Чтение онлайн

Она должна пойти, если он ждет. Я ненавижу его сейчас, сказала она себе; я просто проверю, действительно ли он ждет меня.

Она сразу же увидела знакомую высокую фигуру самого красивого мужчины французского двора. Он шагнул вперед с радостным волнением влюбленного.

— Марго, моя любимая, ты пришла. Я знал это.

Она не протянула ему своих рук; она боялась позволить Генриху коснуться ее. Она знала свои слабости; желание могло пересилить гордость.

— Ну, предатель, — сказала Марго, — что тебе нужно?

— Обнять тебя.

— Позор! Через несколько дней после свадьбы… да?

— Марго, это было необходимо.

— Знаю. Ты клялся, что женишься на мне, но вступил в брак с Катрин Клевской. Ты мог сделать лучший выбор, Генрих.

Он взял ее за плечи, но она тотчас вырвалась.

— Неужели ты не видишь, что я ненавижу тебя? Ты не понимаешь, что оскорбил меня… унизил… предал!

— Ты любила меня, — сказал он, — так же, как и я — тебя.

— О, нет, месье, — с горечью в голосе отозвалась она, — гораздо сильнее. Я не позволила бы увести себя. Я бы предпочла смерть.

— Марго, ты страдала бы сильнее, если бы я умер. Ты даже не имела бы удовольствия мучить меня, как сейчас. Твои мать и братья собирались уничтожить меня. Моя семья была убеждена в том, что только женитьба на Катрин спасет меня. Дорогая, это не конец для нас. Ты здесь. Я здесь. Мы планировали другое, но мы по-прежнему можем видеться, снова приносить друг другу радость.

— Как ты смеешь? — воскликнула она. — Как ты смеешь? Ты забыл, что я — французская принцесса?

— Я забыл обо всем, кроме того, что я люблю тебя и не могу быть счастлив без моей Марго.

— Тогда запомни кое-что еще: я ненавижу тебя. Ты мне отвратителен, я презираю тебя. Не пытайся снова заговорить со мной. Не пытайся делать мне гнусные предложения. Я была дурой, но неужели ты думаешь, что я не найду других влюбленных в меня поклонников? Не думай, что ты можешь бросить меня, предать… а потом, когда ты снова захочешь меня, я прибегу назад… как собачка!

Она повернулась и побежала к дворцу.

В этот вечер она танцевала более оживленно и весело, чем когда-либо. Она смеялась и кокетничала. Ее глаза излучали обещание, она была совершенно обворожительна. Но когда Марго возвратилась в свои покои и женщины раздели ее, она бросилась на кровать и заплакала так горько, что фрейлины испугались.

Наконец она притихла, замерла: утром, когда женщины пришли будить принцессу, ее влажное от пота лицо горело, глаза потускнели. У Марго был жар.

Катрин и король думали, что роман между Марго и Генрихом де Гизом закончился к их удовлетворению; кардинал Лоррен и его родственники считали, что они, своевременно отступив, выбрались из крайне опасной ситуации; Генрих де Гиз вышел из этой любовной истории с глубокой меланхолией, которую могла развеять только новая близость с Марго. Но принцесса сама слегла; она не боялась смерти. Она металась на кровати с высокой температурой, испытывая полное равнодушие к жизни. Ее сердце было разбито.

Катрин Медичи серьезно заболела в Метце. Она знала, что ее считают обреченной. Она улыбалась, видя надежду на лицах людей. Никто не станет оплакивать королеву-мать.

Лежа в постели, она едва замечала врачей и фрейлин. Она не знала точно, где она находится. Иногда ей казалось, что она во дворце Сент-Жермен, что этажом ниже ее муж Генрих занимается любовью с Дианой. В другие мгновения ей казалось, что она скачет по лесу возле Фонтенбло или Амбуазе рядом с королем Франциском, ее свекром, и дамами Узкого Круга.

Затем к ней полностью возвращалось сознание. Она вспоминала, что ее любимый сын Генрих мужественно сражается с армией гугенотов, что безумие короля Карла прогрессирует и что он должен уступить место бра ту, который становится все более достойным трона. Потом она думала о том, что Марго должна скоро выйти замуж. Брак с Себастианом отпал, поскольку Филипп Испанский пожелал женить его на одной свой родственнице; но Марго необходимо выдать замуж, она слишком порочна и чувственна. Она завела нового любовника, о ней ходили скандальные сплетни; кое-кто говорил, что она по-прежнему влюблена в Генриха де Гиза и только гордость мешает ей возобновить отношения с ним, прерванные его женитьбой на Катрин Клевской. Говорили также, что Марго завела нового любовника, чтобы дразнить им молодого Генриха де Гиза; их тлеющая страсть должна рано или поздно вспыхнуть вновь. Первейшей обязанностью Катрин было найти мужа для Марго; королева-мать видела перед собой только мальчика, отец которого обещал отдать его в мужья Марго, когда они еще были детьми. Генрих Наваррский! Тогда его придется вызвать ко двору. Он так же похотлив, как Марго, они составят хорошую пару. Пусть они поженятся и удовлетворяют друг друга — если они способны обрести удовлетворение.

Марго станет королевой Наварры. Этот титул был достаточно хорош для сестры Франциска Первого; он подойдет и для Маргариты Валуа, испорченной маленькой Марго. Если я когда-нибудь встану на ноги, решила Катрин, я немедленно начну переговоры. Когда юный принц Наваррский окажется при дворе, будет нетрудно обратить его в католическую веру, несмотря на наставления матери. Катрин предвкушала очередной конфликт с мадам Жанной:

Ее мысли обратились к другому Генриху, любимому сыну королевы-матери. Она знала, что под Ярнаком шло сражение; Колиньи и Конде являлись противниками ее сына. Два человека-Конде и юный Генрих Валуа — были в опасности; она испытывала нежные чувства к ним обоим. Она получала удовольствия от бесед с галантным Конде, веселым повесой, с удовольствием вспоминала те мгновения, когда он неторопливо целовал ей руку. Но глупо думать о таких вещах. Кому нужна любовь, когда существует власть, за которую надо бороться?

Катрин могла бы помолиться за победу сына, но она не верила в эффективность молитв. Для нее не существовало Бога; была только Катрин, королева-мать, сила, стоящая за троном. Чудеса — это то, что совершается умными людьми вроде нее.

Как жарко в этой комнате! У Катрин потемнело в глазах. Возле кровати двигались расплывчатые фигуры. А, да это король, маленький безумный Карл, и распутная Марго, все еще незамужняя, однако более искушенная в любви, чем многие зрелые матроны. В комнате находились и другие люди, однако Катрин не узнавала их.

Что происходит под Ярнаком? Близился рассвет; скоро начнется бой. Катрин была в холодном поту, она испытывала страх.

Ей хотелось вызвать Космо или Лоренцо Руджери. Но она уже находилась не в комнате, а под открытым небом, где ветер дул ей в лицо. Внезапно она услышала голос сына Генриха; он читал молитву; затем он обратился к своим подчиненным, и Катрин решила, что она, вероятно, находится на поле битвы под Ярнаком.

— Конде… Конде… Конде… — отчетливо доносилось до ее ушей сквозь холодный воздух.