Чтение онлайн

–  Никто… Впрочем, нет, - Рысь улыбнулся словно бы только что вспомнил.
– Один из ветеранов, Октавий. Ну, там чистейший личный деликт об «обидах». Да я ведь тут, в Могонциаке, недавно, до этого учился в Риме, затем несколько лет провел в Августе Треверов, где меня очень хорошо знают.

–  Чего ж подался сюда?

–  Гонорары, - Рысь хищно ухмыльнулся.
– Ты же сам когда-то говорил про слишком уж низкое жалованье.

Домиций вдруг встрепенулся:

–  Теперь так не будет! Наступили славные времена. Жалованье, трофеи - все это скоро польется рекой. Думаю, ты зря оставил военную службу! Может, хочешь вернуться?

–  Вряд ли, - ничуть не покривив душой, Юний покачал головой.
– Уж слишком привык к свободе.

–  К свободе?
– Верула громко захохотал.
– А что такое свобода, друг мой? Бездельный плебс в Риме - он ведь тоже свободен! По крайней мере, именно так твердят на всех площадях. Но стоит только принцепсу задержать раздачу зерна… или даже перестать устраивать гладиаторские игры…

–  В таком случае принцепс будет играть с огнем!

–  Вот именно это и делал Александр Север! Даже не так он сам, как его маменька. Вот за это их обоих и… Ладно, не будем о поверженном цезаре, в конце концов, лично мне он ничего плохого не сделал, как, наверное, и тебе. Хотя… - трибун вдруг с хитринкой взглянул на гостя, - я припоминаю, что именно от произвола цезаря ты укрывался в Британии.

Юний хохотнул:

–  Может быть, может быть.

–  Ага, видишь! Так вот, о свободе, - прищурившись, Домиций покачал в руке полный бокал.
– Я думаю, свобода есть не что иное, как уверенность в завтрашнем дне. Да, любой солдат, даже я, может погибнуть в битве, но каждый легионер знает, что государство, в лице принцепса и командиров, всегда позаботится о том, чтобы он был сыт, имел деньги на старость и даже небольшой участок земли к пенсии. Лишь только служи и четко исполняй приказания.

–  Это так, - согласился Юний.
– А вот моя жизнь зависит только от меня самого, ну и немного от обстоятельств, которые во многом я же сам и формирую. Кстати, о последних… На территории обоих Германий, я надеюсь, все еще действуют римские законы?

–  Ну да, - Домиций кивнул.
– Не пойму только, к чему ты клонишь?

–  А как бы ты, как представитель принцепса, отнесся к тому, что на твоей территории в какой-нибудь захудалой деревне будут решать - казнить или миловать - по законам варваров?

–  Здесь, в дальних провинциях, так чаще всего и бывает.
– Верула махом опрокинул бокал.
– Какое нам дело до варваров?

–  Но этим варварам еще Каракаллой даны все права римских граждан!

–  Ну, не смеши меня, Юний. Ты же умный человек и хорошо понимаешь, зачем их признали гражданами - чтоб платили налоги.

–  И все же… Я бы для примера наказал некоторых злостных нарушителей законов.

–  Ах, вот оно что?
– Верула расхохотался и, поднявшись на ноги, хлопнул собеседника по плечу.
– Признайся, тебя здесь явно кто-то мешает? Ну, говори, говори, не темни. Я, со своей стороны, постараюсь тебе помочь.

–  Эрлоин, хозяин постоялого двора в здешней деревушке, - наконец решился Рысь. В конце концов, почему бы не позагребать жар чужими руками?

–  Эрлоин, - Домиций потянулся к кувшину, хозяин постоялого двора? Наверняка человек в здешних местах не последний. Мы предпочитаем на таких опираться.

–  Что ж, я просто спросил.

–  Э, не отчаивайся. Я вовсе не отказываюсь помочь. И что такого сделал этот Эрлоин? Чем он тебе мешает?

–  Видишь ли, он захватил одну мою знакомую, обвиняет ее в каких-то жутких вещах и даже хочет устроить самосуд.

–  Эге, так и знал, что опять будет девка!
– подмигнул гостю Верула.
– Не доведут они тебя до добра, помяни мое слово. Впрочем, рад буду помочь. Как ее зовут?

–  Дело не в имени, - выкрутился Рысь.
– Дело в принципе. Совсем скоро - может быть, дня через два - в деревне устроят тризну по всем павшим при отражении недавнего налета алеманов. Думаю, что девчонку захотят принести в жертву.

–  А ты, я вижу, этого не хочешь?

–  Нет. Иначе бы и не просил тебя помочь.

–  Что ж, придется помочь, куда деваться?
– хохотнул трибун.

Неслышно подошедший слуга принес еще один кувшин вина - прекраснейшего, разбавленного подсоленной водой фалерна - и ловко наполнил бокалы.

–  У меня много знакомых юристов и здесь, в Германиях, и Галлии, и в Риме, - улыбнулся Рысь.
– Уверяю, если будет нужно, я всегда смогу оказать тебе услугу.

–  Значит, говоришь, девица у Эрлоина на постоялом дворе?
– задумчиво переспросил Верула.

–  Да, у него.

–  Что ж… - Домиций наморщил лоб.
– Сегодня у меня еще дела - встречаюсь с префектом. А вот завтра с утра… Кстати, ты где остановился? Неужто на этом же постоялом дворе?

–  Нет, на вилле бедняги Кальвизия.

–  Горе для вдовы и детей… Да. Ну что ж, всяко бывает. Я дам тебе воинов - они проводят тебя и твоих клиентов.

–  Да я бы и сам добрался, - Рысь махнул рукой.

–  Не спорь, - усмехнулся Домиций.
– Думаешь, это я о твоей безопасности так беспокоюсь? А вот ничуть, я же помню, какой ты умелый воин. Просто я вчера еще собирался послать отряд по здешним виллам - разведать да расспросить что к чему? Вот ты и покажешь дорогу.

–  Но что с девчонкой?

–  Завтра с утра я заставлю этого… как его? Ну, твоего трактирщика…

–  Эрлоина.

–  Ну да, его… Заставлю отдать девчонку под охрану легиона.

–  А если он не захочет?

Верула ухмыльнулся:

–  Глупый вопрос. Да не переживай, завтра к обеду уже заберешь свою девку, раз уж так она тебе сдалась.

–  Благодарю!
– встав, чинно поклонился Рысь.

–  После будешь благодарить.
– Домиций тоже поднялся с ложа и, прощаясь, крепко обнял Юния.