнем с вас, полковник.
– Полковник Амбросиус, сэр, командир десанта четвертого корабля! – сказал офицер, поднимаясь и одергивая китель. – Мы должны прорываться дальше, нарастить количество стрелков на зенитных палубах и пробиваться вперед! Давить эту мразь!
– Благодарю вас, полковник, прошу выступить полковника… Как вас там?
– Полковник Васнецов, сэр. Командир десантной группы седьмого борта.
Потом начались разговоры, обсуждения, полковники перебивали друг друга, даже обзывались, и генерал Хорн делал им замечания, однако в тонкости этого бардака он старался не вникать, готовя силы для конечного подведения итогов. К тому же майор Гилфорд своими знаками давал понять, что лучше пока помолчать, с чем генерал Хорн был полностью согласен.