Паслен
Шрифт:
– Оставь меня. Сейчас же
– Скажи мне, Фаррин. Это он проделал для тебя фокус с пером?
Кулак шока сжал мои легкие.
Услышав это, я едва могла вздохнуть. Иерихон сказал мне, что он никогда никому не показывал свой истинный облик. Кому– нибудь еще. Что я была единственной.
Тошнота разлилась в моем животе, бурля и ноя от тихой ярости.
Неужели он солгал мне? Предал меня?
Сквозь водянистую завесу я уставилась на дверь, и когда слеза скатилась по моей щеке, она провела языком по моему лицу, чтобы слизнуть ее.
– Чего ты хочешь?
– Спросила я сквозь стиснутые зубы, внезапно отчаянно желая убраться подальше от нее, от этого места.
– Его .
– Прекрасно.-Я проглотила гнев и боль, застрявшие внутри меня, как бритвенные лезвия в моей груди.
– Освободи меня .
– Я хочу, чтобы ты ушла навсегда, и я хочу, чтобы он был только мой. Я хочу трахаться с ним каждую ночь и думать о тебе, такой одинокой .
Несмотря на слезы, я рассмеялась. Злой, горький смех, наполненный самой черной ненавистью.
– Это забавно, на самом деле. Я никогда не буду так одинокп, как ты, Эви. Ты знаешь, что такое Паслен?
– Я низко пала в своей человечности. Так низко, что пути назад не было.
– Ты знаешь, почему ты здесь?
Не давая ей возможности ответить, я подняла голову.
– Ты мертва. Ты умерла и оставила после себя гниющий труп, и ты никогда не сможешь вернуться домой .
Ее бровь дрогнула, как будто я дала ей пощечину.
– Ты лживая, манипулирующая сучка .
– Это я? Расскажи мне о своей жизни. Твое детство. Расскажи мне все, что сможешь вспомнить.
Переводя взгляд туда-сюда, она нахмурилась.
– Скажи мне, как зовут твою мать. Конечно, ты помнишь это .
Закусив губу, она, казалось, на мгновение сосредоточилась.
– Ты не можешь вспомнить. Потому что все воспоминания о твоей жизни поблекли. И не станет ничуть не лучше, чем это .
Сильный шлепок по моей щеке вызвал прилив боли в носовых пазухах. Она схватила меня за горло и сжала так сильно, что я увидела плывущие звезды. Я открыла рот, чтобы глотнуть воздуха, и она что-то сунула в него. Пока я изо всех сил старался не подавиться тем, что она запихнула внутрь, она захлопнула мои губы и зажала мне рот ладонью.
– Глотай, сука .
Она отпустила мое горло и прижала обе руки ко рту, не оставляя мне выбора, кроме как сглотнуть.
Втянув через нос столько воздуха, сколько смогла, я выгнула грудь вверх. Как только предмет у меня во рту был проглочен, она убрала ладони.
– Это было так плохо?-Проведя пальцем по моему виску, она уставилась на меня сверху вниз, пока я продолжала хватать ртом воздух.
– Реми говорит, я должна сохранить тебе жизнь. Что ты ему для чего-то нужна. Иначе я бы с радостью вскрыла тебя прямо сейчас.
– О чем ты говоришь?
– Он собирается обменять тебя. Для искупления.
– Что?
– Слабыми и тяжелыми руками я дернула за свои путы.
– Что ты...
– Что бы она мне ни дала, это начало действовать через мой организм. Окружающая комната расширялась и сжималась, затем превратилась в размытое пятно, в то время как стены вышли из равновесия.
– Я слышала, Восторг в два раза сильнее, когда ты принимаешь таблетку сразу. Я должна буду попробовать это, когда Иерихон трахнет меня сегодня вечером .
– Отпусти меня , - невнятно прохныкала я, закрывая глаза на странные эффекты комнаты.
– Пожалуйста, Эви. Ты можешь иметь их. Я уйду .
– Мне не нужно твое разрешение, шлюха.
Она оттолкнулась и исчезла за дверью.
Тихий всхлип вырвался из моей груди, в то время как эффект усилился. Через несколько минут она вернулась, толкая кровать на колесиках, и припарковала ее рядом с кроватью, где я лежала. Она расстегнула наручники, и мои руки безвольным грузом упали по бокам. Я бы с удовольствием замахнулась на нее, но я не могла пошевелиться. Я едва могла дышать, мое тело казалось таким тяжелым и бесполезным.
Она подняла мои ноги на соседнюю кровать, затем обошла с другой стороны и просунула свои руки под мои. Приподнявшись, она положила мою верхнюю половину на каталку, а затем мою середину, пока я полностью не оказалась на матрасе.
– Держу пари, ты не знала, что в этом соборе есть желоб для мертвых тел.
– Одним сильным толчком она привела кровать в движение, выкатывая меня из комнаты в темный коридор. Каменный потолок пронесся надо мной, то появляясь, то пропадая из фокуса.
– Довольно болезненно, не так ли? Заведение раньше принадлежало Ван Круа-старшему. Ходили слухи, что он пытал тех, кого считал главными грешниками, прежде чем сжечь тела в яме .
Яма. Туда, где были выброшены туши животных после кормления собак.
– Не совсем уверена, через какой промежуток времени сжигают эти туши, просто время от времени они воняют. Как обжигающее мясо , -
она продолжала лепетать, но тошнота в моем животе скрутилась и забурлила, и как раз в тот момент, когда кислота подступила к моему горлу, Эви остановила тележку и повернула мою голову в сторону. Рвота полилась у меня изо рта, выплескиваясь на каменный пол.
Затем, как будто этого никогда не случалось, она продолжила идти по коридору.
Ее голос стал белым шумом на фоне стука крови в моих ушах.
Глухой удар
Стук
Глухой удар
Тележка подкатилась к остановке.
– Ну что ж, Фаррин. На этом наши пути расходятся. Передаю все лучшее мертвым.
С этими словами она оттолкнула мое обмякшее тело в сторону, и я упала.
5 9
ИЕРИХОН
Крутя напиток в руке, я сидел в своем офисном кресле, ожидая, когда Реми войдет в дверь. Каждый мускул в моем теле горел от желания придушить его до смерти, после того как я стал свидетенем поцелуя между ним и Фаррин на опушке леса. К счастью для него, язык ее тела подсказал мне, что она не заинтересована, иначе он был бы мертв в тот момент, когда его губы коснулись ее.