Шрифт:
«Незнание природы является корнем тех
неизвестных сил, перед которыми так долго трепетал человеческий род, и тех суеверных
вероучений, которые были источником всех его бедствий».
Гольбах П.
«Ставная сущность человека направлена на то,
что соответствует природе».
Цицерон.
1.
Телефон зазвонил на удивление громко и неожиданно – Борис вздрогнул от испуга и чуть не свалился с дивана.
– Чёрт тебя подери! – крикнул он в сторону стола, где ребята из My Chemical Romance исполняли свой хит Boy Division. Приглушив звук телевизора, бубнящего напротив дивана, Боря заорал во весь голос, пытаясь переорать рокеров: – ЛЮДА, ВОЗЬМИ ТРУБКУ, ПОКА ТВОИ ЛЮБИМЦЫ НЕ РАЗОРВАЛИ МНЕ ГОЛОВУ!
Недовольно хмыкнув, Борис сложил свои мясистые руки на брюхе, выпирающем из-под зелёной футболки, и стал ждать. Спустя пару секунд мучительного ожидания, в комнате появилась стройная брюнетка с голубыми глазами. Она была одета в синюю блузку и чёрные строгие брюки. Одарив Борю осуждающим взглядом, но всё же пронзающим своей безграничной любовью, эта брюнетка неспешно подошла к столику и взяла телефон:
– Да, Яна.
Борис уже не смотрел на неё. Он выключил телевизор и пошёл в спальню, шаркая по полу своими шлёпанцами. Он до последнего надеялся, что Лена не позвонит. Но всё же она позвонила, и теперь им придётся тащиться в соседний город на встречу одноклассников, и это Боре категорически не нравилось. Но он ничего не мог поделать, потому что слово жены – закон. А жена, надо заметить, была у него ещё тем «законотворцем», так как выдавала в день до пяти законов. И одним из них стала обязательная поездка на встречу одноклассников.
Когда Боря подошёл к зеркалу, разглядывая свою широчайшую мышцу лица, покрытою жёсткой щетиной, он увидел, что в спальне появилась жена, сжимающая телефон и смотрящая на него чистым, открытым взглядом.
– Что случилось, они не приедут? – злорадно осведомился Борис, косясь на жену через отражение.
– У тебя есть сорок минут, чтобы собраться, – отчеканила Людмила.
– Да, сэр, – кисло усмехнулся Борис. – А Вы не могли бы выйти, сэр? А то ваш рядовой не хочет, чтобы на его трусы смотрели люди таких должностей. – Он расхохотался во всё горло, полагая, что его шутка была удачной.
– Солдат, Вы ведёте себя, как умственно-отсталый, – сказала Люда и вышла, прикрыв дверь.
Уже натягивая на себя голубые потёртые джинсы, Боря решил, что жена пошутила.
И снова расхохотался. Но скоро ему будет не до смеха.
2.
– Они приехали, – сказала Люда, глядя в кухонное окно.
Борис развалился на стуле около стола и лениво потягивал кофе. Скосив глаза на часы, одетые на руке, он сказал:
– А говорили через сорок минут! А прошло уже полтора часа!
– Ладно, ты так не нервничай, дорогой, а то инфаркт себе заработаешь, – она обернулась и игриво подмигнула. – Рядовой, допивайте своё пойло быстрее.
– Между прочим…
– Да-да, я помню, что у вас гипотония, рядовой. Но это не значит, что Вы можете ослушиваться приказов своего ком…
– Ой, Люда, хватит, а? – он яростно выплеснул остатки кофе в раковину. – Это уже не смешно!
В ответ на это Людмила расхохоталась точно так же, как Борис полтора часа назад. Ну, прямо пара сапог, ей-богу!
А в дверь уже позвонили. Крикнув «Я иду!», Люда пошла открывать. Борис спустя мгновение – когда убрал кружку в шкаф, даже не ополоснув, – последовал за ней.
– Здравствуйте, а вот и мы добрались! – радостно сообщила Яна Львовская, одноклассница Бори и Люды. Она была одета в брючный бежевый костюм и белую блузку, а в руках держала оранжевую сумочку, ярко выделяющуюся из этого наряда.
– Привет, Яночка! – сказала Люда и бросилась к подруге на шею.
Пока дамы приветливо лобзали друг друга, Борис увидел Аркашку Львовского, которого он долбил всю школу, и который теперь стал мужем Яночки, первой отличницы во всём классе. Одет Аркадий был в очень яркую жёлтую футболку и чёрные спортивные брюки.
– Привет, Борис-Барбарис, – усмехнулся Аркашка, протягивая татуированную кисть Боре.
– Ну, здравствуй, Аркашка-Кака…
– Боря! – крикнула Люда. – Ты не мог бы вести себя поприличней?
– Ой, дорогая, не злись! – рассмеялся Боря, поднимая руки вверх ладонями к жене. – Я же просто пошутил. Детские распри остались в детстве. Не так ли, Арка?
– Полностью согласен, – сквозь зубы выдавил Аркадий, побагровев. Глаза его возмущённо сверкали за линзами очков.
– А вы чего так долго? – неожиданно спросила Люда. Она вся светилась, выражая свою безграничную радость.
– Да просто колесо прокололи, пока Аркаша его менял…
Боре пришлось приложить неведомые усилия, чтобы сдержать громогласный порыв хохота.
«Этот интеллигент полтора часа менял колесо? Ладно, пусть сорок минут на дорогу… Вот умора!»
Аркадий, заметив это, покраснел ещё больше. Он стоял, сверля взглядом Бориса и сжав кулаки. Лицо уже его заблестело от пота.
– Аркашенька, с тобой всё в порядке? – испуганно осведомилась Люда.
– Да, всё отлично!
– Просто Аркашеньке не хочется ехать на встречу одноклассников, – заявила Яна.
– Да ты что? Вот Борьке тоже не хочется…
– Может, уже поедем? – пропыхтел Аркадий, алый, как печка. – Опаздываем.
– Да, поехали. А то там нас уже заждались, – поддержала Яночка.
Через десять минут бывшие одноклассники уже выворачивали на трассу на белом «Ниссане Адеро», оставляя позади Вишневецк – город, куда перебрались четверо из класса. Четверо самых умных, которые тянулись к знаниям и работе. Которые сейчас прилично жили, хорошо устроившись в незнакомом для них городе.