Патриций
Шрифт:
– Давай, – кивнул толстяк, – и мы все скозявимся без кислорода. Тебе коктейльчик смешать? Мой собственный рецепт – «Лопни Глаз» называется. Основной ингредиент привезен с Земли.
Сократ сделал небольшой глоток, скривился и добавил в бокал еще водки.
– Спасибо, не надо, я уже выпил все, что мне причиталось по судьбе, – усмехнулся полуволк.
– Как хочешь, – толстяк сел в кресло и принялся потягивать свое изобретение. – Знаешь, я все время думаю, зачем Дэна вообще понесло в эту «лодку», будь она неладна?
– Не знаю, вроде бы хотел что-то взять.
– А что именно? Не сказал?
– Нет, не говорил, сказал просто, что забыл что-то в «лодке» и хочет забрать, пока вспомнил. Попросил еще, чтобы я его не вытолкнул в Космос случайно, а я еще глупо пошутил, сказав, если захочу от него избавиться, то сделаю это более кровожадным способом.
– А кто-нибудь еще знал, зачем Дэн туда пошел?
– Нет, только Макс и я… Постой-ка, наверняка Макс должен быть в курсе.
– Да ничего он не хотел забирать из «лодки», – в кают-компанию чинно вошел Ютфорд вместе со своим щенком. – Дэн хотел послушать кассету из «черного ящика».
– Какую кассету? – уставился на него Сократ. – О чем ты?
– Ох, – капризно вздохнул малыш, – ну почему один я должен все знать? Дэну было интересно, почему Анаис сказала, будто на «лодку» упало дерево, ведь на самом деле оно не падало.
– Как не падало? – насторожился полуволк.
Ютфорд печально посмотрел на Алмона, как на потерянного для общества человека.
– На «лодке» нет никаких царапин. Она вся целенькая!
Пару мгновений Алмон с Сократом смотрели на малыша, затем, не сговариваясь, побежали в Зал Управления. Алмон быстро набрал на пульте комбинацию и открыл доступ в «лодочный» отсек.
Анаис схватила Макса за руку и втащила в каюту.
– Что ты здесь делаешь? – зашипела она. – Следишь за мной?!
– Нет, что ты, – Макс заглянул в Шар Лицезрения и прошептал: – Здравствуйте, очень рад вас видеть… снова.
Патриций не ответил, продолжая равнодушно наблюдать за всем происходящим из глубины струящегося кресла.
– Что мне с тобой делать? – прищурив глаза, Анаис посмотрела на Макса. – Ты же все разболтаешь!
– Нет, нет, что ты. Ты можешь полностью на меня положиться!
– О чем ты говоришь, – девушка быстро ходила из угла в угол. Она сбросила маску и неузнаваемо переменилась. – Я ни на кого не могу положиться! Скоро Дэн придет в себя и все расскажет! Мне нужно уходить отсюда!
– Возвращайся на Марс, – сказал Патриций. – Все готово, ждать больше нечего.
– А с ним что делать? – Анаис кивнула на Макса.
Георг пожал плечами.
– Придется его убрать.
– Не надо! – перепугался Макс. – Я никому ничего не скажу! Не веришь? Лучше возьми меня с собой на Марс!
Анаис посмотрела на него, потом на Повелителя. Георг снова пожал плечами, давая понять, что ему безразлично, какое решение она примет.
– А зачем ты нужен? – губы девушки дрогнули в холодной улыбке.
– Ну, пригожусь зачем-нибудь. Нам же было хорошо вместе, разве нет?
– Теперь-то ты знаешь, что я не та, за кого себя выдавала! Я не та Анаис!
– Это замечательно! – воскликнул Макс. – Я счастлив, что не та Анаис! Она вечно строила из себя вселенский идеал, тоска смертная. Я-то думал, что она, наконец-то, стала нормальной девчонкой, а оказывается – нет, и навряд ли станет! Если бы ты знала, как я тебя люблю! Возьми меня с собой!
Анаис окинула придирчивым взглядом его стройную, поджарую фигуру и подумала о комбинации из трех обнаженных тел в своей Дворцовой спальне.
– Ну, что ж, – усмехнулась она, – пожалуй, идея неплоха.
– Ты пользуешься успехом, – произнес Патриций. – Поздравляю. Может, он тоже захочет на тебе жениться?
– Я как раз хотел вас попросить об этом, – обрадовался Макс что разговор повернул в нужное русло. – Я люблю вашу дочь, и хочу жениться на ней!
– Правда? – приподнял одну бровь Патриций. – Ну что ж, благословляю вас, дети мои, возвращайтесь поскорее в отчий дом.
Шар Лицезрения заполнился изнутри молочно-белым дымом и исчез.
– Тебе не кажется, – забеспокоился Макс, – что последнюю фразу твой папа произнес с какой-то издевкой, а?
Однажды сероглазый врач, проведя обычное обследование, принялся что-то записывать в свою старомодную бумажную тетрадь, а Анаис подошла к нему, взяла из его руки тонкий грифель и черкнула на полях: «Помогите мне! Сообщите моим друзьям, где я нахожусь!» Врач испуганно посмотрел на девушку, вырвал лист, скомкал его и торопливо сунул в карман.
Вскоре Алмон с Сократом вышли из «лодочного» отсека.
– Значит, запись кто-то стер, – задумчиво произнес толстяк. – Там было нечто такое, из-за чего Дэн едва не расстался с жизнью.
– Знать бы, что именно, – Алмон машинально провел когтями по жесткой гриве волос, собранных на затылке в хвост.
– На этой «лодке» Анаис возвращалась с Кираса. Что там могло быть особенного?
– К сожалению, Сократ, это мы сможем узнать только тогда, когда очнется Дэн.
– Сколько ему осталось?