Чтение онлайн

– Так что, Кислый, я за него возьмусь? – потирал руки Митяй.

– Ты поперед батьки не лезь, сынок. Если очень хочешь – берись, конечно. Только мы поначалу вместе все обмозгуем. Нам у него нужен свой человек – вот и пораскинь гнилушками, как это организовать лучше…

Кислый хлопнул руками по коленям, огляделся и с улыбкой скомандовал:

– Ну а теперь, братва, налетай на шашлычок, пока горячий!…

Дом у Знахаря и вправду был знатный.

Он вовсе не походил на стеклянные хибары миллиардеров, модные нынче на Лазурном берегу. Это был наш – основательный русский сибирский дом.

Мощный двухэтажный терем, сложенный из бревен в полтора обхвата, распластался на плавно сбегавшем к реке склоне. Все в доме было натуральным. И только на кровлю пошла голландская металлочерепица, да огромный бетонный бункер, полностью скрытый в земле и игравший роль фундамента и служебного этажа, был обработан новейшей американской гидроизоляцией.

Электричеством жилище снабжалось от миниэлектростанции, работавшей на соляре. А резервуар для нее емкостью в пятнадцать тонн был вкопан в землю неподалеку от дома. Водоснабжение осуществлялось из артезианской скважины.

Вокруг дома, по периметру участка в пять гектаров, высился четырехметровый бревенчатый забор, сделанный из плотно пригнанного кругляка, заостренного сверху. В целом этот жилой комплекс сильно напоминал американские форты из фильмов про индейцев с участием Гойко Митича. Да он и был крепостью, способной долгое время существовать автономно, оказывая сопротивление превосходящим силам противника.

Особое сходство с неприступной крепостью фазенде придавало наличие внушительного арсенала. Если спуститься в подвал и сильно потянуть за брусок, прибитый сбоку к шкафу с инструментами, – шкаф плавно отъезжал в сторону. За ним открывалась стальная дверь с бельгийским цифровым замком. За дверью – бетонная камера метров в двадцать с мощным аккумулятором, обеспечивающим автономное освещение. В свете ярких ламп поблескивали автоматы, пистолеты, матово отливали цинки с боеприпасами.

Общую картинку дополнял «командный пункт» на втором этаже – кабинет Знахаря с компьютером, к которому подключена видеокамера внешнего обзора. Связь с внешним миром поддерживалась через канал спутниковой связи, антенна которой размещалась на крыше.

В общем, дом был полностью оборудован для независимой жизни. И этим вот уже более полугода вовсю пользовались трое обитавших здесь мужчин.

Пока не жаловались.

Чаепитие закончилось. Афанасий из сарая так и не появился. Тимур засобирался:

– Пошел я, Майкл. Может, выгорит чего. Договорился же с людьми. Нехорошо опаздывать…

– А я держу разве? Сам от чашки не в состоянии оторваться, водохлеб несчастный!

– Ну ладно, оторвался уже. Отчалил я. Не скучайте тут без меня…

– Ага. Ты там веди себя хорошо, к девчонкам не приставай, старушек через дорогу переводи… – пошутил Знахарь. – А если утонешь, домой не возвращайся…

Тимур трижды сплюнул и, перекинув через плечо небольшую сумку, вышел за калитку.

Взревел «Ништяк». Гул движков катера, разносящийся над рекой, стал постепенно удаляться и вскоре затих совсем. Наступила первозданная тишина, нарушал которую лишь писк первого комара над Знахаревым ухом.

В редакции газеты «Новый город», одной из десятка томских независимых изданий, все шло своим чередом.

За компьютерами сидели трое молодых ребят и две девушки. Они занимались обычными редакционными делами. Правили статьи, монтировали страницы, лазили по Интернету в поисках информации. Газетка была небольшая, и помещение в Гражданском переулке, которое занимала редакция, соответствовало этому. Две просторные комнаты да туалет – вот и все хоромы журналистов. Офис был отделан скромно, но со вкусом. Все, что можно было в нем увидеть, имело белый или бледно-серый цвет. Короче – все как положено.

На столе стоял торт, и коллектив готовился отметить выход в свет очередного номера газеты, в котором была опубликована сенсационная статья о грязной закулисной возне вокруг французского интерната для убогих детей и сирот.

В углу на чайном столике закипал модный электрический чайник с позолоченным термоэлементом, а из стоявшего на офисном шкафчике приемника доносилась какая-то примитивная музычка, которая, впрочем, могла бы занять достойное место в качестве гимна колонии пиявок.

Прозвучал дверной звонок.

Один из сидящих за компьютерами молодых людей встал с офисного кресла за сто восемьдесят долларов, потянулся и пошел открывать.

Когда он отпер замок, железная дверь, вдруг сильно ударила его в лицо, и он упал на спину, схватившись за сломанный острым краем двери нос.

В проеме показался очень несимпатичный молодой человек, чье лицо не носило следов других мыслей, кроме как о бабах и деньгах. Он был крепкого сложения, одет, несмотря на теплый день, в черную кожаную куртку, спортивные шаровары и квадратные ботинки. А самым неприятным было то, что он держал в руке помповое ружье.

За ним в редакцию вошли еще двое таких же типов в черных кожаных куртках.

Закрыв за собой дверь, последний из них достал из черного полиэтиленового мешка «АК-47» и передернул затвор. В руке у другого был пистолет.

Все, находившиеся в редакции, повернулись к входу и замерли. Визит был слишком неожиданным, и прошло слишком мало времени, чтобы кто-нибудь из них успел сориентироваться в происходящем. Они даже и испугаться-то не успели.

– Ну что, пидарасы, – провозгласил первый из вошедших, – газетки пишем?