Отшельник
Шрифт:
– Согласен, - кивнул Знахарь, - вот за это мы и выпьем.
– За что - за это?
– поинтересовался Волжанин, - за простого чиновника или за настоящих артистов из народа?
– А за то и за другое, чтобы никому обидно не было, - дипломатично ответил Знахарь.
– А вы, батенька, не так просты, как может показаться с первого взгляда, - Волжанин взял с подноса мензурку с коньяком, - ну, за радиовещание!
– Ага, - согласился Знахарь, - за него, родное!
Они выпили и Волжанин, кинув в рот тонкий пластик лимона, сладострастно сморщился:
– Крррасота!
Разжевав и проглотив лимон, он достал сигареты и, озабоченно посмотрев на табло, сказал:
– Тэкс… Табло. Не горит. Значит - можно курить.
– Надеюсь, - ответил Знахарь и тоже достал сигареты, - вообще-то мы ведь бизнес-классом летим, так что курить, наверное, всяко можно.
– Согласен, - кивнул Волжанин, - да, так о чем это я?
– А о радиовещании, - подсказал Знахарь.
– Ага. Так вот - мы, руководство радиостанции, решили расширить сферу вещания. Так сказать, распространить свои коварные щупальца на восток. В Сибирь. В частности, в Томск.
– Это хорошо, - кивнул Знахарь, - будем слушать.
– А куда вы денетесь, - коварно ухмыльнулся Волжанин, - кстати, может быть, по второй?
– Точно!
– спохватился Знахарь, - простите, заболтался.
– Вот всегда вас, молодых, направлять приходится, - добродушно пожурил его Волжанин.
Знахарь изобразил некоторую виноватость и стал осторожно наливать коньяк в мензурки.
– Ну а вы сами, - спросил Волжанин, следя за его действиями, - вы на какой ниве подвизаетесь?
– Я-то… - Знахарь закончил разливать и взял свою мензурку, - я, пожалуй, на ниве мелкого и крупного бизнеса.
– Мелкого и крупного… - Волжанин посмотрел на Знахаря и выпил свой коньяк, - интересно, как это?
– Ну, например, ботиночные шнурки - мелкий бизнес?
– Знахарь последовал его примеру.
– Пожалуй, да, - согласился Волжанин.
– А если их сорок два эшелона?
– Тогда, конечно, крупный. Но, по-моему, вы темните. Только не подумайте, что я хочу выведать ваши тайны и сгораю от любопытства. Я же не барышня!
– Это заметно сразу, - подтвердил Знахарь.
– Слава богу, - облегченно вздохнул Волжанин.
– Никаких особых тайн нет, - привычно соврал Знахарь, - так, берусь за что придется… Но, признаюсь, удача сопутствует мне.
– А это главное!
– Волжанин поднял палец, - вот за удачу…
– И это правильно, - согласился Знахарь и взялся за бутылку.
Выпили по третьей.
– Вот теперь - другое дело, - сказал Волжанин и ослабил галстук.
– Согласен, - кивнул Знахарь и перестегнул брючный ремень на следующую дырку.
Выполнив эти несложные действия, способствовавшие достижению большего комфорта, оба снова закурили и несколько минут молчали. Потом Волжанин выпустил тонкую струйку дыма в потолок и сказал:
– А хотите, я расскажу вам о вас?
Знахарь удивился, но ответил:
– Было бы интересно…
– Ну, я не собираюсь развлекаться тут телепатией, - пояснил Волжанин, - однако некоторые способности к физиогномике имею.
Он хитро посмотрел на Знахаря и забормотал нараспев:
– А позолоти ручку, золотой мой, яхонтовый, расскажу что было, что будет, на чем душа успокоится.
– Сейчас, сейчас, - засуетился Знахарь и стал шарить по карманам.
Волжанин с улыбкой смотрел на него и молчал.
Наконец Знахарь нашел в кармане джинсов пятирублевую монету и, взглянув на Волжанина, спросил:
– Годится?
– Годится, серебряный мой, годится, перламутровый.
Взяв пятирублевку, Волжанин куснул ее металлокерамическим клыком и, удовлетворенно кивнув, бережно спрятал в карман.
– А был ты бедным студентом. Так?
– Ну, знаете ли, - Знахарь пожал плечами, - бедными студентами все были.
– А потом стал бедным врачом. Так?
– Вот это уже интересно, - Знахарь насторожился.
– Так или нет?
– Ну, так…
– А потом пиковая дама предала тебя. Это ничего, что я на ты?
– Нет, нет, ничего! Продолжайте, - Знахарь был заинтригован, - только она скорее на бубновую была похожа.
– Это неважно. А потом твоя жизнь повернулась совсем в другую сторону. И появились в ней вода, огонь и медные трубы. Ведь появились?
– Появились.
– Ну, про глаз я не спрашиваю… Однако протез хороший. Не всякий заметит разницу.
– Вы-то заметили, - недовольно буркнул Знахарь.
– Я - это другое дело. Прожитые годы научили меня быть особо внимательным ко всему. Зато наша стюардесса…
– С кривыми бабками, - подхватил Знахарь.
– Совершенно верно. Готов спорить, что она заметила бы твой стеклянный глаз только через четыре месяца после свадьбы, и то - если бы ты его выронил по пьянке.
Знахарь засмеялся.
– Ну как, угадал?
– В общем - да, - согласился Знахарь, - всякое в моей жизни было.