Чтение онлайн

Также ощущению новизны в палате содействовала низкая посещаемость оной – «громкие аффекты» встречались крайне редко, и помещение, откровенно говоря, простаивало.

Поэтому Леонид Яковлевич использовал пустующую палату еще в одной торгово-экономической сфере – сдавал в кратковременную аренду за умеренную плату своим знакомым и знакомым своих знакомых.

И когда простые смертные в педагогических целях ставили детей в угол или на колени, сильные мира сего могли позволить себе более прогрессивный и более изощренный способ воздействия – поместить своего отпрыска в мягкую, изолированную от всего мира, комнату.

В общем, узкий круг людей, знающих о 15-ом отделении, обращался к заведующему с тем, чтобы на определенное время поместить свое чадо (или кого другого) в «мягкую комнату», чтобы чадо (или кто другой) подумал (подумала) о свершенных им (ею) поступках и пришел (пришла) к нужным выводам. Иными словами, «дабы дурь из головы вышла».

Некоторым помогало.

– Наши пациенты почему-то называют ее «караван-сарай», – продолжила Оленька, закрывая дверь. – А некоторые даже просятся посидеть, отдохнуть от мирской суеты.

Они пошли дальше. Табличка на следующей двери гласила – «Гипнотарий».

– Сюда вы точно попадете и тогда ознакомитесь с этим помещением подробнее, – сообщила врач.

– А здесь я уже был, – он радостно показал на дверь душевой.

– Нет, – возразила она. – Вы ходили в другую, в противоположном крыле. У нас их две. Я вам покажу.

Они миновали двери грузового лифта, входную дверь, пост № 2 и снова повернули налево.

Левая сторона коридора все время оставалась неизменной – матовые окна с цветами на подоконниках.

Правая же сторона в этой части отделения состояла из ординаторской, большой комнаты для групповой психотерапии и палаты № 1.

Они еще раз повернули налево, прошли вдоль еще одной входной двери, дверей грузового лифта и поста № 1.

– А вот и душевая, в которой вы были, – указала она на дверь и продолжила идти по коридору. – Дальше манипуляционная, кабинет Леонида Яковлевича, палата № 7 и ваша – № 6.

Они снова оказались возле поста № 4. Он сообразил, что они прошли по кругу, вернее по квадрату, и вернулись в изначальную точку экскурсии.

– Чуть не забыла, – добавила Оленька. – На крыше у нас, – она показала рукой на потолок, – стеклянная надстройка. Там зимний сад, превосходная оранжерея, альпийские горки и джакузи. Впрочем, сейчас лето, и на улице не менее прекрасно.

В том, что Оленька, как она сказала, чуть не забыла о стеклянной надстройке на крыше, ничего удивительного не было. Потому что, кроме зимнего сада, сверху находились две большие комнаты, напичканные ультрасовременной техникой, из которых велось видеонаблюдение за 15-ым отделением и прилегающей к нему территорией. И, рассказывая кому-либо о зимнем саде, она невольно вспоминала о камерах. А это было неприятно, ведь наблюдали не только за пациентами, но и за санитарами, медсестрами, врачами.

Именно поэтому младший и средний медицинский персонал иногда называл своего заведующего не иначе как «Леня – Всевидящее Око».

Правда, было одно исключение – видеокамеры не установили в кабинете Леонида Яковлевича.

Цифра 6 на дверях его палаты о чем-то напоминала:

– Как у Антона Павловича Чехова, «Палата № 6», – вспомнил он.

– Вы читали Чехова? – спросила Оленька.

– Да, – подтвердил он.

– И помните об этом? – продолжила врач.

– Да, – воспоминания о сочинениях Антона Павловича Чехова не подверглись забытью или каким-либо другим искажениям.

– Хорошо, – удовлетворительно констатировала она и продолжила: – Теперь некоторые формальности, – Оленька указала на свободный стул возле стола у поста № 4.

Он сел. Она открыла ящик стола, достала оттуда лист бумаги и ручку. Все это положила перед ним и предложила:

– Внимательно ознакомьтесь и подпишите, если согласны, конечно.

– А если не согласен? – он посмотрел на Оленьку.

– Тогда мы направим вас в другое отделение – бюджетное, – спокойно и равнодушно объяснила врач.

Он взял в руки лист и начал читать.

ДОГОВОР №

Я, (далее следовал пробел, предлагающий читающему вписать свое имя и фамилию), целиком и полностью согласен с тем, что во время моего пребывания в 15-ом отделении областной психиатрической клиники с целью повышения эффективности лечебных мероприятий и контроля процесса выздоровления персонал в отношении моей личности может нарушать мои права человека посредством:

1) 

ведения видеонаблюдения во всех помещениях отделения и на прилегающей к нему территории;

2) 

изъятия мобильного телефона и других средств связи с внешним миром;

3) 

установления решеток на окнах;

4) 

отключения телевизора от всех телеканалов (просмотр со съемных носителей информации строго согласуется с лечащим врачом).

5) 

а также других мер, которые определяются лечащим врачом в каждом конкретном клиническом случае.

Со своей стороны обязуюсь:

1) 

Добросовестно следовать всем указаниям и рекомендациям моего лечащего врача.

2) 

Активно содействовать собственному выздоровлению.

3) 

С уважением относиться ко всему медицинскому и техническому персоналу 15-го отделения.

4) 

Полностью оплатить курс лечения.

В случае нарушения мною вышеизложенного договора обязуюсь:

1) 

Оплатить пребывание в отделении с момента поступления и до дня нарушения договора.