Чтение онлайн

Ага, ещё бы я их не знала, если родная прабабка участвовала в их создании.

— Не вопрос. Я сейчас уезжаю, вы продолжаете свою разборку, на шум приедут обычные полицейские. Естественно, дело все равно передадут нам. Дальше продолжать? Вы, конечно, можете и дальше бузить и даже применить магию против простых людей. За это на способности Варвары будет наложен блок. Года на два. Тебя, Регина, поскольку попалась в первый раз, лишат способностей на месяц. Ещё хочется со мной поспорить?

Желающих не нашлось, что, безусловно, порадовало. Соглашаться они тоже не спешили, искоса переглядываясь между собой, выжидая, кто же первым струсит.

— Ну, и хрен с вами. — Как ни странно, именно Регина отвернулась и направилась на выход с кладбища.

— За вон тем надгробьем сидит мой стажер, не споткнись, — я кивнула на кусты возле массивной плиты, где оставила Юру.

— От тебя не то, что мужья, даже стажеры убегают. Нет там никого.

Слова профилактической беседы, которую я собиралась провести с Варварой, мгновенно вылетели из головы.

— Ладно, я с тобой потом свяжусь, — отмахнувшись от оставшейся провинившейся, поспешила в наши засадные заросли. И куда понесло этого недоумка?

Я повертелась на месте, пытаясь понять, в какую сторону бежать, чтобы успеть перехватить Юру. Не то, чтобы здесь было настолько опасно, все-таки мы не в глухом лесу темной ночью, и все же…

Приглушенный крик донесся из центра кладбища, туда я и припустила, непочтительно перепрыгивая через надгробья и мысленно принося извинения их владельцам. Не думаю, что они будут сильно возражать, но кто знает, вдруг появится у нас в городе суперсильный некромант, поднимающий нежить, а там на меня уже и зуб готов. Хотя для того, чтобы воскресить что бы то ни было, выложиться нужно настолько, что, скорее, сам сдохнешь, чем оживишь какого-нибудь жука.

Миниатюрная козья ива расползлась настолько, что почти полностью накрыла вход в склеп. Но не кусты и не приоткрытая дверь последнего пристанища местных аристократов меня занимали, а сидящий на дорожке парень.

— Ты как? — прежде чем орать и физически воспитывать, я осмотрела выданного мне под отчет стажера. Вроде, все ничего, разве что нос разбит, да наполовину оторванный воротник ветровки испачкан кровью. Ну, и светлые брюки все в грязевых разводах, разбавленных зелеными следами от травы.

— Нормально, — Юра, стараясь незаметно опереться на соседний крест, встал на ноги, с сомнением оглядев свою одежду, явно желая отряхнуться. А потом махнул рукой, понимая безнадежность этого мероприятия.

— Тогда какого хрена ты поперся сюда, когда я сказала сидеть на месте?! — Мой вопль заставил замолчать скачущих среди листвы воробьев, а неподалеку кто-то охнул, а потом тихо заскулил, сбившись под конец на совсем уж жалобную ноту.

Стажер сделал знак помолчать и что-то попытался объяснить на пальцах. Его пантомима мало что прояснила, поэтому я полезла проверять, кто затаился в соседних кустах.

Двое пацанов лет двенадцати как раз старательно ерзали, пытаясь освободиться от петли ремня, которой их связал мой новоявленный помощник. Конечно, они бы и стреноженными удрали, но ствол дерева, к которому они были прикованы, этому сильно мешал.

— Это что за детишки?

Мальчики завозились активнее, старательно не поднимая на меня глаза.

— Они пытались поднять могильную плиту в склепе.

— Зачем?!

Юра философски пожал плечами и поморщился, тронув нос, предоставляя мне право провести допрос.

— Колитесь, молодое поколение, чья идея была поиграть в Тома Сойера?

— Мы вообще просто мимо проходили!

— Да!

Киндеры заверещали на два голоса, жалуясь на наш произвол, после чего пошли вялые угрозы и намеки на ого-го каких крутых пап, старших братьев и просто знакомых.

— Так, ладно, раз признаваться не хотите, поехали в отделение, узаконим и запротоколируем наши отношения. Пока вы будете общаться с инспектором по делам несовершеннолетних, я поговорю с вашими родителями, у них как раз будет время замочить розги, встретят вас из «обезьянника» по всей форме.

После этого мальчишки резко утратили боевой настрой и начали каяться. Чьей идеей было влезть в склеп и посмотреть, что в нем хранится, мы там и не узнали. Идти ночью было страшно, к тому же кто их в такое время куда-то отпустит, поэтому юные гробокопатели пошли на дело днем. И были неприятно удивлены людностью обычно пустынного кладбища. Ни скелетов, ни призраков они не обнаружили, разве что слышали какой-то шум и женскую ругань, на которую не обратили внимания. Зато в процессе «вскрытия» один из отроков уронил себе на ногу монтировку, и именно его вопль услышал Юра. И, естественно, кинулся проверять, кто там мучает ребенка.

Особого вреда, кроме ушибленного большого пальца одного из хулиганов, они нанести не успели, да и встреча с правоохранителями в таком тихом и уютном месте точно надолго отобьет охоту страдать фигней.

— Статьи за играющее в попе детство у нас пока нет, поэтому живо разбежались по домам. Если узнаю, что вы продолжаете чудить, родителям сообщать не стану, выпорю сама. Давайте-давайте, поскакали, пока я не передумала. Лучше бы за компами сидели и в танчики резались, — я проследила, как пацаны припустили в сторону тщательно законспирированной дыры в ограде, а потом повернулась к Юре. — Если думаешь, что сам намного лучше их, то ошибаешься. Я дала четкие указания, ты сейчас мой подчиненный. И если продолжишь страдать ерундой, никакой папа тебе не поможет. Уяснил?

Стажер недовольно нахмурился, наверное, считая, что выдал зверскую гримасу. На деле же стал похож на обиженного суслика, страдающего бешенством.

— Что с лицом и одеждой?

— Ерунда, сейчас все заживет.

— Это само собой, на тебе же, как на собаке, но на вопрос ответь, — я развернулась и пошла на выход, надеясь, что больше не встречу ни одного недоумка, из-за которого задержусь тут ещё хоть на минуту. Удивительно, но надежда оправдалась, потому что единственный оставшийся на территории кладбища полудурок понуро брел следом за мной. — Запнулся о корень дерева?