Пария
Шрифт:
Выйдя из палатки, я немного удалилась. Насвистев наш позывной, стала ждать умэ и надеяться, что шосс сейчас не выбежит из палатки ловить меня. Через пару минут, умэ тихо ступая по земле, подкралась ко мне сзади, легко боднув в бок.
— О, милая умэ, увези меня скорей домой. — попросила я, забираясь ей на спину. В это же мгновение из палатки вылетел разъярённый Астарт.
— Стоять! — вызревал он, направляясь в нашу сторону.
— Докажите мне, Астарт Ахриман, истинность ваших слов, когда снимите проклятье. А до тех пор, я не желаю вас видеть. — прокричала, удаляясь верхом на умэ.
— Шан, стой! Не удерживай ее, сделаешь только хуже… — услышала я обрывок фразы, брошенной Диссоном брату.
Нас никто не преследовал, до самых земель Ронельи, видимо Астарт послушал совет старшего брата. Дома меня радушно встретила моя любимая лавка и Лило. Всех припасов которые были, хватало ещё на пару недель, лавка пользовалась популярностью. А я пользуясь тем, что нестись в лес за магической чепухой не надо, решила провести дело с пользой, то есть хорошенько отоспаться, отъесться и морально отойти от всего пережитого. Мне нужно было как следует все переварить и обдумать.
Однако, выспаться мне дали лишь в первую ночь, на следующее утро мне принесли личную рассылочную шкатулку. Я не сразу сообразила кому это нужно, но ответ не заставил себя ждать. Уже в полдень, я получила первое послание, которое гласило:
«Если ты не хочешь увидеть меня раньше своего совершеннолетия, то я настоятельно советую, отвечать на мои послания незамедлительно. Иначе я приеду лично.»
Вот так без подписи и приветствия, Астарт Ахриман лишил меня снова права выбора. Выкинуть бы это барахло и забыть навсегда, но ведь припрется же. Да, я в него безмерно влюблённая и я мечтаю о том, чтобы несмотря на проклятье, я действительно была его парой, но не так. В первую очередь, я девочка, а девочки хотят поступков, романтики и всей этой ванильной чепухи. А эти варварские, собственнические замашки только отталкивают. Не буду я по щелчку его пальцев, прыгать к нему в постель, сколько бы его сердце там не билось для меня. Поэтому коротко ответила:
«Будете приказывать, сбегу в лабиринт и не думайте, что я шучу.»
Мне не ответили и я очень надеялась, что он не выехал сейчас же в моем направлении. А дальше начался какой-то невообразимый ад, хотела романтики с ванильностью? Держи — расписывайся!
Мне то и дело приходили сообщения от Астарта, сначала это были ни свет ни заря, пожелания доброго утра, на которые я отвечала коротким «спасибо». В течение дня я получала подарки, кольца, серьги, подвески, духи, цветы, нижнее больше. И так до поздней ночи, к концу недели мой дом был завален всеми этими прелестями. Выходило, что мне можно было не работать в лавке. Со всеми драгоценностями, что дарил мне Ахриман, я уже являлась несметно богатой барышней.
И это дико злило, он как будто хотел меня купить. Задаривал этими подарками, ни разу не проявив желания узнать меня ближе. Мужчины они такие мужчины, какой бы расы они не являлись. А потом я не выдержала и решила внести немного ясности в наши отношения. Да и мне было интересно, как обстоят дела с книгой и помогут ли они своему отцу.
«Как дела с «чёрным даром»? Вы смогли помочь отцу?»
Ответ пришёл практически мгновенно, как будто шосс ждал моего письма у шкатулки.
«В процессе. Небольшая загвоздка с обрядом извлечения стрелы.»
«Какая?»
«Нужна кровь священной лимэ.»
Священная лимэ, это божественное животное которое является лишь достойным, обитает в лесах светлых эльфов. Найти ее не так-то просто и скорее всего невозможно. Но раз того требует обряд, значит все таки реально, иначе не было бы этого обряда вовсе.
Эта ситуация вызвала во мне своего рода азарт и ещё желание помочь, быть полезной. Ведь я могу, определённо, не зря же я сюда попала. Задумка жемчужноглазого была именно такой, спасти расу шоссов, а значит я не стану отказывать им в помощи. Просто не имею на это права, иначе цель моего нахождения тут будет неоправданна.
«Возможно я смогу помочь?» Отправила послание, и затаила дыхание.
«Ты не пойдёшь одна в леса Сальфы.» Ответ так и сочился яростью.
«Зачем одна, я могу взять с собой умэ или шияров?» Предложила, идти с ним мне не очень то хотелось.
«Чем я тебе так противен, Мята?» Такого вопроса от шосса, я никак не ожидала, но сразу же ухватилась за возможность кое-что прояснить.
«Своим командным тоном и желанием купить меня, своим бесполезным, драгоценным хламом! Вместо того чтобы расположить к себе, узнать меня. И чтоб вы знали, я терпеть не могу розы!»
Шосс так и не ответил мне, ни через пять минут, ни через час, ни через день, ни через два. Наверное я была немного резка с ним, ведь он старался, дарил такие дорогие подарки, которые я обозвала хламом. На второй день стало даже как-то стыдно и вот когда я уже собиралась отправить ему послание с извинениями, в дверь постучали.
Я как раз готовила ужин, выключив плиту и обтерев руки полотенцем, отправилась открывать, ожидая увидеть на пороге кого-нибудь из клиентов. Обычно, лишь местные гномы приходили за товаром, в столь позднее время. Распахнув широко дверь, я застыла на месте забыв как дышать, моментально утонула в прозрачных зелёных глазах.
— Вы? — только и выдохнула.
— Прогонишь? — задал встречный вопрос шосс.
— Нет, если вы назовёте очень вескую причину.
— Буду спать здесь на пороге, если не впустишь.
— Спите на здоровье, если решили, так подло мной манипулировать! — тут же вспыхнула я, собираясь захлопнуть дверь.
— Я принёс тебе орехи и сухофрукты. — выставил он руку вперёд, не давая захлопнуть дверь, перед его носом, — Я помою, ты их любишь.
Убрав ладонь с дверной ручки, я сощурилась, скрестив руки на груди. Давая понять, что угощения все ещё не являются веской причиной для того, чтобы стать моим гостем.
— Я не могу отказаться от твоей помощи в поисках священной лимэ, но и отпустить тебя одну, я тоже не могу. И не пущу. Поэтому я предлагаю, отправиться вместе. Дорога — это прекрасная возможность узнать друг друга. Я хочу узнать тебя, Мята. И хочу, чтобы ты узнала меня, но не знаю как себя вести с тобой. Я привык… — запнулся он нахмурив брови, — А ты ведёшь себя не так… — снова умолк, глядя в небо.
— Не так, как все ваши легкомысленные барышни, которые сами прыгали в койку? — продолжила я за него.