Чтение онлайн

"...Рабство не было признано официальной властью, во

всяком случае пока, но на практике оно стало такой же при

вычной нормой жизни как рэкет, похищения людей, убийства,

и другие проявления насилия.

Чаще всего человек становился рабом за долги, иногда

дети расплачивались за своих родителей, а жена за мужа,

или наоборот. Главным отличием раба от свободного человека

было широкое металлическое кольцо на шее, так называемый

рабский ошейник, начиненный различной механикой и элект

роникой, позволявшей хозяину воздействовать на своего раба

на довольно значительном расстоянии. Снять такой ошейник

без специального электронного ключа было невозможно, при

первой же попытке срабатывал детонатор, и направленным

взрывом рабу отрывало голову. В экстренном случае хозяин

мог привести в действие детонатор так же при помощи крас

ной кнопки на своем пульте управления.

На последнем заседании думы не хватило всего двух го

лосов, чтобы принять законопроект о введении нового вида

собственности - на людей. Авторы нового закона мотивирова

ли его необходимость тем, что, раз уж это отвратительное

явление вошло в нашу жизнь, то задача законодателей не

прятать голову в песок, делая вид что его не существует, а

поставить его в рамки закона, ограничив тем самым произвол

новых рабовладельцев. В непринятом законе, кроме всего

прочего, указывалось что хозяин не имеет права убивать

своего раба, а также наносить ему тяжкие телесные повреж

дения.

Но тем не менее закон не был принят, очевидно парла

ментарии опасались, что официальное признание рабства мо

жет привести к полному байкоту России на международной

арене и прекращению кредитов..."

– Ты что же это делаешь сучка? Он же сейчас копыта отбросит!
– закричал Хлыст, и вырвав у Марины пульт, начал сбавлять напряжение.

– Ты знаешь во сколько он мне обошелся?
– спросил он уже несколько успокоившись, когда понял, что Сергей жив, и ничего страшного с ним не случилось, - В полтора лимона! Да за эти деньги, таких как ты, целый вагон купить можно!

– Я не нарочно, просто кнопки перепутала, - ответила Марина обиженным голосом и ,надув губы, отвернулась к стене.

– Ладно, кончай из себя целку корчить - сказал Хлыст примирительным тоном и похлопал девушку по голой попке. Но капризная девчонка оттолкнула его руку.

– А хочешь я тебе его подарю?

– Кого?
– Марина недоверчиво посмотрела на своего любовника.

– Его, - Хлыст кивнул головой на Сергея.

– Как, насовсем?
– попыталась уточнить она. Ей не верилось, что Хлыст вдруг решил подарить ей что-то, что стоит полтора миллиона долларов.

– Насовсем, а то как же, но только не сейчас, немного попозже, - Хлыст почувствовал, что девушка больше не сердится на него и уже жалел о своем опрометчивом обещании.

– Попозже ты забудешь, или еще что-нибудь...
– начала Марина, но закончить фразу не успела, на журнальном столике зазвонил сотовый телефон.

Хлыст поднял трубку, и по мере того, как он слушал что-то кричавший оттуда голос, лицо его становилось все скучнее и скучнее. Наконец он сказал:

– Хорошо, я скоро буду!
– и бросил трубку.

Он встал с постели и к удивлению Сергея оказался совершенно одетым, даже в ботинках. Позже от других слуг Сергей узнал, что у него бзик - он невероятно стесняется своего слишком худого тела и даже со своими любовницами спит всегда в одежде. В детстве его дразнили кащеем бессмертным, причем, не только мальчишки, но почему-то особенно усердствовали девчонки и постоянно доводили его до слез. Говорили даже, что он оставался девственником до 26 лет.

– Пиджак!
– обратился Хлыст к Сергею, который к этому времени уже успел оклематься и встать с пола. Сергей достал из гардероба знаменитый парчовый пиджак и подал его бандиту.

– Я вернусь часа через два, - сказал он своей любовнице, Не скучай!
– и натянув пиджак, вышел из комнаты.

– Ну, Красавчик, - сказала Марина, едва дверь за ее любовником захлопнулась, - давай покажи, на что ты способен! Только сними сперва свои поганые штаны, нет ничего противнее, чем спать с одетым мужиком!

Сергей смотрел на голую девушку, лежавшую перед ним на черной шелковой простыне и не двигался с места. Какое-то странное оцепенение овладело им, казалось, что все это он уже видел однажды в каком-то давнишнем дурном сне, и он даже знал когда-то, что должно произойти потом, но только забыл. Он мучительно пытался вспомнить, как было там, в том сне, и не мог.

– Ну, что же ты стоишь?
– спросила Марина, увидев что Сергей никак не реагирует на ее слова, - Кащея испугался, глупенький? Не бойся, раньше чем через два часа, он точно не вернется. Давай, смелее, иди сюда. Тебя обещали подарить мне, ты же сам слышал, так что теперь ты должен меня слушаться, а то смотри!
– она взяла с постели пульт и демонстративно положила указательный палец с длинным наманикюренным ногтем на красную кнопку.

"Да, точно, вспомнил!
– подумал Сергей, - Там, во сне все так и было!" Он смотрел, как тонкий холеный палец легкими прикосновениями гладит кусочек красной пластмассы, и не мог отделаться от ощущения, что все это - лишь продолжение, того, старого дурацкого сна.

Марина, продолжая нежно поглаживать красную кнопку, смотрела Сергею прямо в зрачки, куда-то в самую глубину и, очевидно, видела там нечто, что доставляло ей неизъяснимое удовольствие. Это нечто ее возбуждало, губы увлажнились, глаза заблестели, а палец на кнопке начал едва заметно подрагивать. Сергей знал, что произойдет дальше - в какой-то момент палец не выдержит напряжения, соскочит и непроизвольно нажмет на красную кнопку. Он медленно подошел к девушке, нагнулся и прижал свои губы к ее пухлым и красным безо всякой помады губам, а в это время его