Чтение онлайн

— Поспал бы ещё немного, — сказал чародей, зевнув, — если бы не проклятый дождь. Местечко тут, если уж быть откровенным, паршивое.

— Весь Цинмар запаршивел, — пробормотала Сенетра. — Ни солнца, ни нормального дождя — нихрена…

— Тебе нужно расслабиться, пташка, — вставил Фирдос-Сар, продолжая расплываться в хитрой чудовищной ухмылке. — Может быть, сыграем на ещё одну, хоть одну жаркую ночь?

— Тебе не фартит, сучье семя, — бросила Сенетра. — Готов поставить на кон собственную жизнь?

— Остыньте, — сказал Ринельгер твёрдо. — Поберегите силы, вдруг вместо Ардиры сюда придёт Гермильяр и его проклятые норзлины.

— Надеюсь, — произнёс спокойно Фирдос-Сар, — что наш путь ляжет на восток. Золота там больше.

— А я бы так не радовался, — мрачно протянул Ринельгер. — На востоке и воздух тяжёлый, и чудовища опаснее. А ещё, позволь напомнить, там проходили основные сражения ригальтерийского легиона и Святого Воинства. Быть может, до сих пор они режут там друг друга.

Минуло четыре года с последних вестей из Рунайро — Святое Воинство начало штурм города, не осаждавшегося тысячу лет. Ринельгер тогда только покидал своего чародея-наставника, чтобы присоединиться к войне, конец которой казался далёким, словно звёзды небосвода. Он получил письмо и приказ двигаться через лес Маредор к Эльинстаду, где второй верховный лорд Ригальтерии, Аллесиос, собирал легионы на помощь столице.

Было пройдено более трети пути, когда в середине эрениля — первого месяца осени — колона остановилась из-за внезапного землетрясения — оно было воистину неожиданным, ибо никто из чародеев-адептов земли не давал прогнозов о движении земной коры. Землетрясение, убившее сотни две легионеров, чародеев и прислуги, оказалось только началом. Вскоре загорелся Маредор и погасло солнце. В багряном зареве пожара затерялось всё, большинство из колоны погибло, но Ринельгеру повезло выбраться на открытое поле, и тогда он увидел, что голубые небеса и весь свет накрыла алая пелена. Как чародей, он почувствовал небывалый прилив сил, захлестнувший его настолько, что, как бы стыдно признаваться ни было, испытал блажество, сходное с тем, что получаешь в самую жаркую ночь с женщиной. Чудо, подумал он, когда блаженное чувство отступило от него, что всплеск Мощи не оказался смертельным.

— Чистая, первозданная энергия Хаоса, — написал Ринельгер заметку позже, — поглотила ауру Порядка, где та оставалась, даже в большом количестве. Если верить слухам, нечто, что высвободило Хаос и разрушило стабильность Потока энергии, находится в землях, окрестных Рунайро, а ещё, если, опять же, полагаться на эти слухи, провинция Роммилин, прилегающая к владениям столицы, ушла под неизвестно откуда взявшуюся в тех краях морскую воду. Любопытно, могло ли сражение за Рунайро вызвать такого масштаба катаклизм?

— Я был бы просто счастлив, — проговорил Ринельгер, — если бы нам нужно было пройти через магические анклавы на западе, — Фирдос-Сар показушно зевнул. — Уж там-то цивилизация…

— Всё ещё дуешься, что я сжёг те книги? — сарахид сделал каменное лицо, налил себе и Сенетре эля. — Нужно же было чем-то топить очаг.

— Ценнейшие труды имперских чародеев, алхимиков и жрецов, — процедил Ринельгер, посмотрев в сторону горящего пламени в очаге, где догорали остатки книг, найденных на Пустынном берегу, — были написаны не ради того, чтобы какой-то невежественный мясник согревал свою задницу. Я просто восхищён, Фирдос-Сар.

— Ладно вам, — вмешалась, пока конфликт не созрел, Сенетра, — ещё тут друг другу глотки перережьте, Ардира тогда меня насадит… — глаза сарахида сощурились, и она спешно добавила, — на пику.

— Ничего до сих пор не понятно, — сказал Ринельгер с бесконечной усталостью в голосе. — Что случилось… как, когда? А мы бросаем на растопку, быть может, полезные сведения.

— Срань случилась, чего тут разбирать? — махнул рукой Фирдос-Сар. — Да и много пользы от нас будет, чародей, если замёрзнем насмерть?

— Всё равно, — кивнул Ринельгер, допивая эль. — Есть кое-что и поважнее. Кстати, Сенетра? — рунарийка оторвалась от костей. — Мне нужно ещё немного твоей крови…

— Что? Опять? — рунарийка не успела даже рот раскрыть — первым возмутился Фирдос-Сар. — Посмотри на бедную пташку, её будто из могилы подняли.

— Спасибо за беспокойство, — Сенетра же была невозмутима, — но не думаю, что несколько капель убьют меня, — она потянула правую руку к чародею. — Всё продолжаешь исследовать?

— Ага, — Ринельгер вытащил из кармашка в мантии колбу, — почти вывел формулу эликсира, что поможет тебе… как твоё самочувствие?

— Твои заговоры избавили меня от головной боли, — Сенетра внимательно наблюдала, как чародей аккуратно проколол иглой, что носил всегда в своей мантии вместе с колбой, небольшой записной книжкой и щипцами, её указательный палец и чарами медленно, каплю за каплей, выводил из ранки кровь. — Но голод чувствую до сих пор.

— Своей Мощью не пользуешься совсем? — Ринельгер спросил скорее себя, чем Сенетру. — Ничего… скоро эликсир будет готов… благодарю за кровь.

— Тебе спасибо, — слабо улыбнулась рунарийка, осматривая ранку на пальце.

Ринельгер закупорил колбу и спрятал в мантию. Фирдос-Сар внимательно проследил за действиями чародея и налил в пинты эля. Дождь барабанил ещё некоторое время, за которое троица успела осушить весь кувшин. Наконец проскрипела дверь, и в комнату вошёл Зерион с уставшими, будто всю ночь не сомкнувшимися глазами.

— Что, проснулись все? — сквозь зубы произнёс он.

— Что-то не так, рунариец? — Фирдос-Сар даже не повернулся к нему.

— Ночь тяжёлая, — сказал Зерион. — Пора бросать пить…

— Без такой привычки, — покачал головой сарахид. — Долго ты не протянешь… в Цинмаре не пьют только мертвецы.

— Где-то полдень, — Зерион посмотрел в заколоченное досками окно и прислушался. — Дождь кончился… нужно пройтись в парк. Райана прибыла.

— Я выиграл! — взревел Фирдос-Сар, вскакивая.

— Проклятие, — Сенетра отстегнула ремни.

— На что играете? — Зерион подошёл ближе.

— Подождите, — Ринельгер встал. — Райана тут?