Чтение онлайн

С ножа, который он держал в руке, капала кровь.

— Боевик напал сзади, хотел зарезать, — хрипло сообщил Прошкин.

Ефимов зыркнул на Виктора. Для человека, совершившего свое первое убийство, тот держался совсем неплохо.

— Володя, на фишку! — скомандовал Сергей, решив, что отправлять туда тяжело дышавшего Прошкина не стоило.

— А вы все сели на колени! — Ефимов повел стволом, показывая заложникам, что не шутит.

Когда те выполнили команду, он осторожно взял из рук Виктора нож, подошел к ближайшему боевику, оттянул от пола его голову, приложил к шее еще влажную сталь.

— Кто это был? — спросил старший прапорщик, имея ввиду только что убитого бандита.

— Рахман. — Видимо, боевик пытался предугадать следующие вопросы и зачастил: — Он отходил в сортир. Вон его автомат. Мы все здесь. Больше из наших в клубе никого нет.

— Молодец, если не соврал! Лежи! А теперь вы, — обратился Ефимов к заложникам. — Есть ли среди вас офицеры и прапорщики? Если есть, то встаньте.

Поднялись девять человек.

— Сейчас я начну говорить. А вы все должны слушать очень внимательно. От этого будет зависеть, будете вы жить или нет. Слушайте. Первое: если я вас не спрошу, а вы хотите жить, то молчите. Второе: сейчас мы вас всех развяжем. Офицеры получат вот это оружие и половину боеприпасов. — Последовал кивок на автоматы охранников. — Остальное мы заберем себе. Третье: вы находитесь здесь до тех пор, пока не закипит бой. После этого забираете ваших сторожей и уходите через жилой квартал к южным воротам. Они сегодня не охраняются, — сказав это, Ефимов невольно подумал, что хорошо было бы, если бы «немец» не соврал.

— А что этих тащить, прикончить, и все! Они вон скольких наших не пожалели.

— Кто это вякнул? — рявкнул Ефимов и снова поднял ствол.

— Я, — донеслось из строя офицеров.

— Звание?

— Майор.

— Слушай, майор, либо вы потащите этих говнюков с собой, либо не пойдете никуда вообще, ибо будете ничем не лучше их. Нельзя убивать людей без необходимости! — Странно было слышать такую речь из уст человека с окровавленными руками. — Майор, теперь ты отвечаешь за их жизни. Если узнаю, что не довели… — Странный спецназовец красноречиво провел тыльной стороной ножа, еще пахнувшего кровью, по своему горлу.

В строю командиров поднялась рука.

— Говори, — дал добро Ефимов.

— Разрешите с вами. — На лице этого человека виднелся синяк, одна рука висела плетью.

На погонах капитанские звезды.

— Нет, — прозвучало твердо, непререкаемо.

— У меня там семья.

— И у меня тоже, — сказал еще один офицер, стоявший рядом с капитаном.

— Именно поэтому нет. — После паузы Сергей негромко проговорил: — Мы сделаем все, что сможем. Вы будете нам только мешать. Еще раз прошу, соблюдайте тишину. Не подведите нас. Майор, ты старший. Кому дать оружие, решишь сам. — Он увидел солдата-срочника, стоявшего без веревок на руках, и швырнул к нему нож рукоятью вперед.

Скользя по кафельному полу фойе, тот подкатился прямо под ноги парню. Сергей не потребовал позже вернуть трофей Виктору, справедливо решив, что вряд ли у того появится желание резать им колбасу.

— Майор, подойди ко мне. — Когда тот приблизился, старший прапорщик шепнул ему на ухо: — Не думаю, но все же будь внимательнее. Среди вас может быть агент противника. Вряд ли, но все же.

— Вряд ли, — согласился майор. — Но буду помнить.

— Пока не завяжется бой, сидеть тихо. Женатиков взять под контроль. Если все получится сразу, постараюсь отправить к тебе женщин и детей. Но долго не жди, минут пять от первых выстрелов. Если не придут, значит, отправлять некого. Понял?

— Понял. — Майор хотел добавить что-то еще, собирался поблагодарить, но так и не нашел слов.

Как и уверял пленник, в столовой охраны не было. Он сказал правду. Да и кто из охранников смог бы находиться тут? В столовой стояла такая вонь, что захотелось блевануть даже Ефимову, привычному ко всему. Шедший за ним Айдаров мгновенно вылетел вон. Прокисшая пища, испражнения, разлагающиеся трупы! Все это создавало коктейль почище любого химического оружия. Как выдерживали вонь женщины, сгрудившиеся в дальнем углу, оставалось только догадываться.

— Тихо! — Ефимов приложил палец к губам, достал нож.

С веревками было покончено быстро, вот только многосуточное сидение с перетянутыми руками для многих не прошло даром. У двух женщин они почернели и уже пахли. Еще нескольких, возможно, еще можно было спасти от ампутации. Пленницы едва слышно подвывали, стонали, плакали. Перетаскивать всю эту толпу испуганных женщин в фойе клуба прапорщик не рискнул, но и оставлять их здесь без присмотра тоже не стоило. Пришлось вызывать двух офицеров.

— Никуда их не отпускать! — приказал Ефимов, обращаясь к лейтенанту, у которого в руках было оружие.

— А если в туалет? — спросил лейтенант, но тут же вдохнул амбре, исходящее от женщин, и понял, что сморозил глупость.

Впрочем, и от самого офицера пахло немногим лучше.

— Будь! — пожелал прапорщик и, не дожидаясь ответа, выскользнул за приоткрытую дверь. — Первый, у нас все на три пятерки, — доложился Ефимов. — Выдвигайся на исходную. Жди сигнала.

— Понял тебя, приступаю! — ответил Кострыкин.

С наступлением утра лампочки начинали тускнеть.

«Самое время!» – сама собой промелькнула в голове Сергея нечаянная мысль.

— Умар! — позвал Закаев своего помощника Имурзаева. — Вертолеты вылетели, бери полковника и спеши встречать гостя. Умар, удача на нашей стороне, не упусти ее. Постарайся захватить гостя живым, не получится — бери мертвым. Летчики не посмеют атаковать, когда он будет у нас в руках. Вертолеты можешь сбить. Потом. — Все будет сделано, как надо, брат! — Умар приложил руку к груди и, пятясь, вышел.

Головной разведывательный дозор во главе с Ефимовым в рассветных сумерках незаметно обошел здание чайной и оказался с торцевой стороны штаба.

— Первый, приготовься, работаем, — сообщил Ефимов, присел на корточки и слегка напружинил мышцы, готовясь к рывку.

— Понял, — отозвался лейтенант.

Ефимов поправил трубочку микрофона и отдал команду:

— Ядро-два, Саша, твой выход! — От того, насколько удастся задуманная авантюра, зависело не все, но многое.

— Иду.

Через несколько секунд из-за угла показался шатающийся, еще более сгорбившийся, уже не слегка, а уже вовсю хромающий… Кто? Зудов или плененный «немец»? Ефимов и сам не смог бы разобрать этого. Сашка оказался очень похож на пленного, разве что приметно пошире в плечах, но это могла быть всего лишь куртка, развевающаяся на ветру. Опущенная голова, грязь на лице, низко надвинутая кепка. В гаснущем свете лампочек сразу и не различишь, что это не «немец», особенно если не спать всю ночь и сильно не всматриваться.