Чтение онлайн

Через сорок минут я убедился, что она прибыла на место и спрашивает меня, где я нахожусь.

– Внизу – мрачно ответил я и она все поняла. Мгновенно.

– Где гарантии того, что ты отпустишь моего сына? – собрано ответила она, перестав кричать и грозиться немыслимыми карами.

– Слово наследницы рода, на которую ты посмела поднять руку. Приняв заказ на меня, ты сама выбрала свой путь.

Моя жертва, ненавидящим взглядом глядя мне в глаза, подошла к краю крыши и шагнула вниз. Через несколько секунд видео звонок завершился, как и моя месть ей.

Я завершил звонок и мой взгляд наткнулся на папку, которую скинули мне во время слежки за ее сыном. Шестое чувство подсказало мне открыть ее. Несколько видео, как я понял из личного архива паренька. Кликнув по нескольким, меня едва не стошнило. То, как он и еще несколько парней разделали несчастного бездомного, вызывало ужас. Я поспешил закрыть, чтобы не слышать этих животных воплей. Как? Зачем? Ему ведь всего пятнадцать гребаных лет! Откуда такое берется? Меня терзала душевная боль и обида. Ведь так много сделали для народа! А ведь один черт рождаются и вырастают такие!

Палец замерший на телефоне отодвинулся в сторону. Я собирался анонимно позвонить спасателям, чтобы те вытащили ребенка. Но рука убрала телефон в карман джинсов. Пусть это будет только на моей совести.

Мне было плохо. Очень плохо. Не от осознания того, что убил двух человек. Нет, это конечно тоже влияло, но не так сильно, как осознания того, что куча гребаных лет, прорва труда и все в пустую. Зачем я жил? Чего я добился? Почему такие мрази существуют? Я все силы приложил на благо родины, а в итоге? Тогда меня предали. Использовали как ресурс, клеймили как свинью. Я скрылся на долгих десять лет, но даже умереть спокойно не дали! На душе было горько. Я зарылся в подушку и из моих глаз лились слезы. Кто говорил, что мужчины не плачут? Пусть утопятся в деревенском нужнике! Сил не было совсем, однако у меня еще оставались дела. Тот азиат, что охранял меня тогда. Он не простой охранник как я думал поначалу. Таисия Константиновна всегда говорила с ним уважительно и тихо. Так говорят с работодателем, а не с рабочим. Еще в свой первый день там, я успел заметить, что деньги унес именно он. Это как бы намекало на его статус. Жил он в соседней квартире и приходил всегда тогда, когда женщина уходила – ночь следил за мной и на утро исчезал. У меня не было ресурсов и денег, чтобы совершить новый план по убийству. Да и нужен он мне живым, чтобы выйти на остальную цепочку. Поэтому я просто сдал адрес Коршуну с просьбой работать одному и аккуратно. Он начал действовать одновременно со мной и поэтому смерть подельницы не должна была успеть дойти до него.

Время подкрадывалось к утру, я ждал новостей успев намотать сопли на кулак и успокоиться. Телефон я выкинул и теперь только оставалось ждать, когда повернется ключ в замке. Мои уши ждали этого благословенного металлического звука с таким нетерпением, что мозг сам воспроизводил его у меня в голове. И да, я его прослушал. Слишком извел себя ожиданием и отключится.

– Лиза! – меня трясли за плечо – Лизонька! Ли-иза!

– Не надо никого лизать – сонно пробормотал я и тут же подскочил как ужаленный – Коршун? Жив? Цел?

– Да все хорошо – улыбнулся майор – там все просто было. В дверь позвонил, цель открыла, да я прямым в челюсть и вырубил. Внутри никого не было. Тело связал, снабдил кляпом и спрятал в подвале этого же дома.

– Ну ты и хардхорщик! – удивился я – бесстрашен как стадо медоедов!

– А чего делать то было? – стушевался майор – ты же попросила действовать одному, а далеко я бы его не уволок. Машину тоже заказать не мог.

Кстати сейчас майор блистал приклеенной бородкой клинышком и большими роговыми очками.

– Ты на Троцкого похож сейчас, бойся ледорубов – сонно зевнул я.

– Я поражаюсь твоему хладнокровию. Мы тут похищение организовали, а ты спокойна как удав – “он еще не знает, что пару часов на моих руках образовалась пара трупов”, вздохнул я про себя.

– Давай уже выбьем из него все дерьмо, да поспим спокойно – отмахнулся я от подозрений Коршуна.

– Не стоит девушке такими словами говорить! – решился взяться за мое воспитание.

– Ага ага. Не матерись – боженька язык отхерачит и все подобное, поехали уже – пробурчал я прыгая на одной ноге и одевая джинсы.

В четыре утра я сонный и вымотанный морально, поехал на такси к следующей жертве. Мои зевания были настолько заразные, что даже майор начал украдкой позевывать в ладонь. К пяти мы уже приехали и расплатились с таксистом. Вышли в квартале от нужного дома – все помним “конспига-ация”! Дошли быстро и Коршун снял навесной замок с незаметной двери ведущей в подвал.

Род Прохоровых Снес старое здание и построил новое, в том числе и подвал. Ровные ряды проводов в серебристой оплетке, пластиковые трубы, шеренгой солдат идущие в потолок и множество автоматов в распределительных щитах. Везде порядок и аккуратность. Как взломали замок в это великолепие я опять же не спрашивал. Лампы ровно освещали наш путь и было довольно приятно идти.

А вот встретили нас довольно мрачно.

– ! – (вы все умрете!) – азиат перегрыз кляп и видимо собрался закричать, как подоспели мы – (умрете как собаки!)

– – (все там будем) – меланхолично заметил я.

– Ты, етить меня за ногу еще и китайский знаешь! – прошептал мой спутник в полном охренении.

– Ерунда, я пять языков знаю, в туалете про освежителю выучила – рассеянно ответил я, раздосадованный от того, что так бездарно спалился и добавил в копилочку моих странностей еще немного.

– Пусть та-ак – недоверчиво протянул Коршун – но зачем ты просила меня, чтобы я привез тебя?

– Чтоб допросить конечно! – недоуменно сказал я.

– Он тебе точно ничего не скажет. Тут надо полевой допрос устраивать, а при нем маленьким девочкам не место.

– В сюзерене не сомневаются, в него верят – произнес я, быстрым шагом подошел к пленнику и не мешкая ни секунды, вогнал палец в его глаз.

Ответом мне был волчий вой, но я с совсем не детской силой заткнул рот ладошкой. Мой палец при этом шевелился и причинял ему еще больше страданий.

– Я вижу по твоему испуганному глазу, что ты вспомнил меня – прошептал я над ухом азиата – если ты сейчас же не скажешь, кому служишь, то я вырву твой второй глаз, отрежу конечности и вырву язык. И жить ты будешь до-олго. Скажешь – убью быстро. Как наследница рода слово даю.

Мужчина на минуту замолчал. Капелька пота стекала по его виску. Я уже собрался пошевелить палец у него в глазнице, как он выдавил из себя.

– ? – (обещание?) – хриплый, усталый голос влился мне в уши.

Я согласно кивнул, вынимая палец из глазницы и вытирая его об одежду пленника.