Per rectum ad astrum
Шрифт:
Звук естественный, словно и не в безвоздушном пространстве находятся… даже акцент слышно.
— Не, нифига не противоракетники… вообще на орудия не похожи. Другое что-то… поближе посмотрим?
— Да… интересно. Страшно только, сейчас влезем, куда не надо — нам по шее дадут… нас, кстати, от шлюза относит. Не знаешь, что делать в этой ситуации? А то у меня страх в панику превращается… смотри, сорок метров уже! Все силы на борьбу с инстинктами уходят… ну что б руками-ногами размахивать не начать… Не пойму — мы падаем-нет? И, если — да, то куда?
— Да уж… кто бы подумать мог. Здесь, на орбите, потеряться можно! Интересно, а искать нас будут? Тоже сообразить не могу, что и как делать…
— Далеко собрались дрейфовать, кадеты? — через акустические системы «кожи» ворвался чей-то задорный голос, — Или тупо поспать подвисли? Ха-ха, вот умора! Озираются они, головами крутят. Да не крутитесь вы! Сейчас вообще ориентацию потеряете, заблудитесь. Так… а-ну, смирно кадеты, прекратить панику. Слушай мою команду! Разбираетесь с гравитационным контуром, встроенным в ваши скафандры, аккуратно активируете его и аккуратно же плывёте по своему адресному маркеру. Ключевое слово, характеризующее движение — «плывёте»! Аккуратно! Усекли? И, действительно, осторожнее, не расшибитесь там. Я, конечно, за вами послежу, но уж постарайтесь не опозориться! Диспетчер 1-01 вызывает карго 17–13, на связь…
Громкость голоса притихла и плавно сошла на нет.
— Что делать будем, подруга? Нас уже друг от друга относит… смотри — звёзды! Колючие какие! Как шипы…
— Если бы у меня был достаточно длинный тросик с грузиком, я бы кинула его тебе, подтянула, и толкнула в сторону шлюза. Ты там закрепляешься и подтягиваешь меня…
— Это ж метров двести-двести пятьдесят троса понадобится! Ну, что б с запасом. Тебя же в другую сторону относить начнёт. А трос у тебя есть?
— Нет.
— И у меня нет. Так что там с гравитационным контуром?
— Разбираюсь… сейчас… лезь в меню настроек… да просто рукой, как с голографическим экраном. Ага… напряжённость, усилие, вектор… ну и? Какие параметры выставлять?
— Теоретически, единица — это 9,8 метров в секунду за секунду… или просто скорость, но тогда напряженность влияет на изменение усилия, и, соответственно…
— Не… знаешь, подобная математика для меня сложновата…
— Это не совсем математика…
— Я всё равно на рефлексах попробую, нас тут месяц гоняли, рефлексы нарабатывали. Совсем не математикой занимались.
Валеска выставила настройки на «автомат» и вытянулась ласточкой в сторону уплывающего шлюза. Её начало сначала медленно, но постепенно всё быстрее притягивать назад, к боку казармы.
— О-у! Вот это да! Делай как я, подруга! Это здорово!
Назад вернулись почти одновременно. Мимо шлюза промахнулись, да Валеска в него и не целилась. Просто пришлёпнулась к боку казармы, рефлекторно уже скомпенсировав удар.
— У-ух! Классно! Вот это ощущения! Жизнь прожита не зря!
— Но-но, подруга! Что значит, прожита?! Тебе лет сколько?
— Двадцать шесть.
— У-у, а моложе меня выглядишь… а мне двадцать три. Меня Валеска зовут. Йенч. Это фамилия.
— Юби Грановска, рада знакомству.
— Юби? Отец — китаец? С севера? Надо же…
— Замолчи, пожалуйста! Ни слова об этом больше! Отец — японец. И хватит об этом!
— Ладно, извини, не кипятись, я же не знала.
— Да ладно, нормально… слушай… Валеска, а у меня два адрес-маркера…
— И у меня тоже… и без чёткой привязки ко времени явки… Это что, у нас такая своеобразная увольнительная, что ли? Мы здесь некоторое время пошляться можем, полазать? Корабль посмотреть?
— Можем, наверное, только… я бы не стала. Набедокурим где, по незнанию.
— Да, пожалуй, ты права. Сдаётся мне, мы ещё весь космос вдоль и поперёк исползаем. Ну её, к Адаму, самодеятельность эту… Слушай, а кинь мне свои адреса? Может нам вместе…
— Лови. Надо же, не знала, как тебя искать, а повернулась, и система сама тебя нашла. Так просто всё, логично, удобно.
— Ага… У нас с тобой адреса совпадают. Смотри…
Валеска толкнулась кончиками пальцев руки, всплыла над поверхностью казармы.
— Вон там, штука такая, на кукурузину похожа.
— Да, вижу, — Юби всплыла рядом, — Маркирована как жилой блок 2–6. Наш жилой модуль обозначен единицей. К чему бы это? Можем гордиться?
— Даже предположить боюсь! Интересно, а мы там только вдвоём будем, или ещё кого подселят? Слетаем, посмотрим?
— Думаю, успеем ещё. Вон второй адрес-маркер выдаёт обозначение: «спорткомплекс». Просто, без цифр. Странно. Я вот думаю, личных вещей у нас всё равно нет… ты спать хочешь? Я тоже нет, любоваться на свою сиротскую девчачью койку? Надоест ещё. Так может сразу, в спорткомплекс? Смотри — здоровый! А вдруг там бассейны и бани есть? От наших разведенцев вполне можно такой роскоши ожидать!
Юби тоненько хихикнула.
— Чего смеёшься? Я бы поплавала и погрелась, если честно.
— Согласна полностью… поплавать и погреться. А смеюсь над разведенцами… ну ты поняла. Я, знаешь, твёрдо намеренна завалить кого-нибудь из первого призыва, потискать. Они такие забавные! Ну, как только возможность представится!
— Забавные?!! — Валеска вспомнила Руслана и вздрогнула, а затем вообще поёжилась, словно замёрзла. Кого она ещё видела? Гай? Гай — забавный?! Или Касьян, со своим пневмошприцем… не, уколов она не боится, но Касьян… Забавный, может быть только Брюс. Но, как мужчина не впечатлил совершенно. Капризный, вздорный, как полик… или королевец. А они надоели уже… почему-то… Напрочь. Вся их «сексуальность», кичливость и гипертрофированные гениталии вызывали только брезгливое раздражение. Валеска вздрогнула ещё раз. Вздохнула.
— Знаешь, подруга, что-то, подумала я, не выйдет у нас с парнями… в ближайшее время уж точно. Не до этого нам будет, в спорткомплексе этом. Чует моё сердце.
Юби весело рассмеялась:
— Да ладно тебе, Валь! Чему нас ещё учить-то? Ты вдумайся, они из нас за месяц просто машины выживания сделали какие-то! Я себя непобедимой чувствую, готова с тигром побороться! Я тебе по секрету скажу: меня папа учил древнему, семейному(!) карате и джиу-джитсу!
— И что? Думаешь это лучше современных единоборств? Устарело же всё такое давно…