Чтение онлайн

Но Марина трубку всё равно повесила и с обидой на телефон уставилась, словно он был виноват в её страхах. А виноват был Асадов, который своей напористостью будоражил её, и ей никак не удавалось вернуть себе прежнюю уверенность. Ведь ещё совсем недавно она жила без него, готова была и дальше жить без него, давным-давно смирилась, и настолько была в этом убеждена, что без всяких опасений, совсем ненадолго, как она думала, окунулась в своё прошлое, а вынырнуть обратно в настоящее никак не получалось. Барахталась теперь, барахталась, и когда ей везло, когда казалось, что вот оно, твёрдое дно, наконец-то она его нащупала, становилось ещё страшнее, и она снова торопилась вернуться в омут прошлого, хотя бы ненадолго. Как-то так получилось, что ей не просто придётся вернуться в настоящее, а снова Алексея от себя отпустить. Но пока не получалось.

А если он не захочет уходить? Он и тогда не хотел, но она его практически вынудила, а вдруг ей сейчас не хватит твёрдости и доводов веских?

Именно поэтому, когда в дверь позвонили, достаточно требовательно, Марина и перепугалась. Вот ведь упрямец, приехал всё-таки! К очередному душещипательному разговору она была не готова и поэтому, направляясь в прихожую, поклялась, что слушать Асадова не станет и вообще выставит по месту проживания, как можно скорее. Накормит и выставит. Именно так.

Но за дверью оказался не Лёшка. То есть, совсем не Лёшка. Марина в замешательстве смотрела на женщину, не зная, как реагировать на этот визит. Окинула гостью быстрым взглядом, оценила вызывающий взгляд и довольно сухо её поприветствовала:

— Здравствуй, Соня. Ты ко мне?

— Могла бы соврать, что Лёшу ищу, но на этот раз я уверенна, что он на работе.

— На этот раз?

— К сожалению, я не всегда в этом уверена. Время от времени он таинственным образом исчезает на несколько часов. Так ты меня впустишь? Я пришла поговорить.

Марина помедлила, но потом всё-таки позволила ей войти в квартиру. Из комнаты выскочила Юля и на Соню с любопытством уставилась.

— Здрасти.

Марина заметила, как Соня насторожилась при виде девочки, оглядела её внимательно, а после на её губах мелькнула едва заметная усмешка.

— Здрасти, — отозвалась она.

— Мам, — Юля потянула Марину за руку, но она не поддалась и попросила:

— Юля, иди к себе в комнату. Это ко мне пришли, по работе, нам поговорить надо. Хорошо?

— А… — оглянулась на Соню и шёпотом добавила: — плюшки?

— Я же обещала. Иди. И дверь закрой в комнату. Так что ты хотела? — поинтересовалась она у Сони, когда услышала, как хлопнула дверь детской.

— Здесь будем говорить?

— Это что же за такой важный разговор у тебя ко мне?

— А ты не догадываешься?

— Мы практически не знакомы, как я могу догадываться? Проходи на кухню.

Не дожидаясь, пока Соня разденется, Марина ушла на кухню. Схватила со стола стакан с водой и выпила залпом, надеясь, что это поможет успокоиться. За последние дни она о чём только не передумала, и себя ругала, и Алексея, пыталась найти какой-то выход, решение, но даже в самых страшных снах не могла себе представить, что к ней домой явится жена Асадова, и явится с определённой целью. Вот тут даже гадать нечего, никакого другого повода для визита у Сони просто не было.

— Родовое гнездо, — усмехнулась Соня, входя на кухню. Оглядывалась с большим интересом, Марина была уверена, что она и в гостиную не преминула заглянуть. — Мне всегда было любопытно здесь побывать.

— У меня не музей.

— Да я вижу. Хорошо хоть фотографии Лёшкины на стенах не развешены, а то я всерьёз переживала.

— Все его фотографии в альбомах. Тебе показать? — Марина, наконец, обернулась к ней, встретилась с ней взглядом, а после спокойно указала рукой на диван. — Присаживайся. Ты не против, если я продолжу ужин готовить? Тебе не помешает?

— Смеёшься надо мной? — нахмурилась Соня.

— Нет. Я готовлю ужин. Извини, мне ребёнка кормить.

— Ах, да, ребёнок.

Марина бросила на неё подозрительный взгляд. Соня опять оглядывалась, удостоила своим вниманием галерею детских рисунков на стене и качнула головой в такт каким-то своим мыслям. Марине настолько тяжело было переносить её присутствие здесь, что затягивать этот разговор не было смысла. Резать надо по живому. И спросила:

— Соня, ты зачем пришла?

— Познакомиться с тобой поближе.

— Неожиданное желание.

— Правда?

— А если без игр? У меня настроения на них нет.

— А если без игр, я хотела тебя попросить, оставить моего мужа в покое. Отстань от него.

Маринины руки замерли, в жар бросило, с трудом сглотнула и отвернулась от неё. Достала противень из шкафа, поставила на стол, и когда на Соню снова взглянула, была внешне невозмутима, по крайней мере, на это очень надеялась.

— Соня, ты зря волнуешься. Уверяю тебя, все твои претензии не обоснованы.

— Да неужели? — Она всё-таки присела и закинула ногу на ногу. Но Марине почему-то казалось, что вся её бравада напускная. — Ты хочешь сказать, что он не у тебя пропадает в последнее время?

— Не у меня. Да, он иногда приезжает к Юле…

— К Юле? Как замечательно — он к Юле приезжает! Какая хорошая причина, правда?

— Не кричи, пожалуйста!

Соня резко подалась вперёд, сидела теперь на самом краешке дивана, а на Марину смотрела зло.

— Он мой муж. Мой, слышишь? И мне наплевать на всё, что между вами когда-то было. На всю любовь вашу великую, на радости и беды… Мой муж, и я его люблю, чтоб ты знала!

— Это замечательно, — едва ли не по слогам проговорила Марина. Внутри всё тряслось и с трудом удавалось держать себя в руках. Тесто мяла с такой силой, что никаких плюшек из него получиться уже не могло. Тесто надо с душой разделывать, а не со злостью.

— Для кого замечательно? Он так не считает!

— А я чем тебе могу помочь? Это ваша семья, вот и разбирайтесь в ней сами.

— Тогда не тяни его обратно, ты же забыть ему о себе не даёшь!

Марина швырнула кусок теста на стол и схватила полотенце, чтобы руки вытереть.