Чтение онлайн

Удивительно, но, как только мне казалось, что падать ниже нам уже некуда, каждый раз кто-то из нас троих продолжал пробивать дно всё глубже и глубже.

— Как ты Петрушевскую-то нашёл?

Пожал плечами.

— Мы ещё с вашего студенчества знакомы были. Это Илюха ничего вокруг себя не видел, кроме тебя и работы своей.

— А ты, значит, видел?

— В ментовке быстро понимаешь, что лишних знакомств не бывает. Я в Москву в командировку ездил, там и столкнулись лет пять назад. Понемногу начали общаться. У её мужа в то время образовались серьёзные проблемы, что-то связанное с халатностью. Ну я и помог, как раз… связи помогли.

— Они развелись же.

— Это было позже. А на тот момент Оля пообещала, что в случае чего всегда готова мне помочь.

— То есть весь этот спектакль был исключительно из чувства благодарности?

— При некоторых денежных вливаниях.

— Зашибись, — выдохнула, чувствуя, как голова опять начинает раскалываться от человеческого цинизма. — Как-то хреново она доиграла свою роль, слившись в закат.

— И опять совпадение. У её бывшего действительно инфаркт случился.

— Я смотрю, тут злой рок конкретно против тебя был.

— Не ёрничай, тебе не идёт, — он вздохнул и сел на диван, устало вытянув ноги перед собой. — А вообще, я не думал, что затянется так надолго. Был уверен, что, узнав про Егора, ты тут же устроишь Илье разборки и обрубишь уже все эти его мучения.

— Ах он ещё и страдал?! Гляди-ка, ты прямо-таки спаситель! — слушать его мнение на сей счёт не было никакого желания, поэтому задала свой следующий вопрос: — А как ты убедил Карину с Ильёй отдать Егора в садик?

— Илья всё сам сделал. Понимаешь, Карина патологически ограждала его абсолютно от всего и всех. И Илья решил попробовать дать Егору нормальное детство, насколько это вообще возможно. Он сам попросил найти хороший садик, где ему смогли бы… обеспечить должный уход. А уже потом у меня родился план.

— Ну просто профессор Мориарти!

— Не всё же Илюхе быть самым умным.

Сказано было зло, чем натолкнуло на мысли о зависти.

— Самому не противно?

— А должно?! — вдруг рявкнул Костя. — Тебе напомнить, кто трахал секретаршу, когда ты, истекая кровью, теряла детей? А кто всю ночь сидел рядом и держал за руку?! Напомнить, кто сколько лет врал тебе в лицо…

— А вот про последнее не надо! Вас было как минимум двое, — не осталась в долгу, вдруг с горечью осознав, в какой паутине лжи жила столько лет. И опять стало тошно.

— Если думаешь, что это делало меня счастливым, то ошибаешься. Просто… просто я уже заеб… устал всю жизнь быть на вторых ролях. Надо было ещё той ночью, когда мы встретили тебя на улице, слать Нечаева на хер и бороться за тебя!

Тут я криво улыбнулась, выпуская свои колючки:

— Шансов у тебя не было.

***

В подъезде оказалось неожиданно зябко, либо же меня трясло после откровений Кости. На стене лифта висело большое зеркало, отражавшаяся в нём женщина выглядела чужой. Долго всматривалась в неё, пытаясь найти осколки прежней себя, но ничего кроме пустот настоящего обнаружить не смогла.

Со злостью запустила пальцы в волосы, уничтожая укладку, тыльной же стороной ладони попыталась стереть водостойкую помаду, которая лишь слегка размазалась. Но стало легче, словно не было больше необходимости притворяться кем-то другим.

Выйдя из лифта, замерла перед входной дверью, готовясь сделать первый шаг в новый мир. После чего с шумом втянула воздух и толкнула дверь.

Красивого шага не получилось. Едва переступив порог, я чуть не столкнулась с Нечаевым, который на всех парах летел брать штурмом Костин подъезд. К счастью, затормозил он вовремя, иначе моим рёбрам и затылку вновь пришлось бы тяжко.

На улице уже смеркалось, но наши глаза безошибочно отыскали друг друга. Секунда, две… после чего он ощупал меня взглядом, остановившись на моих растрепанных волосах и припухших от трения губах.

— Легче стало? — приглушённым голосом поинтересовался Нечаев, сделав неведомо какие выводы.

— Более чем, — парировала я, после чего обогнула бывшего мужа по широкой дуге и пошла прочь, не оборачиваясь.

***

Вещей было немного — всего лишь один чемодан на колёсиках, и тот наполовину заполненный медицинскими справочникам. Хотя будем честны: в век интернета я прекрасно обошлась бы и без них, но было что-то сакральное в этих потрёпанных книженциях, как если бы медицина оказалась единственной честной стороной моей жизни.

Мама откровенно злилась, наблюдая за моими сборами.

— Ну куда ты едешь?! Захотелось быть ближе к реальности?! Тогда давай с нами домой, там хоть мы с отцом сможем за тобой приглядеть.

— Мам, — с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза, — в том-то и дело, что я не хочу, чтобы за мной приглядывали. Спасибо, хватило…

Родительница надулась, приняв мои слова на свой счёт, я же устало потёрла шрам, оставшийся после торакотомии, — наглядное доказательство того, насколько чужая «забота» бывает убийственной. Впрочем, о Костиной роли в случившемся я с ней говорить не стала, решив, что с матери будет достаточно разочарования в Нечаеве.

Разговор с Ангелиной неожиданно вышел куда более эмоциональным. Вообще-то я заехала просто попрощаться, а она вдруг разрыдалась, невнятно всхлипнув:

— Как я без тебя?

Я не сдержалась и выдала остроту, которая так давно крутилась у меня на языке:

— Зато у вас Нечаев остался.

— Да при чём тут Илья?! — всплеснула руками некогда лучшая подруга.

— Ну как же? Не придётся решать, чью сторону выбрать.

Геля вмиг подобралась, сразу став серьёзной:

— Для меня никогда не стояло такого выбора. Ты — моя подруга.

— Ну а Кешкины бизнес-интересы?

— Прости, конечно, — покачала она головой, явно начиная злиться, — но ты реально считаешь, что ваш с Ильёй развод означает конец всему живому?!

— Нет… — слегка растерялась я, — но все эти разговоры про то, чтобы я простила его…

— И ты решила, что я работаю по наводке твоего мужа?! — вспыхнула Чуганова.

— Знаешь, я бы уже ничему не удивилась, — попыталась увильнуть от прямого ответа. На самом деле именно так я и считала… до того, как мы начали этот разговор.