Чтение онлайн

Утром капитана Исаева вызвал Тимер-Булатов. В кабинете уже сидел бригадный врач. Иван доложил о прибытии.

— Кто для вас Рита Ивановна?

— Родная сестра моего приемного отца.

— Она была у вас?

— Да, она часто меня навещала после несчастного случая, живет в Крыму, вместе с отцом.

— Так вот она неделю назад погибла в автомобильной катастрофе.

— Как погибла? Сказали, что не вернулась...

— Так надо было, вы только сильно не волнуйтесь, присядьте.

— А Оксана, Оксана т-т-только в-в-вчера уехала. Это же ее мать!

— Мать Оксаны Ивановны?! Тут в телеграмме просьба известить дочь. Вы знаете ее адрес?

— Она работает в Первомайском, участковым врачом.

Тимер-Булатов взял трубку телефона:

— Соедините меня с Первомайским... Первомайское? Пожалуйста районную больницу... Секретарь главврача?.. Слушайте, у вас работает Исаева Оксана Ивановна? Вы и есть Оксана?.. Извините, это Виль Сабирович, у вас неприятность... Да нет, с ним все в порядке, он тут рядом стоит. С мамой вашей, она не вернулась в Крым. Точно не знаю, но вам надо срочно туда ехать. Исаева я отпускаю сейчас же.

Иван автостопом к ночи добрался до Херсона. Поезд на Симферополь отходил в два часа ночи. Исаев всем нутром чувствовал, что скоро появится Оксана, и она появилась.

— Ванечка, что случилось? — со слезами бросилась она навстречу Ивану.

— По-моему, мы с тобой остались одни, совсем одни, как в космосе.

Глава двенадцатая

К исходу следующего дня Иван с Оксаной, наконец, добрались до Старого Крыма. Их встретил, осунувшийся Виктор Иванович.

— Вот, Ваня, совсем плох я стал, хочу домой, а доеду ли? Ох, как хочу, кто бы знал!

— Ты что, отец, ведь тебе еще жить да жить, отлежишься маленько и к нам в Молдавию: виноград, фрукты, овощи. Мы, кстати, тебе и не сказали, что решили с Оксаной вместе жить.

— Вместе так вместе, я об этом и Рите толковал, а насчет Молдавии — нет уж, извините, тут, чай, фруктов да овощей мало. Нет, тянет меня туда, Настя кличет, денно и нощно чую, почти каждую ночь приходит. Вот вам бы такую любовь, чтобы даже после смерти чувствовалась. У Егора такая была и вот у меня такая же, дал бы вам Бог.

— Мы постараемся, во всяком случае, я буду очень стараться, — тихо сказала доселе молчаливая Оксана, — а вас я сама на ноги поставлю, потом и решать будем.

— Дай-то Бог, а насчет меня не переживайте больно, свое я прожил и не плохо, а вот дом, я думаю, надо продать, насчет машины — смотрите сами, мне она не под силу. Бедная Рита, всю жизнь промаялась в надежде найти кого-нибудь из родственников, и вот сразу, почитай, всех нашла, и вдруг такой конец.

— А может какая-то ошибка, может сумку ее кто украл, а потом ехал в том автобусе?

— Все может быть, в Загсе мне так и сказали, что только через полгода человек признается умершим при таких обстоятельствах.

— И везде бумаги, бумаги. Вот нам с Иваном, по сути, квартиру дали, но пока мы не представим свидетельство о браке, не выдадут ордер.

— А что вам мешает представить это свидетельство?

— Как что? У Ивана развода нет.

— А у тебя есть?

— Какой у меня развод?

— Но ты, же была замужем.

— О чем вы, Виктор Иванович, это не замужество, а смех один.

— А насчет развода, так он на столе, в передней комнате лежит, сама Ольга привезла, тут полчаса извинялась: «Не судьба», «не сложилось», «не ругайте».

— Как привезла? — удивился Иван.

— Эх, Ваня, деньги все делают.

— Когда же она успела? Неделю назад у меня была.

— Так вот неделю назад и привезла, а о том, что у тебя была, не сказала.

— А где же Ванятка?

— Увезли они его куда-то, ездил я к ним дважды, соседка сказала, что дом после смерти Никиты Игнатьича продали и уехали куда-то под Москву, она же за сына шишки какого-то выскочила, мне Раиса рассказывала, говорила, знаешь ты ее.

— Марченко, что ли?

— Как Марченко!

— А чего тут удивительного, муж ее — Володя Марченко, друг мой.

— Ты что? Он не водитель случайно?

— Водитель, и не случайно, а давно. На автобусе работает.

— Неужели это он?!

— Кто — он, отец? Я что-то не пойму!

— Так шофер того автобуса был Марченко Владимир, у него двое детей осталось.

— А отчество ты не помнишь? И где ты узнал? Отец, это важно!

— Ваня, успокойся! — заволновалась Оксана, — тебе нельзя нервничать, я тебя очень прошу, мало ли с фамилией Марченко на свете.

— Отец, ты меня извини, но я должен выяснить и сегодня же. Оксана, побудь пожалуйста тут, а я съезжу в Феодосию, — спокойно и твердо сказал Иван, — а насчет нервничать — я вполне в своем уме, у него больше никого нет, а Раисе я обязан многим.

Через несколько минут Исаев уехал.

— Ты его сильно не опекай, — успокаивал Оксану Виктор, — он умный мужик, глупостей не наделает.

— Ну да, еще каких! Генерала на три бу5квы послал, в части поцапался, со штабистами, а вы говорите — «не наделает!»

— Ну, это он по прямоте характера своего, но не по глупости.

— Может быть, но сейчас он еще болен и выйдет из этого состояния не скоро.

— А ты откуда знаешь?

— Я врач, у меня красный диплом, вы думаете — зазря его дают?

— Не думаю, что зазря, тогда тебе и карты в руки.

— Вот-вот, а сами отпустили его. А если он там чего-нибудь наделает?

— И чего же, например?

— Да все может быть.

— Я понимаю, тебе сейчас не до этого, только я бы хотел с тобой поговорить о вас с Иваном, вам жить дальше, а мы: сегодня Рита, завтра я, наша дорога одна, а вам по тридцать, хотя уже и не первая молодость, но вся жизнь впереди, поэтому я думаю, разговор этот уместен, тем более что Ивана не будет минимум час-два, — вот и поговорим.