Патриций
Шрифт:
– Пошли гонцов, – медленно произнесла Анаис, – пусть разыщут Дракулу, Палача и доставят их во Дворец.
– Да, госпожа, – слуга поклонился и исчез.
Анаис закрыла глаза и долго вслушивалась в гулкое пространство Залы.
– Ну, надо же, – смеялась Терра. – Чего только ночью не приснится! Иди сюда, маленький, какой ты хорошенький!
Малыш незамедлительно покинул Ластению и взобрался на колени к Терр-Розе.
– Хорошенький! – сварливо буркнул Дэн. – Просто замечательный!
– Дэнчик уже имел счастье на себе испытать радость общения с моим сыночком, – пояснил Сократ.
– Дэн все время на него ворчит и делает жизнь ребенка невыносимой, – Ластения присела рядом с Анаис, у ног Терры, тискающей малыша. – А ведь Сократу нелегко в одиночку воспитывать Ютфорда.
– Воспитывать… – с сомнением произнесла Терра. – Уж Сократ воспитает! Ему для начала нужно попробовать совместить себя с ролью отца! Вот потом у него всё получится! А сейчас мы должны взять на себя ответственность за воспитание Юта. Тем более сейчас, когда формируется его характер…
– По-моему, там уже всё сформировалось, – заметил Дэн, глядя, как девушки тормошат малыша, а он с удовольствием рассматривает их украшения. – Терра, к чему лишние слова? И так понятно, что в дальнейшем ребенком будет заниматься вся наша компания…
– Дэн! – Ластения возмущенно посмотрела на мужа. – Как ты можешь…
– Да против мелкого я ничего не имею, – отмахнулся Денис, – а вот Сократ…
– Если ты имеешь что-то против моего папы, – насупился малыш, – то давай отойдем и поговорим!
– Слыхали? Вот-вот! И это только начало!
– Давайте немного отвлечемся от детовоспитательных проблем, – с доброй улыбкой произнес толстяк. – Дэнчик, не хочешь ли опять приготовить шушук?
– Шашлык! Неужели трудно запомнить такое простое слово?
– Прости-прости, слово я все время забываю, а вот вкус забыть не в силах.
– Ладно уж, приготовлю, только переоденусь. – Молодой человек был облачен в традиционную королевскую одежду Сатурна, сильно отросшие волосы скреплял на затылке золотой зажим, на лбу сиял обруч с крупным оранжевым камнем по центру. От Универсального Переводчика он уже давно избавился, в совершенстве овладев Системным языком. – Вы нашу одежду еще не выбросили?
– Что ты, – ответила Анаис, – все в целости и сохранности дожидается владельцев.
Денис скрылся в доме. В этот момент Ютфорд печально вздохнул, задумчиво глядя куда-то вдаль.
– Что тебя тяготит, милый? – улыбнулась Ластения.
– Стул, – ответил малыш, – этот стул меня очень тяготит…
Он, как и все остальные, сидел в легком плетеном кресле.
– Смотрите! – Терра первая поняла в чем дело.
Оказалось, Ют умудрился просунуть руку в плотное плетение прутьев, скреплявших сиденье и спинку. Пока Алмон вызволял ладошку, вернулся переодевшийся в рубашку и брюки Денис.
– Что успело стрястись? – поинтересовался он.
– Уже все в порядке, – полуволк осторожно растирал освобожденную руку мальчика. – Не больно?
– Нет, – улыбнулся он. – Когда я вырасту, я стану таким же большим как ты!
– Обязательно, ты вырастешь еще больше.
Денис принес дрова для «шушука», Сократ тянулся к кувшину с вином, Ластения с Террой тискали Юта, а Анаис тихонько ускользнула в дом. Спустя пару минут Алмон отправился за нею. Девушка сидела в гостиной у камина и смотрела на остатки золы.
– Что случилось? – Алмон присел рядом с нею на корточки. – Что тебя беспокоит?
– Ничего, просто захотелось побыть одной.
– Анаис, прошу тебя.
– Я и сама не знаю, что происходит, – девушка потерла пальцами виски. – Какое-то предчувствие тяжелое и нехорошее, будто чья-то холодная рука сжимает сердце.
– А с чем это связано? – он приобнял девушку за плечи. – Кстати, почему ты спросила о своем двойнике?
Двери распахнулись, и ввалился Сократ, нагруженный пакетами, в которых что-то звякало.
– Я захватил тут кое-что, – деловито сопел он, – ручаюсь, такого вы еще не пробовали!
– Сократ, нам нужно поговорить.
– Алмон, вы что, за два года наговориться не успели? К вам приехали дорогие вашему сердцу люди, привезли с собою подарки, а в ответ они получают плевок в самую душу, сапогом прямо по сердцу! Мне все это немедленно надо поставить на холод, где у вас тут холод?
– Что же с ним делать? – улыбнулась Анаис.
– С ним поделать ничего не возможно, – согласился Алмон.
– Анаис, где холод, я спрашиваю?
– Большая камера на кухне, маленькая вон в углу, замаскированная под зеркало.
– Так, так, – Сократ взялся за неприметную ручку и открыл зеркальную дверцу, прижимая к сердцу свои звенящие пакеты. – Сейчас мы все красиво расположим… надо же, какая штука вместительная, а по виду не скажешь, – он закрыл дверцу и аккуратно сложил пустые пакеты. – Так, хватит тут сидеть, идемте в общество.
– Идем, Анаис, он же все равно не отстанет.
Вскоре, согревшись в шутках и смехе друзей, Анаис отпустила свои тревоги.
Гостиница «Лувим» являлась одной из самых престижных в кварталах знати Марса. Трехэтажное здание, украшенное искусной лепниной, производило впечатление частного загородного особняка, прячущегося в пышных кронах деревьев. Территорию гостиницы окружал высоченный литой забор и незаметная, но многочисленная охрана, круглосуточно оберегающая покой и благополучие жильцов.
Если подойти к главным воротам, то перво-наперво визитера пристально изучит почти живой глаз и, если повезет пройти внутрь, откроется пейзаж, с большим вкусом сделанный под натуральный, природный.