Отблески Тьмы
Шрифт:
И тоже оказался допущен к ручке, хоть и с ворчанием.
– Понял-понял, - просиявший гоблин от избытка чувств кувыркнулся и тоже вприпрыжку помчался к озеру.
Селена задумчиво повертела в руках оставленное солдатом дрянное кривоватое копьё, покосилась на почти такое же в руке эльфки, и вздохнула.
– Гном, сделаешь ему настоящее? Я добавлю в оружие кое-чего… во что мне твоя работа обойдётся?
– да и Хэлль, кстати, поддержала просьбу и тоже заказала копьё для Болека.
Однако бородачи, когда надо, соображают не хуже нас, да и речь умеют вести как надо. Оттого Лоин в весьма велеречивых выражениях ответствовал, что почтёт за честь сработать оружие под руководством прелестных дам. Заодно и поучиться кое-чему - ведь обе госпожи добавят туда чего-нибудь волшебного? В общем, ухмыляющийся в бороду гном едва не получил по шее за чересчур длинные и подхалимские речи, и отправился подбирать железо да дерево.
– Кстати, заодно секиру Троллю сделай - боевую, а не для дерева, - заметил Арриол.
Стоит признать, что делать всяким подозрительным троллям оружие гному и в кошмарном сне не привиделось бы - о чём он прямо и заявил. Вражины ведь, лютые… после орочьей дубины и без того совесть мучает…
Полирующий кирасу своего рыцаря Урук поднял голову. Нахмурился поначалу, явно хотел сказать что-то резкое. Но потом только скорчил зверскую рожу, что при его орочьей физиономии было совсем, между нами говоря, нетрудно - и продолжил своё занятие. И лишь потом в испуганно замершей тишине расслышалось его ворчание по поводу того, что ни черта один гном так и не понял.
Шрокен, протирающий за своей стойкой вчера купленные новенькие кружки, мимолётно покачал головой.
– Куда катится мир… сорвиголова-орк думает, прежде чем сказать! Воистину, мы все тут потихоньку с ума сходим.
Арриол уминал свой ужин - как ни странно, однако аппетит у него не испортился. Наверное, опять Жадность хулиганит…
– Не бурчи, Лоин - а чтоб к утру всё было. Копья гоблинам, секира Троллю, а в наказание за несообразительность сделаешь ещё и полсотни зачарованных стрел для Хэлль.
Странно было видеть, как глаза Тролля медленно зажглись болотными огоньками, и здоровяк поднял голову.
– Позвенеть однажды оружьем в Эльвенхейме? Ради такого можно и головой рискнуть. Только скажи, сир рыцарь - стоит оно того, спасать этих остроухих?
Вновь воцарилась тишина - да такая, что в ней оглушительно звонко стукало взволнованное сердечко эльфки. А опустивший в раздумьях голову рыцарь прямо-таки чувствовал на себе обжигающие, исполненные надежды, сомнения и осторожности взгляды.
– Наверное, и впрямь я тогда сотворил дурное. И выпустил на свет силы из неназываемого. Знаете… есть такие, против которых обязан биться любой - будь то светлый эльф или болотный тролль. Да и в конце концов, когда это мы отказывались от хорошей драки?
– Каков план, сир рыцарь?
– орк последний раз протёр рукавом сияющую тёмную сталь. Он дохнул на неё, полюбовался на свою физиономию и с довольной ухмылкой отложил в сторону.
План опять оказался прост - высадиться посреди Эльвенхейма, поубивать немного всё, что станет набрасываться. Следом запрыгивает Хэлль и показывает дорогу главной башне клана Осенней Вьюги. И придётся прорубаться на то самое место, где… а там видно будет.
Естественно, немедля прозвучали два вопроса - а если эта эльфя прямо там и уснёт? А как отсюда попасть за тридесять земель да сразу в столицу злокозненных остроухих?
И тут же прозвучал ещё один, взволнованный и даже чуть задыхающийся:
– Арри, ты пощадишь мою мать и мой клан?
Надо признать, Арриол не без труда выдержал взгляд зелёных глаз. Но он не отвернулся, и даже чуть улыбнулся в ответ - и от того эльфка почувствовала, как замершее было сердце неуверенно трепыхнулось напуганным воробышком и кое-как принялось отсчитывать мгновения опять.
– Завтра всё и узнаете - что, как и почему…
Утреннее, ещё розовое спросонья солнце нехотя осмотрело залитую серебристым маревом огромную страну. Поморщилось светило - уж больно мерзкое зрелище оказывалось даже с этой высоты - и совсем уж было собралось загородиться от этого вида какой-нибудь тучкой.
Однако, оно не успело. Чуть полуночнее центра отравленного пространства вспухла яркая до нестерпимости искорка. Вот она неуверенно моргнула, словно смутившись своей дерзости перед огненным взором небесного божества. Но почти сразу выправилась, засияла крохотной острой точкой - и лопнула, разбежалась во все стороны могучими и неудержимыми волнами…
– Мой Император, все посты докладывают - есть засечка!
– дежурящий на хрустальном шаре магик не удержался, и в его голосе проскользнула звенящая нотка гордости.
– Эльвенхейм, и через пару минут отдача дойдёт сюда.
– Отменно! Давай прикроем на всякий случай, - через силу ковыряющийся в котелке с походным завтраком Император вскочил.
Даже и приглядываться не было нужды, чтобы заметить - каких усилий молодому повелителю огромной Империи стоило сохранить сдержанность. Тем более, что рядом Терри и Дизли свистели и орали от радости. Однако почти тотчас же молодой волшебник присоединил свои усилия к возводящему магические щиты повелителю.
Дизли рукой подал сигнал сбор, и возбуждённо переговаривающиеся солдаты подтянулись поближе. Сюда же подогнали незапряжённых ещё коней, походный лазарет и прочие, сопровождающие армию службы, коими она неудержимо обрастает подобно снежному кому.
И когда над испуганно сгрудившейся вокруг Императора и Терри кучкой людей и гномов замерцали призрачными сполохами магические щиты, земля под ногами зазвенела. Отделаться от ощущения, будто где-то там завыл огромный стеклянный колокол, было невозможно.
Незримая буря налетела с полуночи, отчего по закрывающим отряд слоям магии стегнули с ясного неба молнии - и тут же стекли в изрытую землю уже безвредными ручейками. Отчего-то жар и холод поочерёдно хлестали по лицам, проникая через кое-как, наспех выстроенную защиту.
Но мало кто замечал то - все взгляды оказывались устремлены в ту сторону, где толстый, надменно выпяченный вал паутинной гнили вдруг налился серостью, словно подтаявший по весне сугроб. Вот он ещё потемнел, перекосился - и беззвучно лопнул, растекаясь на ветерке быстро тающими дымными хлопьями.