Чтение онлайн

— Ой, ой, какие вы страшные и большие…

— Ну ты сволочь, Моро, бросаешь, значит, меня? Я теперь, значит, уже и не товарищ по организации?

Я не отвечал. Мы с Лунатиком разлили воду по флягам и уцелевшим пластиковым бутылкам, я навьючил на себя все, что мог утащить, используя «грави». С Ремезовым прощаться не стал, счеты сводить тоже не стал, но и помогать ему не собирался. С ранением в руку этот человек имел шансы самостоятельно уйти через мост и добраться до форпоста нейтралов по ту сторону канала.

— Надо бы остальных наших поискать…

— Ладно… — до странности безразлично ответил Лунатик, когда мы уже выбрались из подвала.

Я решил проверить окрестные дома, и это оказалось не сложно — в заколоченные квартиры соваться все равно смысла не было. Однако кое-где двери еще до нас выбили и сорвали с петель. Внутри сохранились не нужные мародерам вещи — ванны, раковины, кровати с металлическими сетками, пустые стеллажи, попалось даже треснувшее, но почти целое фортепиано.

Лунатик попробовал на нем поиграть, звук получился невнятный, вроде глухих шлепков.

— Струны ржавые.

— Ты тут что-нибудь можешь припомнить?

— Почти ничего, маленький тогда был.

— Это не твой дом?

— Нет.

Я запнулся о старый огнетушитель. Его кто-то сорвал со стены, да так и бросил. Судя по странному сочетанию разрухи и беспорядка, в восемьдесят шестом году люди пытались отсюда бежать, только едва ли они ушли тогда далеко. Стены дома немного «фонили», и мы поспешили убраться наружу.

— Смотри, вот так это было…

Железный приземистый одноместный гараж во дворе стоял распахнутым. Машина, старая «волга» синего цвета, застряла внутри. Скорее всего водитель ее погиб в восемьдесят шестом, даже не успев завести мотор. Лунатик дотронулся до ржавых качелей на игровой площадке, они скрипнули и едва качнулись.

— Мертво все, бесполезно. И артефактов, похоже, нет.

Репутация Лиманска как месторождения артефактов рухнула окончательно, но я-то сюда шел не за хабаром. Если кто-то из «Долга» выжил, они могли находиться севернее, в более «новой» части города, выстроенной перед самой аварией на ЧАЭС. Туда мы попали, пройдя через еще один городской мост. Это был вполне целый желтый мост, аккуратно оштукатуренный для красоты и очень короткий. «Грязный» ручей тек под ним на запад и там, за отдаленными от нас кварталами Лиманска, скрытыми октябрьской дымкой, неизбежно впадал в еще более «грязный» канал. «Велес» стрекотал не переставая. Возле моста имелось несколько огневых точек, устроенных за грудой контейнеров, но уже покинутых.

— Смотри, тут «Чистое небо» пыталось держать оборону.

Лунатик показал мне эмблему, сорванную с чужого рукава, возможно, осколком. На ней были изображены два белых гуся-лебедя, которые вспархивали в ярко-синий зенит.

— Ты хоть представляешь, что им нужно? Зачем в самый центр Зоны лезут?

— Не знаю, — сказал Лунатик.

Я, в сущности, тоже не до конца это понимал. Записки Харта отвечали только на общие вопросы. Люди Лебедева, помимо прочих странностей, обычно носили бело-голубой камуфляж, который их больше демаскировал, чем прятал.

— Если они туда попадут, все внезапно может перемениться, — добавил Лунатик после некоторых размышлений.

— Что именно?

— Вообще все. Так что, если мы хотим доделать свои дела, надо бы поторапливаться.

Эти соображения странным образом совпадали с появившимся у меня нехорошим чувством близкой опасности. Эта опасность исходила не от человека, даже не от нелюдя вроде Бархана, а объяснялась общим положением вещей, ход событий утратил логику или его логика сделалась непонятной.

— Если мужики из «Неба» все-таки попадут в центр Зоны, может рвануть, — нехотя пояснил Лунатик.

— Откуда ты это знаешь?

— Остатки воспоминаний, — ответил он уклончиво и улыбнулся довольно криво.

Кто знает, откуда у него набрались такие воспоминания?

— «Небу» туда идти не по прямой, да еще застрянут в перестрелках, — добавил мой напарник. — Сутки или двое, может, есть, так что успеем.

Я опять не спросил, откуда он знает про длительность переходов, мне было все равно.

Сразу за желтым мостом начинался пустырь, за ним — дома-брежневки, сооруженные в начале восьмидесятых. Между домами и мостом на пустыре в полном одиночестве прямо сейчас бродил сталкер. Именно он меня и отвлек, потому что оказался зомби, отбившимся от основных сил «Монолита». Мутировал парень совсем недавно, потому что экипирован был как член «Свободы» высокого ранга и не успел приобрести того налета неряшливости, который в той или иной мере отличает всех зомбированных. Он даже защитные очки пока не потерял. Ненормальное состояние выдавала специфическая походка вразвалку и бессмысленное кружение на одном месте. Нас зомби пока не видел, поэтому не стрелял.

— Спрячься, — приказал я Лунатику.

Как раз в это время зомби заметил нас и тут же открыл огонь, я едва успел залечь за ящиками. Стрелял этот парень очень хорошо, подчиняясь общему для таких мутантов инстинкту атаковать всех не зомбированных. И все же, несмотря на меткость, он не пытался скрыться, вообще не пытался хоть как-то защитить себя, а вместо этого оставался на открытом пространстве, поэтому вскоре упал, получив несколько пуль.

Я подошел вплотную и снял с него очки.

— Харт…

Перед нами действительно был Харт, пропавший вместе со всеми своими бойцами несколько дней назад. Он не особенно изменился, только глаза стали бессмысленными, и лицо утратило какое бы то ни было выражение, кроме, может быть, остаточного упрямства.

Он шевелился и почему-то не пытался притвориться мертвым, наверное, он бы регенерировал через несколько минут и пошел по нашему следу, как зомби обычно и делают.

— Добить его?

Лунатик молча кивнул. В нормальном состоянии Харт мог ответить на многие интересные вопросы, но вернуть ему нормальное состояние я уже не мог. Он и сейчас что-то пытался говорить, но слова складывались в бессмыслицу, ненадолго мне даже показалось, будто зомби меня узнал, но осмысленное выражение на его лице быстро угасло.