Чтение онлайн

— Ничего особенного, конечно, но… — начал было я, однако Серххй Борисович остановил меня взмахом руки.

— Вы отказались от моего предложения, даже не узнав, в чем оно заключается. И все из-за какого-то пустяка?

Тон его внезапно стал ледяным, и это было по-настоящему страшно.

— Поймите меня правильно…

— Я понял вас отлично, — бесстрастно холодно ответил он. — У меня нет врожденной глухоты, и я прекрасно расслышал ваши слова. Вы сказали: „Ничего особенного“. Так? — Я молчал. Чёрт дёрнул меня за язык. — Это так?

— Я имел в виду совсем другое.

— А я плохо читаю мысли, но зато хорошо слышу. Вы сказали: „Ничего особенного“. Так это или нет?

— Да.

— Значит, вы отказываетесь из-за пустяка?

— Совсем нет.

— Значит, всё-таки нет, — утвердительно повторил он. — В таком случае я хочу, чтобы вы назвали причину, по которой отвергаете мое предложение.

Стоявший за его спиной Призрак снова улыбнулся. Самыми уголками губ. Наверняка он видел тысячи таких, как я. В ИХ кругу это называется „лох“, если не ошибаюсь. Сотни и сотни „лохов“ дрожали от такого же властного окрика. А Сергей Борисович давил на них до тех пор, пока не превращал в лепешку. Он высасывал из этих людей душу, а Призрак, неизменный соглядатай, был тому свидетелем. Несколько утешала мысль, что, когда Сергей Борисович примется за него, а сие рано или поздно произойдет, этому типу будет уже не до улыбок. Хотя мне-то что до того?

И тут Господь Бог вновь повернулся ко мне лицом. Я вдруг нашел одну необычайно вескую причину, против которой ему было бы нечего возразить.

— Я не уполномочен принимать подобные решения, не согласовав условия со старшим компаньоном.

— Вы имеете в виду Петра Алексеевича?

— Именно.

— Дело только в его согласии? — спросил Сергей Борисович, чуть нагнув голову и глядя на меня исподлобья. — Это единственная причина?

— Да.

Я подумал, что, если повезет, мне удастся созвониться с Петром, прежде чем люди нашего „гостя“ его отыщут. А уж отговорить Петра браться за эту работу — дело техники.

— Я уже разговаривал с ним, — расслабленно откидываясь в кресле, прежним, удивительно мягким голосом произнёс Сергей Борисович, — Пётр Алексеевич остался доволен размером гонорара и сроками работы и попросил передать, что конечное решение остается за вами.

Вот так, значит? Пётр сказал! Пётр не говорит. Пётр приказывает. Де-юре он мой компаньон, де-факто скорее „босс“. Так получилось. В любой компании есть лидер и есть все остальные. Я всегда принадлежал к многочисленной армии этих самых „остальных“.

Пётр Лексеич не дурак, хотя последние пару месяцев и бегает сам не свой. Понял, с кем придется иметь дело, и плавно „передвинул стрелки“ на меня. Закончится все хорошо — он в выигрыше, провалится — и тут не внакладе. Хитро. Доволен он, значит, гонораром? Ладно. И это припомнится тоже.

— Теперь, как я понимаю, — продолжал тем временем Сергей Борисыч, — вам ничто не мешает сказать „да“.

Я тоже попытался „двинуть стрелки“.

— Ну, если Пётр, как старший компаньон, согласился, то…

— Наконец-то. — Он несколько расслабился.

— В чем заключается ваше дело?

— Я хочу, чтобы вы разработали план проникновения в одну квартиру, — произнес Сергей Борисыч.

— Что? — Я подумал, что ослышался. — Нет. И речи быть не может. Если вы наводили о нас справки, то должны знать: мы не занимаемся криминалом.

Он внимательно посмотрел на меня, словно решал, стоит убить меня немедленно или немного погодя. Однако, когда Сергей Борисович заговорил, голос его, как и раньше, был мягок и идеально спокоен. Этот человек оказался лучшим актером из всех, с кем мне приходилось иметь дело.

— Вы скрываете суммы гонораров от налоговых органов, тем самым занижая налоговые платежи. Это, к вашему сведению, криминал. Плюс ещё целая куча мелочей, за которые правоохранительные органы тоже не гладят по головке и не потчуют леденцами. Перечислить их все?

— Спасибо, не надо. Мы все не святые.

— Вот именно. Как видите, я знаю о вас больше, чем вы думаете. Мне известно даже то, о чем вы сами не подозреваете. Так вот, уясните себе хорошенько, я не занимаюсь грабежами квартир. Это первое. Второе: если бы мне и понадобилось что-то ограбить, я бы нанял совершенно других людей. Третье: в пятницу мне необходимо встретиться со своими друзьями. Как вы уже, наверное, догадались, встреча состоится в этой самой квартире: Я гарантировал людям безопасность. А если я что-то обещаю, то делаю, чего бы мне это ни стоило. Между тем до меня дошла информация, что кое-кто из моих бывших коллег попытается проникнуть в квартиру. Думаю, вы понимаете, с какой целью. Так вот, мне необходимо знать, каким образом это можно осуществить и, соответственно, как можно предотвратить неприятности. Как видите, никакого криминала в моём предложении нет.

— Почему бы вам не нанять ребят из охранного агентства? Я могу дать вам парочку телефонов…

— Не стоит, — отмахнулся он. — Я знаю телефоны всех более или менее приличных агентств такого рода. У меня, кстати, отличная служба безопасности. Но охранные агентства специализируются на ОХРАНЕ, а не на ПРОНИКНОВЕНИЯХ. Вы же, насколько мне известно, занимаетесь розыгрышами… — Мафиозо выдержал качаловскую паузу, а затем добавил: — …и не только ими. Представьте, что вам поручили разработать весёлую шутку. Розыгрыш. В конце концов, реальность не так уж далека от вымысла. К тому же творческие люди чаще всего находят нестандартные решения, а охрана… отличные парни, но прагматичные до мозга костей. От подлинного творчества они далеки. Здесь же требуется своего рода вдохновение.

— И все же, мне кажется, вам лучше нанять людей из охранного агентства.

Сергей Борисович внимательно посмотрел мне в глаза и весело поинтересовался:

— Я, должно быть, похож на полного м…ка, да?

— Что, простите? — От столь резкого перехода я немного опешил.

— Я похож на м…ка? — повторил он, не меняя тона.

— Нет. — Голос мой предательски дрогнул.

— Слава Богу. В таком случае, почему ты думаешь, что я должен тебя уговаривать, а? — Сергей Борисович говорил увещевающе-тихо, но мне ещё ни разу не доводилось ЧУВСТВОВАТЬ такого внутреннего накала. Ни у кого. Никогда. Казалось, мафиозо словно вулкан сейчас выплеснет из себя миллионы тонн раскаленной лавы. — И с чего ты взял, что я нуждаюсь в твоих бл…ких советах?

— Я не…

— „Я не“ что? — зловеще улыбнулся он.

— Я так не думаю.

— Тогда какого хрена ты сидишь тут и вы…ваешься, как вошь на гребне? — Голос его стал резким, словно удар кнута. — Отвечай, мать твою!

Теперь я увидел НАСТОЯЩЕГО Сергея Борисовича. Жесткого, злого, с застывшей в глазах ледяной коркой жестокости. Всё, что было до этого, оказалось фальшивкой. Он отвернулся и уставился через стеклянную витрину на наших ребят. Однако Призрак ни на секунду не отвел от меня взгляда.