Папина дочка
Шрифт:
Проскальзываю незаметно в его кабинет.
Подожду здесь.
Сбросив куртку на стул, забираю его кружку с еще теплым чаем. Грею об нее замерзшие руки. Отодвинув тяжёлую портьеру, смотрю в окно, натыкаюсь на корзину с цветами. Неожиданно! Кому это он?..
Растерянно улыбаюсь, поглаживая нежные цветы. У папы появилась женщина?! Он вообще не романтичный, скорее надёжный как швейцарский сейф. Поэтому цветы удивляют! Он и мне то на праздники дарит их не всегда. Забывает…
С любопытством вытаскиваю прозрачную коробочку с шоколадом. Он цветной, с радужными переливами в виде морских ракушек с жемчужинами. Вау!! А папа оказывается может! Сглатываю слюну, так хочется попробовать. Переворачиваю коробку, где он их купил?.. Я тоже хочу.
А там открыточка...
Милый грустный шмелик и надпись: "Очень виноват...".
Благостная улыбка тут же стекает с моего лица.
И пульс грохнув, начинает стучать в ушах.
– О - Лиза!...
– голос отца сзади.
– Сейчас освобожусь…
– Пап, а это кому цветы?
– елейно спрашиваю его.
– Ты не знаешь...
– недовольно и как бы между прочим.
Выдернув открытку, зажимаю ее в пальцах и гневно разворачиваюсь, демонстрируя ему.
– Ты ничего не хочешь мне объяснить?!
Глава 13 - Терпеть!
Выбросив сигарету, смотрю в спину Лизе. И даже без каблуков, ее ноги, обтянутые тонкой джинсой просто охуенны! Но дело не в них. За какое-то другое место зацепила... Да так, что хватка Жанны уже не чувствуется там, где крепко держало до этого.
Но не вышло коннекта с Лизой...
Стрёмно как-то получилось. Хотя я ничего такого в виду не имел. Ну, нужны деньги - на, держи. Чего обижаться-то? Я же за них ничего не прошу.
Очень хочется догнать. Но... у меня важный разговор.
Ее белая курточка все дальше и дальше... Как искать ее будешь, Шмель? Ну, как минимум, у меня есть майор Иштаров. Это который тебя на флажки порвет, если рядом с дочкой спалит? Ага, он!
А смысл - искать, если тебя послали?
Потому что нравится, пиздец просто!
"На шлюханском", - закатываю глаза с улыбкой. Дурочка...
Набираю Ж ещё раз.
– Ты скоро?
– Слушай... У меня не получится сегодня освободиться. Мама же приехала, она хочет чтобы этот вечер я провела с ними. Не психуй, ладно?
– Да выйди на десять минут. Разговор не длинный. Просто не по телефону хотелось бы.
– Да не могу я! Давай потом?
– Потом - я не могу. Мне надо сейчас.
– Говори...
Вздохнув, закатываю глаза. Заготовки у меня нет.
– Короче, мы расстаёмся. Можешь считать себя свободной.
– Ты просто ревнивый придурок!
Это неоспоримый факт, тут даже не поспоришь.
– Повода нет, понял?! Угомонись!
Мне не хочется объяснять ей, что дело сейчас не в ревности совсем. И даже не в том, что мне другая девочка понравилась. А просто... Я вдруг остро почувствовал, что не вставляет мне это больше. И даже если ничего не получится с Лизой, Жанну все равно больше не хочу. Эмоций этих беспонтовых, хоть и приправленных перцем. Не спасает больше перец. Я уже сам - перец! И все, что мне надо приправлю. А этого больше не надо.
– Завтра позвоню, поговорим.
– Не стоит, Жанн. Я всё... остыл и слился.
– Ну, посмотрим!
– с вызовом и пренебрежением.
Скидывает.
Ну вот, как-то так.
Белой курточки уже на моем горизонте не видно.
Но я догоняю ее на центральном проспекте. Скидываю скорость, еду следом.
Подкатить даже не пытаюсь, уверен, что опять выхвачу. Надо как-то иначе. И вообще, надо через пару-тройку недель, когда фейс полностью заживет и она остынет. В каком-нибудь совсем другом амплуа...
Как долго! Мотор в груди не согласен пахать вхолостую. И тут же начинает ныть от этой здравой мысли.
Не ныть! Терпеть!
– почему то интонациями Бессо на себя рявкаю я. И правда становится чуть железнее. Подождем...
Лиза заходит в антикафе, я заставляю себя ехать дальше.
Сегодня я у Яшиных.
Яськи нет, Иван готовит мясо.
Я сижу на их подоконнике, щёлкая Яськиным утюжком для волос.
– Э, положи, он как ракета стоит!
Смеясь, кладу в корзину, достаю оттуда какой-то крем, откручиваю, нюхаю.
– Этот стоит ещё дороже!
– закатывает глаза Яша.- Там вообще в корзине пол тачки по бабкам.
– Все-все...
– поднимаю руки, оставляя в покое Ясины прибамбасы.
Мясо аппетитно шкварчит. Сглатываю слюну. Рассказываю Яше про Лизу. Угорает...
– Ну ты кретин!
– Да что я сделал-то?!
– Прикинь, ты вышел на татами, провел бой, а к тебе девочка подошла - на, мол, убогий денежку, не ходи сюда больше, а то жалко что тебя так пиздят не по-детски.
– Ну так это другое!
– Нихера не другое...
Заткнувшись, перевариваю.
Облизывая кончик лопатки, Яша озадаченно пялится в экран телефона.
– Не понял!
– падает лопатка на пол.
– Глаза мои вытекли... Чего это, Шмель?..
Разворачивает экран телефона ко мне.
Там фотка. На фотке за столиком кафе его Яся. Не одна. С Маем Янгом.
О, блять!
Фотка от одного из наших самбистов.
Мы растерянно смотрим друг другу в глаза.
– Ну они же одногоуппники, - сходу пытаюсь найти удобоваримое объяснение.
Потому что у Яши явно чайник свистит на этот счёт. Да и я бы, честно сказать взорвался! Янг... Да он просто кот мартовский! Ни одну красивую задницу не пропустит. А у Яськи задница - зачёт!
Молча смотрим на фотку.
Входная дверь открывается. Мы поднимаем взгляд.
– Яська - беги...
– качаю головой.
– Чего это?..
– настророженно смотрит на перекошенное лицо Яши.
– Вот и я думаю - чего это?
– идёт он к ней навстречу с телефоном.
Мяско горит. Выключаю газ. Поднимаю лопатку, мою ее под краном.