Чтение онлайн

Вор переменился в лице, подскочил как ужаленный и метнулся к лестнице. Судя по звукам, пролетев три этажа, он грохнулся, но тут же вскочил и побежал дальше. Внизу грохнула дверь.

— Вот так всегда, — посетовал Маг. — Как милиция не нужна, так вот она, здрасте-пожалуйста, а как в твой дом вор лезет, так…

Лев Борисович подошел к двери и толкнул ее, дверь распахнулась.

— А дверь-то открыта! — воскликнул он в удивлении. — Чего этот дурень столько возился?

— Это он, — прошептала Светлана Петровна, указывая на Мага. — Это его колдовство.

— Какое колдовство? Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит?!

Темнело, шел десятый час вечера. Лев Борисович вышел из подъезда и, зябко поежившись, побежал через двор. За разговорами и такими странными происшествиями он выкурил две пачки сигарет, теперь же, когда они кончились, побежал за добавкой.

Боже, что творится! Если бы ему было десять лет, то он бы не удивился тому, что поверил в Мага. Но ведь ему уже за тридцать, а приходится верить в подобную чушь. А что еще делать? Когда все факты просто вопят, вставая на защиту этого бреда. С такими мыслями Лев Борисович добежал до ларька, купил пару пачек «Явы» и вернулся к подъезду. Перед дверью в подъезд его остановила какая-то женщина:

— Простите. Он у вас? Я знаю, что у вас. Верните мне его, — затараторила она.

— Кто? Вы о ком? — не понял Лев Борисович.

— О Костике! О моем муже!

— Простите, но я не имею чести знать вашего мужа. Среди моих друзей не числится ни одного Костика. — Лев Борисович сделал попытку войти в подъезд, но женщина остановила его:

— Ах да, вы же не знаете. Но он у вас, я видела, как он заходил сюда с вами. Я только не знаю, как он назвался, но он у вас. Такой немолодой мужчина в тертой джинсе.

— Маг? — удивился Лев Борисович.

— Да, он любит это слово. Еще он называется Постоянным, Дедом Морозом, Волшебником. Как-то раз назвался…

— Погодите-погодите, — прервал Лев Борисович. — Так он не Маг?

— Он мой муж. Константин Иванович Косиков. Я не знаю, что он вам наплел, он умеет делать это убедительно, но я прошу… Умоляю, верните мне его!

— Папа вернулся! — весело закричал Никитка, выскакивая из-за стола.

Следом за Никиткой в коридор вышли Светлана Петровна и Маг. Но Лев Борисович вернулся не один, вместе с ним в квартиру вошла какая-то тетка с бешено сверкающими глазами.

— Верните мне его, — с порога заявила тетка.

— Кого?

— Как кого? Моего Костика.

— Какого Костика?

— Наш Маг — это ее муж Костик, — объяснил Лев Борисович жене и сыну.

— Да какой он Маг! — разозлилась тетка. — Дурак он, а не Маг. Вечно где-то шляется, а я сижу и жду как дура. Никакой он не Маг, — чуть теплее повторила она, увидев, как намокли Никиткины глазенки.

— А как же чудеса? — спросил Никитка, чуть не давясь слезами.

— Какие чудеса?

— Он ключи из-под земли достал, они сами ему в руку прыгнули.

— Глупый, — пожурила тетка. — Да разве ключи сами прыгают? У него небось магнит в руке был.

— А дверь? — поинтересовалась Светлана Петровна.

— Какая дверь? — не поняла тетка.

Светлана Петровна пересказала историю с вором, и тетка расхохоталась:

— Да вам просто вор неопытный попался. Сопляк какой-то. Вам радоваться надо, а вы… Вы же взрослые люди. И верите в подобные глупости?

— Это не глупости! — Никитка заплакал, дернулся к ненавистной тетке, что посмела обидеть его любимого друга, но Маг перехватил его.

— Никитушка, успокойся, — голос его был тихим и ласковым. — Пойдем, я тебе кое-что расскажу.

— А ты не уйдешь с ней?

— С ней? — Маг усмехнулся. — С ней не уйду.

Никитка успокоился, и они скрылись в детской. Три пары глаз проводили их, потом Лев Борисович и Светлана Петровна перевели взгляды на жену Мага.

— Идемте, идемте на кухню, — приглашающе замахал руками Лев Борисович. — Может, вы нам все-таки расскажете, что здесь происходит.

— Кто она? — всхлипнул Никитка, когда Маг затворил дверь в детскую.

— Моя жена, — пожал плечами Маг.

— А разве у магов бывают жены? Или ты не Маг?

— Бывают. И я самый настоящий Маг.

— А она говорила…

— Забудь то, что она говорила, — посоветовал волшебник. — Ложись спать, утро вечера мудренее.

Никитка засопел и стал раздеваться. Волшебник смотрел на Никитку, потом перевел взгляд за окно, где в черном ночном небе зажигались звездочки. Там за окном засыпал город, гася огонечки окон. Сколько этих окон, и за каждым окном жизнь, свои характеры, свои судьбы. А сколько этих окон в домах, домов в городе, городов в мире… И сколько маленьких мальчиков и девочек всхлипывают в подушки, потому что в мире что-то не так, что-то несправедливо. А все считают эти несправедливости нормой, и никто не задумывается над детским горем, относя слезы на счет усталости и капризов.

— Значит, она обманула? — голос Никитки оторвал Мага от ночи за окном.

— Почему?

— Ну если ты говоришь, что ты Маг, и это правда, а она говорит, что ты не Маг… Значит, она говорит неправду?

— Она говорит правду.

— Значит, ты не Маг?

— Маг.

— Но как же так?

— Я Маг, это правда. А она думает, что я не Маг, и это тоже правда. Это ее правда, просто она не знает моей правды, вот и все. В мире у каждого своя правда, все правы, но вместе с тем все и заблуждаются. И самое главное — не кричать на человека, который не знает твоей правды, что он врун, а попытаться понять его правду. Надо научиться понимать других, тогда и тебе и им будет легче.

— Значит, лжи не бывает?

— Бывает, но очень редко. Чаще встречаются фантазии. Ложись.

Никитка прыгнул в кровать, волшебник укутал его одеялом, погасил свет и пошел к двери.

— Ты уйдешь с ней? — догнал его из темноты голос Никитки.

— Нет, не с ней.

— Но уйдешь?

— Так надо. В мире очень много мальчиков, и у каждого свое горе. Ты счастлив?

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты уходишь.

Что-то сдавило горло волшебника. Никитка видел, как заблестели в темноте его глаза, и голос Мага зазвучал хрипло: