Чтение онлайн

— Папа, — вопрошающе проговорил Антон, пытаясь дотянуться до Марининых волос. Золотистый завиток свисал на её щёку, и Антону очень хотелось его потрогать.

— Папа придёт скоро, папа на работе, Тош.

— Какие вкусные конфетки мы купили, мои любимые!

— Юль, оставь пакет, он же тяжёлый! Я сама отнесу.

— Он не тяжёлый, мам!

— Юля! — Марина оставила детскую одежду на стуле и взяла Антона на руки. — Прежде всего, иди руки помой. Мы сколько раз об этом говорили?

— Я чаю хочу с конфетками.

— Сейчас будет чай. Иди руки мыть.

Усадила Антона на его высокий стульчик, налила компот в кружку-непроливайку и мальчику вручила. Пригладила его волосы, которые под шапкой разлохматились, а Тошка умильно вздохнул. Марина улыбнулась.

— Ты что вздыхаешь?

— Устай.

— Да ты что? — Марина наклонилась и поцеловала его. — Пей компотик.

— Я руки помыла! — Юля продемонстрировала Марине мокрые ладони. — Где чай?

— Греется. Сейчас Антона переодену, и будем чай пить, хорошо?

— Папу, — снова пожаловался Антон, когда она снова взяла его на руки. Обнял Марину за шею и выразительно выкатил нижнюю губу.

— Ты соскучился? Скоро папа наш придет…

Они попили чаю, дети съели по две конфеты, облизали пальцы, и пришлось снова отправляться всем вместе в ванную, мыть руки и измазанные шоколадом губы.

— Вытирай ему руки, Юль.

— Он сам вытирает, видишь?

Прежде чем спустить Антона с рук, наклонила его, как он любил, Тошка рассмеялся, а когда Марина опустила его на пол, подпрыгнул.

— Поиграйте в детской, хорошо, Юль? Я ужин буду готовить.

— Мультики можно посмотреть?

— Можно. Но только, Юль, поспокойнее, вчерашний разгром устраивать не надо.

Юля рассмеялась.

— Ладно.

Мультики дети устроились смотреть не в детской, а в их с Алексеем спальне, на большой кровати. Юля переодевала куклу, а Антон улёгся на подушки, раскинул руки в стороны и смотрел в телевизор.

— Юль, смотри, чтобы он не упал, — сказала Марина напоследок, прикрыла Антона своей шалью и ушла на кухню. Резала овощи и иногда приподнимала занавеску на окне, чтобы выглянуть на улицу. Знала, что ещё рано, что Лёшка приедет позже, но всё равно выглядывала, не могла удержаться. Когда в дверь позвонили, удивилась. Гостей сегодня не ждали, а у Алексея и вовсе свои ключи были. Интуиция, наверное, сработала, потому что в прихожую отправилась с очень нехорошим предчувствием. И не ошиблась. Дверь открыла и тут же пожалела, что это сделала. Сколько раз себе говорила, что нужно прежде в глазок смотреть, и Асадов её всегда ругал, особенно, когда она одна дома оставалась, но сие нужное действие никак не прививалось, всегда вспоминала о его необходимости уже после того, как распахивала дверь перед нежелательным гостем.

— Антон у тебя?

— Лёша звонит тебе уже не первый день, Соня.

— Правда? Заботливый муж. Я войду?

Она не спрашивала разрешения, вопрос прозвучал несколько издевательски, и Соня уже внедрилась в квартиру и дверь за собой захлопнула. Марина спорить не стала. Если бы не было здесь Антона, она бы Соню на порог не пустила, просто дверь бы перед ней захлопнула, потому что говорить им было не о чем. Всё выяснили, а то, что после их последней встречи случилось… Марина себя в этом виноватой не считала. Может, и не права, может, и виновата, но… Не было у неё времени свою вину прочувствовать, у неё муж и двое детей, а всё остальное — это проблемы, проблемы, о которых очень не хочется вспоминать. А вот когда эти проблемы сами к тебе приходят, напоминают о себе, когда в дверь звонят…

— Где Антон?

— В спальне, мультики смотрит.

Соня упёрлась в неё взглядом, выглядела злой и готовой ко всему. Марина даже подумала, что все худшие опасения сбылись — не зря Соня так долго тянула с возвращением, она к войне готовилась.

Может, всё-таки не стоило её впускать? Тогда бы она скандал устроила, в этом сомневаться не приходится.

Соня тем временем посмотрела на коляску, усмехнулась краешком губ, поддела носком сапога колесо.

— Вижу, что с моего последнего визита многое изменилось.

— Соня, может, ты придёшь, когда Лёшка будет дома? Решай все свои проблемы с ним, на меня их вешать не надо.

— А я и не к тебе пришла, и уж тем более не ругаться. Что ты мне сказать можешь? Я и так уже всё знаю, — всё у тебя вышло. Так сказать, дала мне мужем своим попользоваться, и я за это благодарна быть должна. Ну что ж, я на самом деле благодарна. Почему нет? А пришла я сына забрать.

Марина растерялась.

— Как это забрать?

— Очень просто. Это же мой сын. Или вы об этом решили благополучно забыть?

Марина стояла у неё на пути и молча разглядывала, не зная, что предпринять.

— Соня, — наконец проговорила она, — тебя не было больше недели. Мы тебе звонили, мы ждали тебя…

— И что? Я должна была примчаться? По первому его зову?

— Вообще-то, должна была. И Лёша здесь не при чём.

— Я сына не бросала, чтобы ты знала. И не надо на меня так смотреть. Я отправила сына в дом отдыха, с родственницей. Там врачи, там воспитатели. Это папа у него ненормальный. Приехал туда, всех перебудоражил, ребёнка перепугал, практически из рук его у Лиды вырвал. Это не моя вина, что он так поступил. Разве он имел на это право? Да ещё меня при этом грязью обливать?

— Соня!..

— Хватит! Ребёнок мой где? Я его домой забираю.

Соня прошла мимо неё в комнату, только сумку на столик в углу кинула, а Марина осталась стоять в прихожей. Привалилась спиной к стене, пытаясь справиться с душившим её страхом и волнением. Слёзы потекли, вытерла их ладонью и поспешила в спальню.

— Соня, он спит, — громким шёпотом проговорила она, наблюдая, как Соня осторожно берёт Антона на руки. Юля слезла с кровати, стояла в сторонке, прижимала к себе куклу и молчала.