Чтение онлайн

Ну и хрен бы с ним… Зато погода шикарная, небо синее, облака сероватые, быстро движутся… Как будто ветер порвал тучу и погнал ее прочь из города. В жизни всегда найдется, чему порадоваться.

Вернувшись во двор, застаю интересное зрелище, за парковкой автомобилей, той, что рядом с моим подъездом, Людочка в длинной дубленке, меховой шапке, что-то из снега лепит… Я конечно не могла пройти мимо, полезла к ней. Коромыслова лепила снежки. И складывала их пирамидкой.

— Привет, — с дуру пошутить решила, подошла со спины, по плечу ее хлопнула… Ничего, обошлось, я успела отскочить. А Люда конечно возмущалась, громко:

— Сдурела? Я же покалечить могла! И тебя и этих! — Людочка ткнула вытянутой рукой вправо.

Я повернула голову, там серый минивэн оказывается стоял, не обратила внимания, когда подошла. Двери автомобиля настежь распахнуты, четыре мужика рядом с машиной в странных позах замерли, как будто бежать приготовились, при чём к нам. Я им вежливо сказала:

— Здрасте! Погода нынче подходящая для зимних забав. Подруга уже начала забавляться.

Люда хмыкнула:

— Какие забавы, сейчас буду личный состав тренировать. За неимением муляжа гранаты, будем снежки метать. В столб. С одобрения непосредственного руководства.

— Ну раз с одобрения, тогда…..я поднимаю голову, по инерции смотрю на свои окна. В кухне к оконному стеклу приникли три физиономии… В центре Генкина и Мишанина с Верочкиной по бокам…..

— Люд?! — У тебя когда нибудь был неконтролируемый приступ агрессии? — хватаю снежный комочек с верхушки пирамидки, с силой сжимаю его в ладони, холодные крупинки скользят между пальцами. Генка чокнутый! Нарушил больничный режим! Русским языком предупреждали о возможности рецидива! А если успел наговорить всякой чуши бабуле, тоже самое будет с его шеей. Придушу!

— Нее, неконтролируемого не было, я агрессию всегда контролирую. И тебе советую контролировать, без контроля можно такого наворотить…. Вот например охранники, сидят в теплой машине — меня бесят. Четыре человека, ни хрена не делают! Руки чешутся привлечь их к чему нибудь общественно полезному! С помощью грубой физической силы привлечь, но, к сожалению — нельзя. Поэтому оказываю психическое воздействие. Они злятся — мне весело. — Авторитетно заявила Людочка, не отрываясь от лепки снежков.

— Спасибо за инструктаж, пойду воздействую. — снова цапнула с пирамидки комок, размахнулась, запустила в фонарный столб. Не промазала. Развернулась к подъезду и решительно пошагала в дом, лицо такое строгое сделала….

Кажется мой грозный вид воздействие начал оказывать на расстоянии, троица от окна отпрянула. Ну ничего, доберусь до квартиры….

Ураганом несусь преодолевая лестничные пролеты, ключ в замочную скважину всовываю с раздражением…

— Ну и ворвешься ты, как мегера злая, дальше что? Начнешь ругаться с Генкой при детях? Хватит дурью маяться, выдохни и возьми себя в руки. В конце концов он малышне обещал….- при первом повороте ключа проворчало подсознание. Несколько урезонило, надо сказать.

Не буду сильно психически воздействовать на Генку. Дома не буду. Возьмем его с собой в парк, пока дети с горки катаются я промою мозги Шведову. Парк недалеко, ничего, доковыляет болезный, если что, обратно притащим на Мишаниных санках.

С этими мыслями ввалилась в прихожую…. Встала в дверях…. На комоде, на тумбочке, на на сушилке для обуви и на полу под зеркалом — огромные корзины цветов. Нежно-розовые орхидеи, белые розы, что-то похожее на ирисы…

— Мам! Тебе нравится?

— Ма! Нисе так?

Дети заглядывают в прихожую, видимо в коридорчике поджидали, иначе я топот бы услышала…. Черные и серые глазенки смотрят на меня с надеждой.

— Очень красиво. — признаюсь честно, расстегиваю шубку…

— Ура! Папа! Получилось! Мама обрадовалась!

— Уя! Уя!

— Мам! Там цветы во всех комнатах и на кухне, везде много — много! Я когда вырасту тоже столько тебе принесу! — Мишаня захлебывается от восторга. — и Верочке с бабушкой принесу!

— И я пинесу маме! — вторит маленькая Верочка. — Бабуя Авеене усья. Казая ибудет мисятся.

Таак, значит бабушка тактично смылась… Вот партизанка…

— Можно я помогу маме раздеться? — в дверном проеме возникает Шведов, что-то мне кажется, лицо у него бледное и даже немного осунувшееся….Как бы я на него не злилась, внутри шевельнулось беспокойство. Ну вот, какого лешего свинтил из госпиталя? Ему под наблюдением врачей надо быть, а он… Это я про себя подумала.

— Спасибо, я сама справлюсь, — недоволно пробурчала вслух.

Генка отказ пропускает мимо ушей, пробирается между Мишаней и Верочкой, помогает снять шубку.

Зыркнула красноречиво, ему хоть бы хны.

Потом меня повели по квартире, демонстрировать ее превращение в филиал оранжереи. Начали с заставленной букетами детской, затем осмотрели кухню…Да…. Как он такое количество цветов дотащил? Процессия двинулась к моей спальне….Вот не горю я желанием, чтобы Генка туда заходил. Слишком уж как — то интимно. Надеюсь цветы там, без его участия расставляли? Хотя с другой стороны, что он может у меня увидеть? Шкаф, тумбочка, кресло и заправленная кровать. Вещи я никогда не разбрасываю.

— Мам! Ты же самого главного не знаешь! — резко затормозивший возле двери в мою комнату Мишаня, меня слегка напугал. Как-то новостей всякой важности предостаточно.

— Что у нас главное? — спрашиваю осторожно.

— Та там! Бабушка у себя в шкафу, на самой верхней полке, нашла еще одну утку, в коробке жила! Это будет наш резерв! Мам! Бабуля вспомнила, в коробку утку посадил ее ученик, по фамилии Ястребов. Такая птичья фамилия, сейчас утку покажем! — Мишка рванул по коридору, Верочка понеслась за ним. Мы с Генкой одни остались, на пороге моей комнаты. Воспользовавшись ситуацией, Шведов заговорил: