Переписать мир

Пролог

— … Мне вообще непонятно, как можно сутками на работе торчать, да ещё и приносить её всюду.

Голос подруги уже битый час раздавался фоном среди остального шума ресторана, а я всё так же не особо вслушивалась.

— Ага.

— А домой приходишь, тебя даже там кот не встречает. Даже некем слёзы вытереть!

Вот это уже обидно — я хотела кота, но он бы не выжил с моим рабочим графиком. По больному же ударила, зараза.

— Ага.

— Тей, ну как ты можешь вечно в одиночестве и не выпуская телефон из рук?

Да-да, мне бы только понять, где закралась ошибка, и почему именно на этом моменте игра не хочет продолжаться. Мы ведь всё проверили перед тестовым запуском, и ничего подобного не было, однако стоило представить конечный продукт на всеобщее обозрение, что-то пошло не так, и теперь мне надо было самой перепройти игру.

— Знаешь, а я собираюсь нарастить грудь десятого размера и губы на пол лица накачать. А потом поеду в Дубай зарабатывать. Как думаешь, стоит?

— Да, молодец… Что?

Это уж слишком непохоже на Полину — ей сфера обслуживания совсем не близка. Там, скорее, снабжение… Мужа деньгами, пока тот снабжает диван новыми вмятинами.

— Ну наконец-то, подруга. Мы зачем здесь? — развела руками она, напоминая, что мы по-прежнему в ресторане, среди людей, а не в стране песков и диких нравов, где суровый император собирается наказать молодую жену.

И нет, я не придумываю сюжет новой книги — просто работа не отпускает даже вне офиса, заставляя забыть, что я согласилась на эту встречу перед Новым годом. И, правда, зачем, спрашивается?

— Простите, девчонки, мне нужно решить вопрос с этим багом — не могу понять, что не так.

— Господи, ну снова-здорово… — закатила глаза Аня. — Может, оставишь этот вопрос вашим айтишникам? В конце концов, не зря же они свои зарплаты получают.

— Я всё-таки разработала эту игру, — пожала плечами, пригубив вина.

— И толку? Лучше бы разработала себе нормальный внешний вид, — беззлобно пошутила Таня, намекая на мои очки и вечный пучок, и девчонки поддержали смешками.

Понеслась…

Каждый раз, когда мы собирались вместе, это заканчивалось одним — критикой меня любимой. Всё им было не так. И то, что зарабатываю больше любого мужика, поэтому они ко мне и не подходят. И то, что слишком уж независимая — таких в принципе никто не любит. И никому я не сдалась со своими двумя высшими, и вообще, будь проще, тогда люди, вернее, мужчины потянутся.

Обычно я на них не обижалась — меня совсем не задевало чужое мнение на мой счёт. Но видимо из-за того, что слишком долго длились эти токсичные замечания, и всё это наложилось на стресс, связанный с работой, мне стало очень неприятно.

— Чтобы что? — усмехнулась я, откладывая телефон в сторону и залпом опрокидывая бокал вина. — Привлечь внимание и выйти замуж? Нет, спасибо — вашего примера хватило.

Ой, я это правда вслух сказала?

Лёгкая напряжённость и тишина, возникшая следом, просто обязана была испугать меня, но проблема в том, что трусихой меня назвать сложно, да и винишко уже заиграло в крови.

— Ты серьёзно сейчас? — отложив вилку, поинтересовалась Лида.

Она долго боролась с перееданием, и сейчас с голодным блеском в глазах разрывалась между желанием доесть свой салат из одних листьев и тем, чтобы сожрать меня.

— Ну, давайте порассуждаем, если вам так хочется, — я сделала вид, что задумалась. — У одной из вас второй неудачный брак и то из-за беременности. Вторую периодически поколачивает муж, а третьей свекровь буквально проела плешь… Красивый, кстати, парик, Аль.

— Да ты…

— Но даже со всеми этими «мелочами жизни», — не дала никому вмешаться, — несчастная среди нас всех — именно я? Что я вам сделала-то, понять не могу?

Я действительно никак не могла взять в толк, отчего они вечно на меня накидываются. В школе всё было нормально, но стоило нам чуть подрасти, и наша всегда дружная компания перестала таковой быть.

— Да боже, — выдохнула Полина, украдкой поправившая высокий ворот своего свитера — там скрывались следы супружеской любви, которые ещё не успели пожелтеть. — Мы всего-то беспокоились за тебя, а ты так реагируешь. В чём проблема?

— Вот именно, — поддакнула Аня, поморщившись, когда рядом слишком громко закапризничал чей-то малыш. — У нас хотя бы кто-то есть, а у тебя даже нет парней, которыми бывшими назвать можно… Да успокойте вы ребёнка, я своего голоса не слышу! — крикнула так, что за соседними столиками все вздрогнули, а бедный малыш на секунду затих, чтобы снова зайтись в истерике.

— Мать года, — хмыкнула Алька, поднимая бокал.

— Заткнись, а то парик слетит, — прошипела та, вперив в меня убийственный взгляд. — И вообще, не нравится что-то — могла бы не общаться с нами!

Я оглядела их всех так пристально, наверное, впервые. Возможно, иногда действительно стоит присмотреться к друзьям повнимательнее, чтобы понять, насколько вам уже не по пути.

— Знаете, я и правда, пожалуй, пойду. Займусь делами, а вы тут сидите, обсуждайте ваши проблемы… Ужин за мной счёт, — улыбнулась. — И надеюсь в Новом году вы наконец-то будете счастливы.

Я поднялась, спешно хватая вещи, быстро расплатилась, ещё раз мысленно пожелала девчонкам счастья и выбежала на свежий зимний воздух.

Оказавшись на заснеженной улице, и я испытала… нет, не грусть. Облегчение.

Столько времени у меня в горле будто ком был, всякий раз, когда происходили такие встречи, сколько раз я мечтала просто сбежать… Но сегодня всё изменилось, и я просто не могла поверить, что сумела отстоять себя, пусть и таким жёстким способом.

Вряд ли, конечно, я нашла сегодня понимание.