Чтение онлайн

Анжела дернулась, как от удара, развернулась и выбежала из комнаты, но нынче он думал не о ней.

Ванесса провела почти две недели в Москве, одна, в безвестности, дождалась его звонка и не уехала. Демьян отшвырнул все сомнения по поводу её искренности на самое дно души. Хватит с него подозрений и прочей мерзости.

— Приезжай, — негромко ответил он.

Полторы недели вынужденного одиночества в Москве показались не менее ужасными, чем предыдущие два с половиной года. Ванесса ненавидела неизвестность, и чем больше ждала, тем сильнее сходила с ума от беспокойства. Иногда казалось, что Демьян не позвонит вовсе, или ей придется вернуться в Штаты раньше, чем это случится. Она боялась, что больше не увидит его, и объяснять свой страх лишь поисками отца становилось всё сложнее.

По пути в загородный дом Демьяна Ванесса прокручивала в голове разговор с Палачом. Ожидание затянулось, она слишком волновалась и всё-таки совершила очередную глупость. Позвонила Джеймсу. Развеять её сомнения было некому: с Ронни они не разговаривали, а кошмарная рок-музыка, рвущаяся из динамиков, только подстегивала воображение.

Ванесса вспоминала, как ходила по номеру, сжимая в руках телефон. Она не смогла дозвониться до Джеймса, но позже он набрал её сам.

— В чем дело, Ванесса?

— Осипов оказался в больнице после неудачного покушения.

В трубке повисла короткая пауза. Джеймс явно был в курсе, о покушении на Демьяна кричали все газеты в Москве.

— Не скажу, что я опечален.

Ванесса с трудом сдержалась, чтобы не нагрубить в ответ.

— Мне кажется, ты снова забыл про наш уговор.

— Как всё произошло?

Ванесса чувствовала себя на допросе, но понимала, что не повесит трубку. Ей нужна его помощь.

— Меня в детали не посвятили. Журналисты твердят о покушении и криминале, но дело наверняка в другом. Есть кое-что ещё, Джеймс. Демьян был хорошо знаком с Вальтером.

Это показалось ей важным. Все, что знал Вальтер, знал и Лоуэлл. Или же нет?

— Что ты можешь сказать об Анжеле Осиповой? Ты встречалась с ней?

— Какое это имеет отношение к делу?

— Прямое. Так что?

— Сейчас она замещает Демьяна, ведет все дела измененных. Насколько я поняла, у них партнерский союз, но она рассчитывает на большее. Меня готова была с потрохами съесть.

— Что ещё?

Ванесса задумалась, вспоминая встречу. Ничего особенного она не заметила, кроме откровенной неприязни ревнивой женщины. Разве что…

— Мне она показалась немного неуравновешенной.

Кому она это рассказывает? Если бы среди психов существовал правящий строй, Джеймс Стивенс был бы среди них королем.

— Немного?

— Прилично, — Ванесса вспомнила, как Анжела вцепилась в нож, поежилась, — а что?

— У меня есть подозрение, что именно она портит жизнь своему благоверному.

Ванесса лишилась дара речи. Жена Демьяна вела себя странно, но её можно понять. Оказавшись лицом к лицу с любовницей желанного мужчины, сложно проявлять чудеса выдержки. Больше того, ей показалось, что Анжела зациклена на Демьяне. Она не причинит ему вреда. Кому угодно, только не ему.

— Анжела влюблена, Джеймс. Он для неё смысл жизни.

— Год назад моим смыслом жизни была Хилари.

— Что ты хочешь сказать?

— Только то, что сказал. Уезжай из Москвы, Ванесса. Пока можешь.

Стивенс нажал отбой прежде, чем она ответила, но Ванесса не перезвонила. Как и в прошлый раз, разговор с ним ничего не решил, только больше все запутал.

Встреча с Демьяном перестала маячить на горизонте призрачной дымкой, обрела очертания, и Ванессе не давало покоя предостережение Палача. Что она знала про измененных? Легко ли справиться с бессмертием и не сойти с ума? Демьяна не расстроила потеря вечности, а Рэйвен, как одержимый, гонялся за любой возможностью обрести былое могущество. Что насчет Анжелы? Могла ли она тронуться рассудком настолько, чтобы подставлять партнера и мужа?

Ванесса отмечала мелькающие за окном лысые деревья, островки снега на обочинах. В автомобиле было уютно, но не на улице. Словно в насмешку над памятными теплыми днями, Москву снова накрыло промозглым холодом и ночными заморозками. Она надеялась, что это ненадолго. Такая погода в одиночестве становилась особенно невыносимой.

Ванесса понимала, что не уедет. Разве что Демьян сам её попросит. Что же касается Анжелы, Джеймс наверняка перегнул палку. Непонятно, что он имел в виду, когда говорил о Хилари, но жена Демьяна — несчастная и озлобленная женщина. Она многое потеряла, и лишится всего остального, если продолжит в том же духе. Демьян не из тех, кто будет терпеть ревность даже из чувства ностальгии.

— Приехали, — прервал её мысли Ронни.

Перед ними действительно медленно открывались автоматические ворота. Будь настроение Ванессы более радужным, она бы точно восхитилась размерами роскошного особняка. Сейчас же она лишь сжимала сумочку в руках и даже не замечала вызывающие неприязненные взгляды Халишера.

Охрана была повсюду. Стоявший у дверей мужчина негромко поздоровался, принял у Ванессы пальто, а Ронни увел за собой. Второй попросил сумочку, и она даже не успела возмутиться, как та снова была в руках. Всё делалось точно, быстро и профессионально. Эскорт Демьяна не уступал гвардии королевской особы.

В просторном светлом холле её встречала Анжела. Жена Демьяна стояла на ступенях широкой лестницы, словно желая казаться выше. Скрещенные на груди руки, надменный взгляд — всем своим видом она показывала пренебрежение и презрение. Неуверенность и агрессия. Ванесса вспомнила слова Джеймса, досчитала до трёх и пообещала себе быть предельно вежливой. Психов лучше не злить.

На сей раз Анжела даже не пыталась изображать учтивость.

— Демьян просил провести вас к нему, — резко бросила она, повернулась и пошла наверх. Ванессе не оставалось ничего, кроме как следовать за ней.

У Демьяна полон дом охраны и прислуги, а он просит Анжелу заниматься ей. Раньше она о таком не задумывалась, но сейчас не смогла отмахнуться от мысли о его жестокости. Ванесса не считала себя идеалисткой и тем более была далека от образа Матери Терезы 39 . Каждый получает то, что заслужил, но почему-то именно это её покоробило.

Они шли по коридору, и Ванессе все время казалось, что Анжела вот-вот обернется и выскажет все, что думает. Но жена Демьяна просто ускорила шаг, вынуждая подстраиваться под него.