Чтение онлайн

Я кивнула, радостно улыбаясь. Вот она, моя дорогая подруга Амата! Она всегда была такой умницей. Всегда стояла на своём. И это счастье, что она стремится не сидеть тихом безопасном уголке до самой смерти, а желает жить, желает увидеть мир под небом. Мир, который никогда ни с чем не сравниться - ни с безопасностью, ни с крышей над головой, ни с чем иным. Там - жизнь. Здесь - существование.

– Амата, - произнесла я, поддерживая подругу.
– Я обещаю, что сделаю всё, чтобы остановить твоего отца и его охрану.

– Слава Богу!
– выдохнула подруга, счастливо улыбаясь и обнимая меня.
– Спасибо тебе, Кайли, за твою помощь и участие! Ведь, чтобы я ему не говорила, он не слушает. Дни напролёт сидит в своем кабинете. Но ты же оттуда, снаружи.
– Амата вгляделась в моё лицо.
– Ты можешь рассказать ему, что происходит из первых рук! Возможно, он поймёт.

– Всё будет хорошо, - ответила я.
– Я пойду и прямо сейчас поговорю с ним.

– Хорошо, - как-то растерянно отозвалась Амата. Она коснулась моего плеча, когда я уже развернулась, чтобы направиться из приёмной. Амата выглядела смущенной.
– Кайли, прости, но... я должна...попросить тебя по поводу отца. Ты только... Только, пожалуйста, ничего с ним не сделай, ладно? Ты меня прости за этот вопрос. Просто я боялась, что возможно пустоши изменили тебя...

Я понимала страхи моей подруги. Это даже казалось мне немного горько-забавным.

– Не переживай, Амата, - ответила я, грустно улыбаясь подруге.
– Ты же знаешь, насилие не в моём стиле.

Подруга тепло улыбнулась мне.

– Спасибо тебе, Кайли, - ответила Амата.
– И не волнуйся - тебя никто не тронет. Я передам отцу, что идёшь на переговоры с ним.

***

Я вышла из приемного зала и через пять минут покинула приёмную. Амата сказала мне не переживать из-за офицеров, но я всё равно переживала. Главным образом, из-за Аллена Мака. С этим придурком я не при каком раскладе не хотела бы встретиться.

Я шла по коридорам, покидая оккупированную повстанцами часть Убежища и переходя в часть, контролируемую Смотрителем.

В жилых помещениях, я сразу же наткнулась на Уолли Мака, сидящего на красном диванчике в коридоре. На столике возле диванчика стояла чашка с водой и тарелка с местным шашлыком из синтезированного мяса.

Увидев Уолли, я осталась удивлена. Уолли стал выглядеть намного симпатичнее, чем раньше. Во-первых, похудел и подкачался, во-вторых, сменил прическу и, в-третьих, самое удивительное, похорошел на лицо.

Самым удивительным было то, что Уолли был не в рядах повстанцах, а на другой стороне баррикад.

Характер у него остался таким же отвратительным, что и следовало ожидать от человека с фамилией Мак. О неизменившемся характере Уолли я узнала с первой же его фразы, брошенной мне.

– Да уж, чего ещё ожидать от таких идиотов, как повстанцы, если они себе в няньки записали такую дрянь, как ты, Смит, - бросил он мне, закидывая по-мужски ногу на ногу.
– Слава Богу, я расплевался с дурацкой бандой Буча до того, как они в это не вляпались.

– Поздравляю тебя, Мак, - буркнула я в ответ, проходя мимо.

– Ну да, ну да, - протянул Уолли, с неприязнью сверкая взглядом в мою сторону.
– Между прочим, знай Смит, что в той заварушке все показали себя тем, кем они являются на самом деле. Мой отец настоящий герой, он пошел вниз один, когда там всё пылало, и спас старика Стэнли. Небось, завидуешь мне? Твой-то папаня тот ещё герой.

Я остановилась на месте, как вкопанная. Мои руки сжались в кулаки, и я колоссальными усилиями сдерживала себя о того, чтобы не развернуться и не сцепиться с Уолли прямо сейчас. Не думаю, что мне бы это что-то дало, кроме синяков, ссадин или ещё чего похуже, но гнев кипел, и я уже готова была развернуться к Уолли, когда вспомнила про Амату.

Они могут специально меня выводить, чтобы я всё слила - этого нельзя допустить ни в коем случае. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, затем направилась дальше, хлопнув по ноге и призывая Догмита следовать за мной.

Не время сейчас на подростковые разборки. Мне предстоит серьёзное дело.

Я скрылась в коридорах жилых помещений. На меня нахлынуло чувство тоски. Как часто мы с папой вдвоем ходили по этим коридорам?

Я повернула голову в сторону и замерла, почти не дыша - я смотрела на поворот коридора, который вёл к нашей комнате. Моргнув, я почувствовала, как в сердце что-то кольнуло, после чего я направилась туда.

Я выдохнула и медленно переступила порок наших жилых комнат. Здесь всё осталось таким же. Ничего не изменилось, только пыль толстым слоем покрывала красные кресла, деревянный столик и телевизор в углу. Научный журнал, который читал папа, всё так же лежал на столике, рядом стояла его кружка. Я зажмурилась и отвернулась от этой картины.

Я не могла смотреть. Там внутри всё рвалось на части от боли. Как горько, как горько мне было. Папа, я так по тебе скучаю. Вытирая слёзы, я выдохнула и взяла себя в руки.

Повернув голову, я вдруг увидела своё отражение в мутном зеркале на стене - том самом, в которое я взглянула на себя, когда убегала отсюда. Тогда я подумала, что в последний раз вижу своё отражение в этом зеркале.

Изменилась ли я с тех пор? Да, как и моя жизнь. Лицо было всё таким же измученным, но уже не бледным, волосы немного отросли и теперь торчали, словно птичье гнездо, в разные стороны. Другим был взгляд. Теперь он в нём не было того страха, в нём были уже другие, не те, детско-подростковые, забитые, теперь - серьёзные. Груз воспоминаний, груз пережитого был оставлен в моём взгляде. Именно из-за этого я сейчас казалась себе старше.

Я медленно и тихо прошлась по нашей гостиной, касаясь мебели руками и думая о том, что всего лишь месяц назад мы жили здесь с папой.

Внутри всё было истерзано от горести, пока я всё больше проникалась давно знакомой мне атмосферой нашего жилища.

Войдя в спальню, я увидела нашу с папой комнату. Кондиционер под потолком, белый ковер на полу. Две кровати, гардеробная и выход в ванную. А ещё комод, рядом с которым стоял письменный стол. И на этом письменном столе я увидела нашу с папой фотографию. Ту самую фотографию, которую сделал Джонас в мой десятый день рождения. Мы тогда все втроем были в Атриуме, папа учил меня стрелять из пневматического ружья.