Чтение онлайн

Мы сидим на плоском камне возле озера. Луне хочется поговорить, а вот мне – не очень. Но это ничего, я потерплю. Я умею слушать.

– Профессор Люпин говорит, что это к лучшему, потому что он тогда бы и нас убил.

– Вряд ли, – отвечаю я, машинально срывая травинку и сминая ее пальцами.

Это сбивает Луну с мысли, и она смешно таращит глаза.

– Почему? Директора-то он убил.

– Ну, так вы же с Гермионой не директор. И Ступефай – не Авада.

Она понимает, что я имею в виду, и задумчиво кивает.

– Ну да, конечно. Он не хотел тратить на нас время.

– Не хотел, – соглашаюсь я, сдерживая раздражение. Как будто мы можем знать, чего он хотел и о чем в тот момент думал! И что он вообще за человек. Мне казалось, что я знаю. Как видно, ошибался.

*

Первая учебная неделя позади и выходные тоже. А впереди зельеварение, на которое я сейчас и направляюсь. Почему-то мне кажется, что живым я оттуда не уйду. Одна только мысль согревает – насчет Амбридж я оказался прав. Очень хочется посмотреть, как она будет инспектировать Снейпа и МакГонагалл. Готов поспорить на Мимбулус Мимблетонию, что они ее поставят на место.

Снейп как обычно стремительно влетает в класс. Взглядом меня даже не удостаивает, что, безусловно, к лучшему. На проверочной работе красуется буква «С». «Слабо». Странно, я ожидал «Т». Но тоже ничего хорошего. Именно это ждет меня на СОВ. Безнадежен, я же говорю. Теперь уже наплевать.

Сегодня мы готовим Укрепляющий раствор. Рецепт не самый сложный, я его еще на прошлой неделе выучил. Я всегда так делаю, но это не помогает. Тот факт, что я знаю рецепты наизусть, почему-то не мешает мне все портить. Забывать. Путать. Ронять.

Разумеется, этот раз не становится исключением. Я честно пытаюсь соблюдать рецепт. Слежу. Считаю помешивания. И вдруг вижу, как в котел медленно планирует полупрозрачное стрекозиное крылышко. Я не успеваю его поймать. Да что там – даже не пытаюсь. Потому что не могу понять, откуда оно вообще взялось. В Укрепляющем растворе его быть не должно. С какой же целью я его принес? Идиот. Я тупо смотрю, как раствор сначала подергивается мутной пленкой, а затем приобретает розовый, как кофта Амбридж, оттенок. И тут же понимаю, что сейчас будет очень плохо…

Среагировать я не успеваю. Неудивительно. Зато успевает Снейп. Следил он за мной, что ли? Ну и правильно, с таких, как я, глаз спускать нельзя. Он взмахивает палочкой и накрывает котел прозрачным куполом, до того как тот успевает взорваться. Брызги не попадают даже в меня. Реакция у него что надо. Ой, что сейчас будет…

– Лонгботтом! – судя по выражению лица, он готов меня придушить – ноздри раздуваются, а тонкие губы искажает жуткая гримаса. – Вы умудряетесь взрывать даже то, что по определению взрываться не может! Что вы добавили в раствор?

– Крыло стрекозы, сэр, – признаюсь я. Не то, чтобы я его именно добавил, но выставить себя болваном, который не понимает, что достает из шкафа, – еще хуже.

– Зачем? – гневно вопрошает Снейп под аккомпанемент гогота слизеринцев.

– Не знаю, сэр, – мой голос больше похож на мышиный писк, и я чувствую себя полным ничтожеством.

– Все слышали? Он не знает! Двадцать баллов с Гриффиндора и взыскание, Лонгботтом! Задержитесь после урока, я сообщу время, – голос Снейпа буквально источает яд. – Я буду счастлив избавиться от вас после СОВ, Лонгботтом, но испытываю серьезные опасения, что к этому времени вы изничтожите половину своих сокурсников, среди которых есть и мои студенты. Полагаю, без дополнительных занятий вам не обойтись, – он хищно улыбается. Впрочем, не думаю, что это можно назвать улыбкой.

Слизеринцев его слова приводят в состояние экстаза, они буквально задыхаются от хохота. Гарри и Рон смотрят сочувственно, Гермиона – смущенно. А я не знаю, что думать.

Урок заканчивается, и я подхожу к преподавательскому столу. Снейп дожидается, когда все уйдут, и заклинанием запирает дверь.

– Сегодня в восемь, Лонгботтом, – мрачно сообщает он. – И далее в это же время по понедельникам и четвергам. Если, конечно, я решу, что на вас ст'oит тратить время.

– Спасибо, сэр, – бормочу я, не решаясь спросить, что означает последнее предложение.

– А теперь убирайтесь, пока я не передумал.

Дважды просить нет нужды – я поспешно ретируюсь.

В Большом зале Гермиона, Гарри, Рон и близнецы увлеченно обсуждают возможные оценки за СОВ.

– Невилл, ну что он тебе сказал? – на лице Гарри почему-то читается плохо скрываемое облегчение.

– Дополнительные занятия дважды в неделю, начиная с сегодняшнего вечера, – отвечаю я.

– Бедняга! – Рон сочувственно качает головой. – Снейп просто садист! Никого ведь даже не задело!

– А, по-моему, это не так уж плохо! – менторским тоном заявляет Гермиона.

– Да неужели?

– Да! По крайней мере, Невилл подтянет зелья. И тебе, Рон, тоже бы это не помешало!

– Да я лучше СОВ провалю, – возражает Рон, – чем с этим сальноволосым ублюдком проведу лишних пять минут!

– А все это потому, что ты…

Дальше я не слушаю и отхожу от них к другому концу стола. Я хочу пообедать спокойно, а в их компании это невозможно. Ну, неужели так сложно перестать постоянно ссориться? Всем уже давно ясно, что эти двое друг к другу неравнодушны, и только они сами никак не могут смириться с очевидным фактом!

*

Гермиона носится с каким-то старинным номером «Ежедневного Пророка». Видите ли, там написано, что мать Снейпа вышла замуж за маггла и родила ему сына. Ну да, полукровка он, и что с того? Не припомню, чтобы Снейп кичился своей чистокровностью. Во всяком случае, для меня это не новость. В Слизерин только магглорожденные не попадают, а полукровки и дети магглорожденных – запросто. Если остальным требованиям факультета отвечают.

Но у Гермионы такой вид, словно она открыла тринадцатый способ использования драконьей крови. Решаю осторожно расспросить Рона. Почему его? Ну, Гарри сейчас самого Снейпа до одури напоминает. Только тронь – взорвется. Гермиона слишком дотошная. А Рон – парень простой.