Чтение онлайн

Полковник проглотил последние слова, но Сабина все поняла. Кто-то хотел получить к себе в постель звезду! Без ее согласия. Тешить свою плоть, развлекаться и играть с самой Ковач! Подонок! Трусливый жалкий подонок! Сколько раз он пользовался этой копией? И почему она покорно сносила все это?

О последнем Сабина точно не знала, но думала, что было именно так – клон покорно давал себя насиловать, терзать. Может, при этом она изображала страсть?!

Гнев захлестнул Ковач с такой силой, что она закрыла глаза и намертво сжала кулаки. Длинные наманикюренные ногти впились в нежную кожу, и эта боль немного отрезвила ее.

– Вам плохо? – спросил полковник.

– Нет! Мне… не плохо! Вы хотите что-то еще сказать?

– Да… – Обескураженный ее тоном и реакцией Трофимов не знал, стоит ли договаривать, но решил довести дело до конца. – Мы похоронили девушку. Кладбище неподалеку от города Анапа…

– Меня не интересует, где ее могила! – резко оборвала полковника Ковач. – Класть цветы на нее я не собираюсь. Искусственные создания не требуют таких почестей!

Кажется, она сказала что-то не то. Ибо полковник вдруг встал, машинально, по армейской привычке одернул пиджак. Отрывисто произнес:

– Этот клон – обычный человек! Несчастная девушка, попавшая в руки негодяев. Она проявила себя с очень хорошей стороны, показала настоящим человеком и надежным другом. Наш… агент вывез ее, рискуя жизнью. Вез уже мертвую. Я понимаю ваше негодование фактом создания клона, но прошу воздержаться от оскорблений той, что уже ушла!

Сабина смотрела на полковника с изумлением. Давно, очень давно никто не смел так с ней разговаривать. В таком сухом, презрительном тоне. И никто не смотрел так – с явным неодобрением.

Но Сабина не была бы Сабиной, если бы позволила себе хоть на миг растеряться.

– Я никого не оскорбляла, господин вежливый русский полковник! Я сказала, что не хочу видеть могилу… клона.

– Извините, мисс, – склонил голову полковник. – Я не хотел вас оскорбить. Это все, что я должен был вам рассказать. А сейчас позвольте откланяться. Возьмите.

Он протянул ей пластиковый прямоугольник.

– Что это?

– Здесь записан мой телефон. Если пожелаете что-то узнать, звоните. Я всегда на месте. Еще раз прошу прощения за то, что оторвал вас от дел. Прощайте.

И не дождавшись ответа, вышел, аккуратно прикрыв дверь. Сабина растерянно посмотрела ему вслед, повертела визитку. Номер телефона, имя и фамилия. Ни звания, ни аббревиатуры его организации.

Она машинально спрятала визитку в сумочку, посмотрела на часы и набрала номер агента. Пусть заказывает билеты на самолет. После этого разговора она уж точно не останется в России. Ни под каким видом!

В первой половине следующего дня личный «линкольн» вез ее из отеля в аэропорт. Сабина сидела у самой дверцы и недовольным взглядом смотрела на улицу. Как назло, там сейчас была хорошая погода. Дождь и ветер вдруг исчезли, выглянуло солнце, высушивая вымытый за ночь асфальт.

Напротив сидел агент. Смотрел подчеркнуто в сторону, губы поджал, руки скрестил на груди. Вечером Ковач устроила ему скандал, требуя срочно взять билет на самолет. Его уговоры, увещевания, попытки исправить ситуацию ни к чему не привели. В результате утром он вынужден был разговаривать с оргкомитетом фестиваля и приносить извинения за срочный отъезд именитой гостьи. Ничего не понимающие русские только разводили руками и качали головами. Агент понимал их чувства и как мог пытался сгладить ситуацию. А уже сегодня он заявил Ковач, что после прилета в Нью-Йорк она может искать нового агента. С него хватит.

Машина миновала черту города и пошла быстрее – движение здесь было свободнее. Сабина равнодушным взглядом следила за дорогой. Из ее головы все не шел вчерашний разговор. Проклятый полковник, он надолго отравил ее душу этим рассказом! Клон Ковач! Погибший, но спасший кого-то там! Тоже мне спасительница! Кукла набитая, бесчувственный дублер! Хотя… как там говорил этот… Трофимов? Она обычный человек? И поступала как человек. Интересно, что за типа она спасла? Тоже какого-нибудь прощелыгу?!

Ее похоронили! Как человека. Значит, русские проявили уважение к погибшему клону. Раз вывезли ее из логова заговорщиков и устроили обряд погребения. Может, и надгробие поставили? Чушь!

Сабина нахмурила брови и поправила прическу. Чушь! Этого не может быть! Кто такая этот клон, чтобы ей такие почести оказывать? Кто?

В какой-то миг острый интерес вытеснил злость и ненависть из души кинозвезды. Сабина, привыкшая потакать своим капризам, взглянула на агента. Тот вроде даже задремал.

– Леон! Леон!

Агент очнулся, захлопал глазами и посмотрел на Сабину.

– Что?

– Помнишь того русского, что приходил вечером?

– Нет. Я в тот момент разговаривал с организаторами фестиваля. Планировал сегодняшний день.

Странно, но она пропустила эту шпильку мимо ушей.

– Он рассказал мне о… об одном важном деле.

Агент пожал плечами и промолчал. Мало ли кто что рассказывает. Говорить с Ковач ему не хотелось. С него достаточно ее капризов, придирок и скандалов.

Сабина верно расшифровала молчание агента. Вопреки ожиданию улыбнулась, кивнула.

– Я знаю, ты хочешь уйти от меня. Хорошо. Окончательный расчет получишь дома. А пока сделай для меня последнее дело. Прямо сейчас закажи билет до… до Анапы.

– Что? – растерял гордую невозмутимость агент. – До какой Анапы?

– Это городок где-то на юге России.

– Но зачем нам лететь в Анапу?

– Не нам. Ты летишь в Нью-Йорк вместе со всей командой. А в Анапу я полечу одна.

Говорила она таким тоном, что агент, знавший ее пять лет, даже не стал спорить. Это было окончательное решение. И донельзя странное.

– Мой багаж отправь в гостиницу. А людей предупреди, что они свободны до конца недели. Сделай это, Леон, пожалуйста. Напоследок.