Отец

Я. Буду. Отцом.

Эта мысль взорвалась в голове, ударила набатом, отдалась в сердце. Я чувствовал себя выброшенным на берег после шторма. Одновременно напуганным, сломленным и безмерно счастливым. Какая-то пружина, олицетворяющая давление вопроса, смогу ли я продолжить свой род, распрямилась и рассыпалась.

Я был счастлив.

Рядом со мной лежала Катя. Новость мы узнали несколько часов назад. Сделали тесты, и они все подтвердили. На этом мы не успокоились и выдернули Ольгу Гвоздёву из больницы. Она тоже подтвердила и поздравила нас, после чего оставила одних, осмысливать событие.

Я. Буду. Отцом.

Эта мысль никак не могла уложиться внутри меня. Требовалось время, чтобы привыкнуть к ней.

— Эдгард… — тональность голоса Кати сменилась. Я и так был в напряжении, обеспокоенность в голосе резанула по нервам. — А… неважно. Потом об этом поговорим.

— Нет уж, давай сейчас.

— Не хочу портить момент.

— Я сейчас не в том состоянии, чтобы откладывать.

— Ну… — смутилась Катя. — На самом деле ничего серьезного. Просто я подумала, как это будет. Когда сообщим родственникам и знакомым? Кому расскажем, а кому нет? Будем это скрывать?

— Думаешь, стоит?

Я и сам не раз думал об этом. Но к решению не пришёл.

— Ты одаренный, способный менять мировые расклады и рушить вековые устои. Твои разработки дарят неоспоримое преимущество тем, у кого есть к ним доступ. Высока вероятность, что и твои дети будут такими же.

Медленно вдохнув воздух, я его также медленно, с напряжением, выдохнул.

— Та же организация может попробовать что-то сделать. Украсть детей… — тихо проговорила Катя, рефлекторно положив руку на живот.

У меня в глазах потемнело. Если кто-то тронет детей… Я не знал, что именно сделаю в этой ситуации. Страшно даже подумать об этом.

— Я позабочусь о безопасности.

— Ну вот, я испортила такой момент, — вздохнула Катя. На её глазах выступили слёзы, что окончательно меня добило.

Куда бежать, кого уничтожить, чтобы моя беременная женщина не переживала?

— Ты только не заморачивайся сильно, — попыталась она утешить меня.

Я молча притянул её к себе и начал гладить по голове.

— Это я тебя успокаивать должен. Не переживай. Со всеми вызовами мы справимся. До этого же как-то справлялись. Вот и сейчас справимся. Я набрал достаточно силы, чтобы дать отпор любым угрозам. А через девять месяцев соберу ещё больше.

Про себя я подумал, что похищение детей — это не единственная угроза. Беременность банально могут попытаться прервать. Чтобы Соколовых не стало больше, и мои деяния закончились на мне же.

— Ладно, давай не будем об этом. Я уверена, ты со всем разберешься, — Катя и правда расслабилась. — Как думаешь, кто у нас? Мальчик, девочка?

— Не знаю. Я в любом случае буду рад.

— А как мы назовём ребенка?

— Надо бы с полом сначала определиться.

— Ох, сколько вопросов… Я теперь стану толстой. Надо завязывать с тортами… Не носи мне их больше!

— Сделаю всё что смогу!

— Это что значит? Что будешь носить или нет?

Судя по тону, на этот вопрос нет правильного ответа, поэтому я наклонился и поцеловал жену. А потом спустился к животу и начал целовать его.

— Привет, кто бы ты ни был. Мы тебя очень ждём.

Катя засверкала от счастья, а я вместе с ней.

Какие бы трудности нас впереди ни ждали, я уничтожу любого, кто к нам сунется. А пока… Пока всё хорошо, я буду радоваться каждой секунде, проведенной с семьей.

О беременности пока решили никому не говорить. С Гвоздевой договорился, что она лично будет присматривать в первые недели. Беременность не её специализация, но зато она сильный целитель, и к ней есть доверие. Так сразу найти того, кто будет лучше и не вызовет подозрений, причем отыскать без привлечения связей князя или Ольги Владимировны, так, чтобы информация никуда не утекла, нереально.

Поэтому пока что молчание — лучшая стратегия. Я не суеверный, но в таком деле сглазить не хотелось.

Первые эмоции улеглись, и оказалось, что остальная жизнь никуда не делась. Работа продолжалась, и сидеть дома был не вариант. Сейчас я бы радостью проводил всё время с супругой, но нельзя. Дела-то надо делать. В том числе чтобы подготовиться к любым угрозам.

Через пару дней после знаменательного события ко мне на новые родовые земли прибыл Базиль Дюваль. Наш с ним конфликт давно был улажен, и через неделю, после того как я им продвинутые блокираторы в родовой особняк поставил, он прислал своего человека ко мне в офис, чтобы сделать заказ на броню. Тогда и узнав, что, оказывается, есть большая очередь, и в ближайший год доспех получить нельзя. Посланник спорить не стал, передал информацию, и на связь вышел сам Базиль.

Он был настойчив. Не агрессивен, а вежлив и напорист. Немного поспорили, но, в общем, договорились. На один комплект брони. Третьего ранга. Самый дорогой который, за десять миллиардов. А если быть точным, то за двенадцать с копейками, со всеми доработками и индивидуальными запросами.

Сегодня заказчик пришёл на финальную примерку, которой ему всё же пришлось подождать. Совсем все дела ради него я откладывать не стал. Но ничего, он согласился, и вот сейчас мы наконец-то дошли до заключительной части этой сделки.

— Эдгард, — кивнул он мне и протянул руку, когда мы встретились.

У себя на землях я оборудовал новый цех, в котором с броней и возился, создав улучшенную копию той мастерской, что располагалась в доме. Сюда же приглашал всех тех, кому броню делал. Последний месяц, я имею в виду.

— Базиль, — поздоровался и я.

Секретарши, которая могла бы встретить и проводить, у меня по-прежнему не было. Сейчас на территории находились только гвардейцы и обычные охранники. Дюваля привёл Сергей Гвоздев. Который в основном здесь и работал.