Чтение онлайн

Волк чуть заметно нахмурился, когда понял, что его попытка провалилась. Я мягко улыбнулась из-за широкой спины Касиуса.

«Да, это была я, — подтвердила взглядом. — А ты чего хотел? Играть на моем поле и чтобы я не вмешивалась? Облезешь! Назвался подчиненным — терпи и подчиняйся! И не стоит бить по площади — я на волну своих ребят несколько лет настраивалась. Мне „цунами“ чужака перехватить не сложно. Даже такое мощное. Пошел вон, эмпатишка!»

— Лорд Фенрир Тант, — сказала вслух, отвечая на вопрос Эйвы, — будет с нами три месяца. Исключительно как сторонний наблюдатель.

— Лорд? — обернулся Касиус. — В смысле аристократ?

Я кивнула. Заклинатель Касиус был инопланетянином, но отлично разбирался в жизни земных нелюдей. Как он говорил, ему это всегда было интересно. Причем настолько, что сначала я думала: он шпионит на благо родного народа. Потом поняла, что интересующие Касиуса детали никакому народу не пригодятся, и успокоилась. Тем более что избавляться от Касиуса было жалко. Ибо он — наш «танк». Тот самый штурмовик. Два двадцать ростом, полтора центнера весом (ни грамма лишнего жира) и плечи как у откормленного гризли. А еще длинные волосы до пояса и лицо с такими классически правильными чертами, что завидует порой даже суккуб. Неудивительно, что наш второй «танк» — Лакшми — выбрала предметом своей страсти именно Касиуса. И ушла бы следом за ним.

Кстати, Лакшми на Фенрира смотрела с еще большим подозрением, чем я. Потому что в отличие от меня она — до мозга костей феминистка (а я — просто жертва обстоятельств). Причем не только по характеру, но и по вере.

Когда-то давно, как она сама любит выражаться, «в прошлой жизни», Лакшми принадлежала к секте индийских тутов и поклонялась богине Кали: суровой, жестокой и кровожадной покровительнице смерти. Своим приспешникам Кали велела приносить человеческие жертвы. И чем больше — тем лучше. Она не позволяла трогать только детей, женщин и почему-то плотников. Остальных культ уничтожал. Говорят, туги появились в Индии много веков назад и за это время убили больше пяти миллионов человек. Почему Лакшми от них ушла, я так и не узнала. Она не захотела рассказывать, а я не решилась настаивать. Просто посмотрела на нее и подумала: «Не стоит судить о человеке по его прошлому. Главное то, какой выбор он делает сейчас!»

А поскольку сейчас Лакшми не бросалась на встречных мужчин со своим любимым BFG, я успокоилась. Хотя надо признать: с ее приходом в группу мы все внезапно заинтересовались поделками из дерева. Просто на всякий случай. А может, дело было еще и в том, что Лакшми выглядела как женская версия Касиуса — тоже высокая, широкоплечая и мускулистая? Или в том, что она была способна убить человека голосом, за что ее и прозвали «Баньши»?..

И вот сейчас эта миловидная и очень сильная дама смотрела на Фенрира пристальным взглядом ярко-карих глаз, и по ее лицу можно было прочесть: «А умеешь ли ты, незнакомец, работать с плотническим топором?»

И чуть пониже: «Надеюсь, что нет! Бухаха!»

На одно мгновение я Фенриру даже посочувствовала. Но потом вперед выступил Хамелеон — наш самый компактный член команды: невысокий худощавый кореец по имени До Фан Джун — и задал вопрос, который быстро напомнил мне, кто здесь враг.

— Я прошу прощения, — спросил он. — Но почему наблюдателем нашей группы сделали именно оборотня-аристократа?

— Да, — ласково улыбнулась я. — Мне это тоже интересно. Почему вы, лорд Тант, оказались лучшей кандидатурой для группы охотников?

— И не будет ли благородный лорд нас тормозить? — грубовато добавила Лакшми.

— Да что вы прицепились к бедному парню! — возмутилась Эйва. — Вам же сказали: он только наблюдатель! Кто отправляет наблюдателей участвовать в операциях? Он будет сидеть на орбите, в защищенном и скрытом от глаз врага корабле, и терпеливо ждать нашего возвращения.

Фенрир чуть заметно нахмурился и попытался выкарабкаться из объятий суккуба.

— Я не бедный парень, и я точно не буду ждать вас на орбите, — сказал он, аккуратно снимая с себя руки Эйвы. Вернее, пытаясь их снять, потому что, когда суккуб не хочет тебя отпускать, легче отгрызть собственную конечность, чем разжать хватку.

Хамелеон удивленно приподнял брови:

— Вы останетесь на Земле? — и обернулся ко мне с невысказанным вопросом в глазах: «Зачем ты тогда вообще нас познакомила?»

Я мысленно вздохнула: если бы все было так просто!

— На следующие три месяца лорд Тант станет действующим членом нашей команды, — объяснила ребятам. — Как это ни печально, но он будет принимать непосредственное участие в операциях. Чтобы, так сказать, следить за нами изнутри. И вы сами понимаете, что это означает.

— Да! — Лакшми поднялась на ноги и с недовольным видом скрестила руки на груди. — Это означает, что он — груз! И мы будем тащить его на себе.

Я улыбнулась, глядя, как лицо Фенрира теряет свою хваленую невозмутимость.

— Я участвовал в трех последних войнах Союза, — отрезал он, рывком сбрасывая с себя кольцо из рук Эйвы. — Двадцать пять лет отдал служению Национальной Гвардии ВВС. Награжден Крестом военно-воздушных сил за взятие Крит-Тории. Я не буду обузой!

Ого! Медаль за особый героизм. Странно, что в файле Танта о ней не было ни слова. Возможно, причина в том, что официально нелюди отказываются признавать свое участие в битве под Крит-Торией. А как иначе, если в результате слишком рьяного сражения атмосфера планеты была практически полностью уничтожена и прекрасная плодородная Крит-Тория превратилась в кусок космического мусора?

— Так вы, получается, настоящий боевой офицер? — с куда большим энтузиазмом уточнил Хамелеон. — И звание получили не за выслугу лет?

Я закатила глаза: вот вечно он так! Чуть что интересное увидит — за уши не оторвешь. Теперь будет ходить за Тантом хвостом и выспрашивать подробности «подвига». А еще попытается устроить вечеринку. И почему этому корейцу дали позывной «Хамелеон»? Надо было плюнуть на его умение маскироваться и обозвать «Тамадой». Попали бы в самую точку.

— Мы просто обязаны как следует поприветствовать нашего нового товарища! — обернулся он ко мне. Губы Фенрира вновь растянулись в улыбке, от вида которой мне захотелось макнуть его в бочку с водой. Как глупую курицу. В голову пришло воспоминание о том, как мы почти неделю праздновали взятие в команду Киры. Причем сама Кира удрала к себе уже через три часа, я сдалась на третий день, а самый крепкий Касиус выдержал ровно пять с половиной. Последние полтора дня Хамелеон «отгулял» в гордом одиночестве, выхлебав такое количество спиртного, каким можно было уложить в реанимацию троих волков. А Кира, по-моему, его до сих пор слегка побаивалась.

Мысль о девочке заставила меня поднять голову и найти ее взглядом. Ах, Кира, моя маленькая тайна. Еще одна причина того, почему я не хотела видеть Фенрира в нашей группе. Она смотрела на меня огромными испуганными глазами, закусывала от волнения губы и была совсем не похожа на того воина, который просыпался в ней всякий раз, стоило нам приступить к очередному заданию. Куда потом девался этот универсальный солдат, способный использовать практически любое стрелковое оружие, начиная от арбалета и заканчивая новомодными бластерами? Сейчас передо мной стояла девочка с длинным темным каре, челкой, нависающей над глазами, и контактными линзами, скрывающими ее яркие лиловые глаза, но не способными скрыть панический страх разоблачения.